Белорус получал меньше поляка, в городах была своя валюта, а до зарплаты перехватывали в «кассах Стефчика»: как зарабатывали и тратили деньги жители Западной Беларуси

Дожинки в Западной Беларуси. Фото: NAC

"Комсомолка" покопалась в экономической истории накануне очередной годовщины похода Красной Армии в Польшу 17 сентября 1939 года, после которого воссоединились запад и восток Беларуси. В 2021-м этот день стал новым государственным праздником – Днем народного единства.

После советско-польской войны 1919-1920 годов и заключения Рижского мира в 1921-м, в обсуждение которого, по сути, не участвовали представители нашего народа, западные земли Беларуси и Украины оказались в составе Польши. Спустя 18 лет, 17 сентября 1939 года, эти земли вошли в состав СССР. Но и за такой короткий период на западнобелорусских землях успел сформироваться отличный от советской Беларуси экономический уклад.

Западная Беларусь оставалась преимущественно аграрной

Вполне естественно, что после череды войн и хаоса в молодом польском государстве царил финансовый хаос. Рвущаяся вверх инфляция, огромные военные (иногда до половины бюджета) и сопутствующие расходы не содействовали оздоровлению экономики. Впрочем, после Рижского мира власти начали активно проводить определенные реформы. Скажем, значительно повысили налоги на потребление спиртных напитков и сахара. Это помогло: в 1924-м бюджет впервые исполнили с профицитом. В тот же год польские власти ввели новую валюту – злотый. Он пришел на смену марке, которая запомнилась разве что постоянным обесцениванием.

И эти меры дали определенный результат. Правда, не такой как хотелось бы. Руководство Польши не спешило отказываться от значительных вливаний в военную сферы, опасаясь вторжений как с Запада, так и Востока. Кроме прочего, на экономику сильно влияли неурожаи и торговые неурядицы с соседними государствами.

Тем не менее, с 1926 года в стране начался промышленный подъем, связанный с приходом к власти Юзефа Пилсудского. Да и конъюнктура мировых рынков благоприятствовала: польскому правительству выдали зарубежные кредиты, цена на уголь (основной экспортный товар) значительно выросла. Но охарактеризовать ситуацию в Западной Беларуси все равно можно было как катастрофическую.

Западная Беларусь оставалась во многом крестьянской.

Промышленный потенциал белорусских территорий, согласно книге «Экономическая история Беларуси», составлял всего 3%, хотя территория Западной Беларуси занимала 24% от тогдашних польских земель. А удельный вес населения равнялся 13%.Причем из всех жителей «крэсаў» в 1921 году только каждый двадцатый имел отношение к промышленности или строительству. Большинство фабрик были мелкими: до 20 рабочих. Их деятельность заключалась в переработке аграрной продукции или леса. Последний считался стратегическим сырьем. Его заготовкой занимались даже англичане. Тяжелой же промышленности практически не было.

Чего не скажешь о сельском хозяйстве, в котором было занято 80% жителей Западной Беларуси. Средний белорусский крестьянин владел всего 8 га земли. Учитывая уровень урожайности тех лет (с гектара собирали около 9 центнеров зерна), далеко не каждая семья могла прокормиться с них. Да и скот был далеко не у каждого. Поэтому, крестьяне подрабатывали на крупных помещиков и осадников-колонистов, которых польские власти селили на западнобелорусских землях, выдавая им в пользование землю. Зачастую приходилось работать за еду, топливо или другие блага. Но иногда платили и деньгами. Правда, всего 5-7% от заработанного.

Хлеб стоил 0,45 злотого, кило масла – 6,3

В воеводствах с преимущественно белорусским населением зарплата в разы отличалась от остальной Польши. Вот цифры из «Экономической истории Беларуси». В середине 1920-х средний рабочий в Варшаве получал около 42 злотых за неделю. А в Полесском и Новогрудском воеводствах, соответственно, 22 и 15 злотых. То есть, разница в два и более раза.

На что тратили эти деньги? Структура расходов не сильно отличалась от современных. В крупном населенном пункте примерно треть его зарплаты уходила на съем жилья. При этом качество апартаментов оставляло желать лучшего. Зачастую жилые комнаты располагались в подвалах или бараках. Электричество, тепло или вода? В то время эти услуги предоставлялись далеко не во всех арендных помещениях.

Цены же на основные продукты совсем не коррелировали с заработками. Во второй половине 1920-х килограмм хлеба стоил 0,45 злотого, муки – около 0,9. А вот масло было поистине дорогим – 6,3 злотого. Получается, на среднюю недельную получку в Новогрудском воеводстве можно было купить немногим более 3 кило масла. Недешевым был и сахар – 1,4 злотого. А если захотелось сшить себе одежду, то пришлось бы голодать: метр шерстяной ткани стоил 33,18 злотого.

Заготовка дерева в Беловежской пуще. Фото: ozlib.com

Как белорусы пострадали от Великой депрессии

Правда, и эти скромные заработки иной раз усыхали до мизера. В 1929-м в США начался, пожалуй, самый известный кризис человечества – Великая депрессия. Спустя несколько месяцев его отголоски начали ощущаться по всему миру. И даже в Западной Беларуси. В первую очередь, это выражалось в реальной зарплате. Шутка ли: в период с 1928 по 1933 годы заработки на белорусских территориях упали более чем в 2,6 раза! В первую очередь из-за снижения себестоимости продукции, самой зарплаты и массовых сокращений. А вот трудовые затраты оставались прежними. И даже больше.

Хотя в межвоенной Польше формально и действовал восьмичасовой рабочий день, в 1933 году наниматели получили законодательное право его увеличивать. Иной раз рабочие трудились по 10, а то и 14 часов. Кстати, в том же году сократили трудовые отпуска: с 8 до 4 дней.

В целом, реальных денег на руках жителей Западной Беларуси было, конечно, немного. Тем не менее, на наших землях действовала сеть банков и кредитных касс. Самым крупным был Банк Польский. Его отделения можно было найти во всех более-менее населенных городах, а главное направление его деятельности – кредитование промышленных и аграрных предприятий. Но можно было открывать и обычные счета и вклады.

Самой же популярной кредитной организацией белорусов была Почтовая сберегательная касса – РКО.

– Адкрыць рахунак у ім можна было як у аддзяленнях банка, так і на пошце. За гэта банку даводзілася плаціць значныя камісійныя Міністэрству пошты і тэлеграфаў, але справа таго каштавала. Эканамічны крызіс пачатку 1930-х гадоў не аказаў вялікага ўплыву на дзейнасць РКО. Важнай сферай дзейнасці гэтага банка было страхаванне жыццяі маёмасці, – писал в своей книге «Заходнебеларуская Атлантыда» историк Игорь Мельников.

Сберкнижка в "кассе Стефчика". Фото: goldenfront.ru

Существовало в Западной Беларуси некое подобие кредита до зарплаты. Перехватить небольшую сумму можно было в так называемых «кассах Стефчика», которые предлагали небольшие проценты. Кстати, после присоединения Западной Беларуси к СССР банки и средства национализировали. Часть денег разрешили обменять на советские рубли. А некоторые жители Западной Беларуси поступили иначе: денежные накопления спрятали в землю. Даже сейчас при проведении различных работ строители то и дело находят монеты и купюры с орлом на обороте.

КСТАТИ

В некоторых городах была своя валюта

Пускай и суррогатная. Эта финансовая особенность связана с большими контингентами военных, обосновавшихся близ границы – огульно их называли Корпусом охраны границы. Командование гарнизона решало проблему обеспечения следующим способом. В войсковой части создавали что-то вроде кооператива, где солдаты и офицеры были пайщиками. Каждому пайщику выдавались кредитные монеты или банкноты различного номинала – боны. С этими квазиденьгами человек шел в магазин и покупал нужное. Владелец торговой точки записывал траты в специальную книгу. Получив зарплату, пайщики оплачивали покупки уже «живыми» деньгами. А вот обычные люди такими деньгами практически не пользовались. Практика использования кредитных денег была распространена в Столбцах, Молодечно, Клецке, Снове и других белорусских городах.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Погранпереход в Вязынке и сплавы на каяках до Вильно: уникальные фото быта Западной Беларуси

В Купаловском мемориальном заповеднике «Вязынка» под Минском работает выставка «За слупамі з арламі». Музейный проект открылся к 100-й годовщине Рижского мира (читать далее)