Общество16 июля 2021 19:32

Профессор Иван Пигарев, погибший от столкновения с самокатом: Мечтал дожить до 140 лет и не верил в вещие сны

Наш корреспондент об единственной встрече с праправнуком Тютчева.
В Москве при столкновении с самокатом погиб 80-летний биолог, праправнук Тютчева профессор Иван Пигарев

В Москве при столкновении с самокатом погиб 80-летний биолог, праправнук Тютчева профессор Иван Пигарев

Кажется, где-то я видела эту сюрреалистическую картинку. Шкодный старичок в старомодных круглых очках едет на небо на велосипеде. Борода старичка развевается, он машет оставшимся внизу шляпой.

Так на велосипеде в небо взмыл профессор Иван Николаевич Пигарев. Восьмидесятилетний ученый, праправнук поэта Тютчева. Он катался возле дома и был сбит электросамокатчиком.

Курьезна смерть, абсурдно сочетание слов "восьмидесятилетний", "велосипед", "электросамокат".

Но при этом все происходящее как-то очень в духе профессора, крупнейшего в мире исследователя сна.

"Когда смерть приходит так внезапно - это Божий дар. Но это невыносимо для родственников", - написала в фейсбуке Екатерина, дочь Ивана Николаевича.

Мы общались с Иваном Николаевичем четыре года назад. Я готовила статью про сон и пришла на конференцию "Сон-2017". Тогда удалось не только услышать Пигарева, но и поговорить с ним в аудитории, а потом - по дороге домой, в знаменитый МГУшный жилой корпус.

Он вышел читать доклад, и аудитория проснулась и заулыбалась. (Сегодня прочитала, что близкие называли его "излучателем счастья": и это очень точно. За чудесным старичком вился какой-то торсионный след радости). Иван Николаевич выглядел, как гость из прошлого: борода, круглые очки, бабочка. Но при этом старомодный дедушка-интеллигент говорил о сложном на совершенно понятном и доступном языке, проводя остроумные компьютерные параллели.

В чем суть теории Ивана Пигарева

Когда-то считалось, что сон — это зряшное времяпрепровождение. Потом появилась идея, что сон - это отдых усталому мозгу. В наше время эту теорию опровергли. Какой тут отдых: во сне нейроны носятся под черепной коробкой едва ли не шустрее, чем при бодрствовании. Последняя популярная теория - так называемая "водопроводная", согласно которой сон необходим для генеральной уборки. Вы закрываете глаза, а проводящие системы организма расширяются, чтобы спинно-мозговая жидкость лучше циркулировала и промывала мозг, словно пылесосом.

Иной точки зрения придерживался Пигарев. Он считал, что сон нужен вовсе не мозгу, а... желудку.

Еще в шестидесятые, на лекции о центральной нервной системе в МГУ молодой студент-биолог зацепился за фразу преподавателя: "Наука до сих пор не может понять, какую функцию выполняет мозг во время сна".

- В этот момент меня как током ударило, - вспоминал Иван Николаевич. - Как не знаем? Понятно же: во время сна мозг исследует состояние внутренних органов.

Еще полвека потребовалось на то, чтобы собрать доказательства и вывести студенческое озарение на уровень стройной "висцеральной теории".

"Мы не верим, но доказательства убедительные"

- Суть в том, что мозг "переключается", - объяснял ученый. - Те нейроны, которые во время бодрствования реагировали на сигналы из внешнего мира: зрительные, слуховые, - во сне начинают анализировать сигналы, полученные от ЖКТ (желудочно-кишечный тракт).

Все это звучало (и звучит) настолько неожиданно, что коллеги Пигарева поначалу воспринимали идеи ученого как казус, махали руками и кричали: "Чушь", "Бред!"

Как пишет журналист Григорий Тарасевич, даже сейчас, если спросить сомнологов (специалистов по сну), что они думают по поводу висцеральной теории, большинство ответит: "Мы в это, конечно, не верим, но доказательства убедительные".

Из интервью с профессором

- Иван Николаевич, почему вашей идее, гипотезе - подскажите, как правильно - не очень доверяют?

- Нет, все-таки уже не гипотезе, а теории, поскольку основные моменты доказаны. Но в неприятии нет ничего удивительного. Интуитивно людям кажется, что сон нужен для нормализации работы мозга. "Висцеральные" выводы этому противоречат, но в нашей реальности повелось, что интуитивные представления всегда перетягивают и кажутся важнее...

- А много ли примеров, когда интуитивные представления оказывались неверными?

- Огромное количество. Физическая реальность вообще контринтуитивна... У меня даже есть желание написать книгу по истории электрофизиологии и собрать примеры того, как люди, опираясь на интуитивные представления, совершали большие ошибки.

- Как вам вообще пришла идея того, что ночью мозг занимается желудком?

- Это не полностью моя идея. Функциональное назначение сна было определено еще полтора века назад. Русский врач Мария Манасеина провела эксперимент. Ее логика была простой: если мы хотим узнать назначение сна - давайте исключим сон из жизни животного. Она не давала спать щенятам и обнаружила, что через пять суток после такого обращения щенята умирали. При этом в мозге животных не было найдено изменений. К сожалению, эта работа была очень быстро забыта. В 1937 году физиолог Константин Быков повторил те же эксперименты на собаках. Результат был таким же: в мозге никаких изменений, зато у животных наблюдались расстройство во всех системах желудочно-кишечного тракта. Работа Быкова тоже прошла незамеченной. И опять через 50 лет, уже в конце XX века в американской лаборатории ныне живущего Алана Рехтшаффена было проведено исследование на крысах. И снова то же самое. Выяснилось, что больше всего страдал желудочно-кишечный тракт, потом сосуды, потом - кожа. Единственным органом оставшимся без изменений был мозг.

"Главное - чтобы эксперименты не ставились под девизом "просто интересно посмотреть"

"В НИИ цитологии и генетики", - так начинались самые дурацкие шутки команды КВН "Уездный город". Одна шутка звучала так: "В НИИ цитологии и генетики скрестили слона со слоном... а чисто так... позырить".

Несмотря на дурацкость, шутка описывала реальную ситуацию в ученой среде, где ставились эксперименты ради эксперимента.

Противником этого был Иван Николаевич.

"Для меня главное, чтобы эксперименты ставились не под девизом "нам захотелось посмотреть", - учил он.

Пигарев придерживался "принципа строгого умозаключения". Для любого исследования надо сформулировать гипотезу, которая бы решила основные парадоксы, а потом - провести эксперименты.

Например, для того чтобы решить парадокс сна, нужно было придумать гипотезу, которая бы объясняла, почему от лишения сна страдают висцеральные системы организма.

- Когда мы задумались, оказалось, что предложить гипотезу довольно просто, - вспоминал Пигарев. - Во сне кора головного мозга переключается на анализ сообщений, идущих от желудочно-кишечного тракта.

Тренируйся на кошках

Иван Николаевич любил кошек. "Кошка умнее приматов. Уж поверьте, я знаю, о чем говорю", - то ли в шутку, то ли всерьез признавался профессор журналисту Григорию Тарасевичу.

В лаборатории Пигарева кошки носили "цифровые имена": «девять», «десять», «одиннадцать» и участвовали в экспериментах.

Животному фиксировали голову в специальном устройстве. Кошке было не больно и очень удобно: не нужно было напрягать шейные мышцы, и она очень быстро засыпала. Когда наступал крепкий и естественный сон, ученые осторожно стимулировали кисе кишечник, с тем расчетом, чтобы зверюшка не проснулась. Ко всеобщему удивлению и радости на раздражение кишечника "ответили" нейроны в зрительной коре.

А вот когда то же самое проделали на кошке, которая не спала - нейроны "промолчали".

Конечно, потом были и другие исследования. Пигарев собрал огромный корпус доказательств.

Иван Пигарев считал, что котики умнее, чем приматы

Иван Пигарев считал, что котики умнее, чем приматы

Из интервью с профессором

- Так вот, оказывается, почему у студентов вечные гастриты: они недосыпают?

- Конечно. И поносы во время сессии по этой же причине: готовятся по ночам, не спят.

- Действует ли ваша теория "в обратную сторону": поражения мозга должны как-то отражаться на желудке.

- Действует: локальные поражения коры мозга - приводят к висцеральным поражениям. Кое-где висцеральные технологии уже используют как диагностические, чтобы локализовать место инсульта. Не все это умеют, не все этим занимаются. Понятно, что при инсультах врачи были сосредоточены на мозге и не обращали внимание на то, что происходит, грубо говоря, в потрохах.

- А что можно сказать о зависимости между сном и памятью? Видела плакат в лаборатории нейробиологии сна РАН: "Помогает ли сон запоминанию..." Что говорит наука в вашем лице?

- Меня в жизни не интересуют две проблемы: проблема памяти и проблема эволюции.

- Почему?

- Первое кажется смешным. А во второе я просто не верю, но ничего говорить не буду, я не специалист.

Пара слов по поводу вещих снов

Кстати, в вещие сны, как в эволюцию, профессор тоже не верил. И даже немножко сердился, если собеседник, поговорив о висцеральной теории, вдруг начинал спрашивать какую-нибудь чепуху про сновидениях.

"Да поймите, в сновидениях нет ничего интересного и загадочного, - уверял профессор. - Это вообще самая неинтересная часть сна!"

Согласно еще одной его теории, сновидения посещают человека в последнюю долю секунды перед пробуждением.

Верить в это не хотелось. Может быть, вредные интуитивные представления были тому виной.

Помню также, как после доклада в МГУ за профессором увязалась готического вида девушка и, неожиданно вклинившись в беседу, поинтересовалась: "А вы, случайно, не знаете, как научиться осознанным сновидениям?"

Бедный Иван Николаевич аж остановился как вкопанный и застонал: "Ну и стоило мне сегодня читать доклад!"

Далее последовала страшная, но увлекательная мини-лекция о том, что осознанные сновидения вообще не имеют никакого отношения ко сну, они вредные и часто приводят к съезду крыши.

"Причем больше всего это опасно для девушек", - сказал Пигарев зловещим шепотом.

- Почему? - тоже шепотом спросила готка.

- Приводит к рождению нездорового потомства! - строго заключил ученый.

Может быть, в чем-то он действительно заблуждался, я не берусь судить. В том интервью Иван Николаевич признался, что хочет жить долго, лет до 140 и надеется этого достигнуть с помощью правильного сна. Свои восемьдесят он именовал как-то очень поэтично, вроде "вечерняя юность", мол, не возраст совсем, а так.

Считал, что у него еще очень много работы. Например, одну из задач видел в том, чтобы найти участок мозга, в котором располагается сознание. (Иван Николаевич считал, что сознание локализовано не в коре).

Кто знает, что произошло после того рокового столкновения. Профессор умер не сразу: несколько часов он провел без сознания, пока врачи пытались вернуть его назад. Во сне время обладает свойством растягиваться и сжиматься. Может быть, там он и прожил до ста сорока, совершил путешествие по мозгу, нашел ответы на интересовавшие его вопросы, прежде, чем уйти навсегда.

Только мы об этом уже не узнаем.

Светлая память, Иван Николаевич.

О ПРЕДКАХ ИВАНА НИКОЛАЕВИЧА ПИГАРЕВА

Иван Николаевич приходился праправнуком поэту Федору Тютчеву. По линии второй жены поэта, Эрнестины Пфеффель, и их младшего сына, Ивана Федоровича Тютчева.

- Когда детьми мы, например, приезжали в усадьбу Мураново, папа быстро отправлял полоть дорожки, а не ходить с видом экспоната, - вспоминала Татьяна, дочь Ивана Николаевича.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

В Москве при столкновении с самокатом погиб 80-летний биолог, правнук Тютчева: «Был в отличной форме и на работу приезжал на велосипеде»

На своем велосипеде Иван Пигарев двигался по велодорожке, после падения он ударился головой об асфальт (подробнее)