Ольга Минелли: «Валютный контроль – не бюрократия, а дополнительная страховка от блокировки платежей»

Эксперт по трансграничным расчётам и валютному контролю рассказала, какие методы использует, чтобы повысить безопасность финансовых потоков предприятий на международных рынках

Николай СУРОВ

Фото: предоставлено героем публикации

Тема валютного контроля в 2026 году перестала быть узкоспециальной заботой бухгалтерии и превратилась в вопрос устойчивости всего бизнеса: один зависший платёж может остановить поставку, сорвать контракт и поставить под вопрос отношения с партнёром, которые годами казались надежными. Банки – как российские, так и в дружественных юрисдикциях – ужесточают проверку каждого трансграничного денежного перевода, требуют дополнительные подтверждающие документы и всё чаще трактуют любую неясность в назначении платежа не в пользу компании. Параллельно растёт риск вторичных санкций: контрагенты из третьих стран опасаются проводить операции с российским бизнесом, требуя доказательств его реального экономического присутствия в стране расчётов. С точки зрения стратегии, в таких обстоятельствах компании вместо поиска «лазеек» необходимо выстроить легальную, устойчивую и управляемую систему международных транзакций, считает Ольга Минелли, эксперт в валютном контроле, внешнеэкономической деятельности и сложных трансграничных расчётах. Более 10 лет она работает в компании с сетью филиалов в России и международными подразделениями в странах СНГ и Ближнего Востока, и знает эту проблему не понаслышке. Ольга разработала собственный подход к проведению международных платежей, который позволяет избежать проблем с регуляторами и применяется в энергетическом комплексе, нефтегазовой сфере, промышленности, металлургии и смежных секторах. В октябре этого года она получила награду Всероссийской премии «Лучшие таланты. Эксперты 2026». В интервью с Ольгой Минелли мы разобрали практические механизмы адаптации авторской системы для компаний, ведущих деятельность на внешних рынках.

– Ольга, учитывая строгую регламентацию внешнеэкономической сферы, что именно побудило вас создать собственную систему валютного контроля? С какими проблемами вы столкнулись?

– Дело в том, что привычные банковские каналы, которые работали как часы, перестали быть предсказуемыми – сказались геополитические события. Требования валютного контроля и комплаенса менялись быстрее, чем мы успевали переписывать внутренние регламенты. Можно было латать дыры по мере их появления, но я пошла другим путём и выстроила единый контур контроля на всю группу.

– Для всех филиалов группы компаний вы выстроили механизм финансового контроля, ключевыми элементами которого стали единые финансовые регламенты и централизация контрольных функций. Почему понадобилась именно централизация, а не решения на местах?

– Потому что решения по нестандартным или рискованным операциям должны приниматься на уровне единого центра компетенции, а не разрозненно в каждом филиале. Когда каждое подразделение действует по своей логике, риски множатся: то, что в одном филиале сочтут допустимым, в другом может привести к блокировке счёта. Единый центр снимает эту разноголосицу.

– Ещё один принцип, который вы внедрили, – предварительная проверка каждого платёжного маршрута и договора с иностранным контрагентом. Почему это оказалось так важно?

– Потому что раньше проверка часто происходила по факту — уже после того, как платёж ушёл или проблема возникла. А это значит, что риск блокировки со стороны банка или претензий от контролирующих органов ты обнаруживаешь постфактум, когда деньги уже зависли. Мы перевернули эту логику. Каждый маршрут и каждый договор проходят финансовую и документальную проверку до совершения операции. Параллельно с этим мы выстроили единый платёжный календарь по всем филиалам и представительствам — он позволяет заранее видеть кассовые разрывы и закрывать их, а не тушить пожар, когда он уже разгорелся.

– Вы говорите о регулярной диагностике налоговых, банковских и операционных рисков. Как эта система показала себя на практике?

– Я предложила ввести такую диагностику на регулярной основе, чтобы регламенты не устаревали, и мы успевали за решениями регуляторов, а не догоняли их постфактум. Мы проверяли её в условиях, где любая нестыковка в расчётах способна остановить целую цепочку поставок: пять филиалов в России, представительства в Казахстане, Беларуси и в ОАЭ. В итоге бизнес получил рабочую, документально защищённую систему международных расчётов, которая не останавливает процессы группы даже при ужесточении требований банков и валютных регуляторов. Плюс, снижает риск того, что платёж заблокируют или к компании возникнут вопросы у контролирующих органов. Собственники бизнеса сегодня платят именно за предсказуемость – и это то, что такая система даёт.

– Может показаться, что подобная система нужна только крупным холдингам с филиальной сетью на полстраны. Это действительно так?

– Нет, логика превентивного контроля работает и в более скромном масштабе – там, где у компании несколько юрлиц, есть филиалы или зарубежные подразделения, ведущие внешнеэкономическую деятельность. Особенно это востребовано в оптовой торговле и международной логистике.

– Что вы советуете бизнесу, который пока не сталкивался с блокировками платежей?

– Если у компании больше одного юрлица или она работает с зарубежными партнёрами хотя бы в паре стран, вопрос не в том, нужна ли ей такая система, а в том, когда она её выстроит: заранее или уже после первой блокировки платежа.