Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+21°
Boom metrics
Звезды9 декабря 2021 22:00

Как Николай Некрасов чуть не утонул из-за любви, чуть не умер от бедности и стал «нерукопожатным», пытаясь спасти свой журнал

Исполняется 200 лет со дня рождения великого русского поэта
С. Л. Левицкий. Фотопортрет Николая Некрасова.

С. Л. Левицкий. Фотопортрет Николая Некрасова.

Фото: ru.wikipedia.org

О том, что Некрасов - певец скорби и кручины, мы знаем с пятого класса. Посмотришь налево - бьют кнутом крестьянку молодую, направо - таким же кнутом стегают лошадь «по плачущим, кротким глазам». Вот надрывается мужичок с ноготок, а вот плетется школьник: «ноги босы, грязно тело, и едва прикрыта грудь».

Ответ на вопрос «Кому на Руси жить хорошо?» известен всем: в целом, никому (хотя Некрасов планировал в финале объявить самым счастливым человеком в стране пьяницу). Сердце сожмется мучительной думой даже от сравнительно оптимистичных его стихов, стоит чуть-чуть в них поковыряться. «Зеленый шум» - не о весеннем пробуждении природы, а о том, как это пробуждение помешало человеку зарезать жену.

Стихотворение «Дед Мазай и зайцы» основано на истории мясозаводчика, спасавшего своих кроликов, которые выращивались явно не для того, чтобы их гладить. Даже первые строфы «Коробейников», герой которых соблазняет девицу ситцем и парчой, дали повод Эдуарду Лимонову написать колонку про то, что русские женщины почему-то часто ведут себя как проститутки («коробейник закупил девушку на ночь. Совершил торговую сделку… Покупка женщины – удел слаборазвитых стран». На самом деле барышня потом отказалась от подарков, но кто об этом помнит).

Никто не спорит с тем, что Некрасов титан, но, кажется, некоторые его обходят стороной, как мрачный памятник (невозможно переоценить вклад, который внесла в это советская школа). Однако Ахматова говорила: «Некрасов был первый поэт, которого я прочла и полюбила», Блок - что в его детстве он играл очень большую роль, Гумилев - что в юности, с 14 до 16 лет, он был для него дороже Пушкина и Лермонтова, Волошин - что некрасовские стихи были первыми, которые он знал наизусть прежде, нежели научился читать, и что любит он его с тех самых пор. Корней Чуковский посвятил его изучению, кажется, полжизни (все цитаты выше - из ответов на «Некрасовскую анкету», которую он подсовывал поэтам-современникам). И даже Набоков называл некрасовскую поэзию «часто восхитительной» - эпитет, которым он, мягко говоря, в отношении поэтов не злоупотреблял.

«ДАЛ СЕБЕ СЛОВО НЕ УМЕРЕТЬ НА ЧЕРДАКЕ»

Некрасов мало прожил на свете - всего 56 лет. Написать при этом успел очень много, и написал бы еще больше, если бы силы не отнимало редактирование журналов и альманахов. Работать как проклятый он приучился в юности, когда приехал в Петербург из Ярославской губернии. Его отец требовал, чтобы 16-летний сын поступил в военную школу, но сыну захотелось в университет. Отец выразил неудовольствие, Николай ответил: «Если вы, батюшка, намерены писать ко мне бранные письма, то не трудитесь продолжать, я, не читая, буду возвращать». Тогда отец отказал ему в содержании. Сын не испугался, хотя почти мгновенно пришлось столкнуться с нищетой и из приличной гостиницы переселиться чуть ли не в подвал.

Потом он вложил в уста одного персонажа фразу «питаясь чуть не жестию, я часто ощущал такую индижестию, что умереть желал» - которую явно мог применить и к себе. «Не раз доходило до того, что я отправлялся в один ресторан в Морской, где дозволялось читать газеты, хотя бы ничего и не спросил себе. Возьмешь, бывало, для виду газету, а сам пододвинешь к себе тарелку с хлебом, ешь» - вспоминал Некрасов. Один раз, когда он оказался на улице и окоченевал от холода, его буквально спас уличный попрошайка: отвел на Васильевский остров, уложил спать в какой-то комнате, «полной нищими, бабами и детьми» (когда он проснулся, написал какой-то неграмотной старухе аттестат и получил гонорар - 15 копеек).

В университет поступить не удалось. Зарабатывать на жизнь поэзией - тоже: стихи поначалу были откровенно слабыми. Жуковский, к которому бедный юноша прорвался на аудиенцию, сказал про его первый сборник: «Если хотите напечатать, то издайте без имени. Впоследствии вы напишете лучше и вам будет стыдно за эти стихи». А Белинский и вовсе резюмировал впечатления словами «Посредственность в стихах нестерпима».

Но Некрасов, как пишет его биограф Николай Скатов, дал себе слово «не умереть на чердаке». И «перестал писать серьезные стихи и стал писать эгоистически» - то есть исключительно для заработка. Сочинял сказки и новеллы, которые печатались на дешевой бумаге и продавались за копейки (к заглавию одной сказки, «Баба-Яга, Костяная нога», издатель, к ужасу Некрасова, прибавил «ж… жиленая»). Постепенно положение выправилось: Некрасов стал автором водевилей, фельетонов, повестей, рецензий, и благодаря последним сдружился-таки с Белинским, ставшим его наставником.

Казалось, Некрасов окончательно выбрал карьеру прозаика: в 23 года он уже смеялся над временем, когда «пописывал стишки». Но уже через несколько месяцев не выдержал и сочинил стихотворение «В дороге» о судьбе крестьянской девушки, получившей образование вместе с господской дочкой, а после ее смерти вернувшейся «на село». Избавиться от последствий образования не получилось: «На какой-то патрет всё глядит», - жаловался грубый муж, - «да читает какую-то книжку…» В общем, «погубили ее господа, а была бы бабенка лихая!» Стихотворение довело Белинского до слез; он воскликнул: «Да знаете ли вы, что вы поэт — и поэт истинный?»

Прошли годы - и вслед за Белинским это признала вся читающая Россия.

Некрасов был в центре литературной и общественной жизни, и как поэт, и как издатель «Современника», вызывал недовольство власти, а иногда - и друзей. В 1866 году он стал «нерукопожатным» после того, как на обеде в Английском клубе прочел «мадригал» (некоторые выражались - «оду») генералу Муравьеву. Между прочим, это Муравьев жил в том «парадном подъезде», который несколько лет назад навел Некрасова на знаменитые «Размышления». А потом безжалостно подавил восстание в Польше, справедливо заслужив прозвище «вешатель». И вот его-то Некрасов принялся восхвалять в стихах (как именно - мы никогда не узнаем, потому что текст были уничтожен практически сразу после декламации).

Некрасов тогда в отчаянии пытался спасти свой журнал «Современник», который был обречен после покушения Каракозова на царя, но журнал не спас, а позор на свою голову навлек огромный. Один поэт на вечере, где присутствовал Некрасов, начал ругать хозяев: «Вы делите хлеб-соль с человеком, выступившим с прославлением нашего гнусного режима?» Началась настоящая травля, попортившая Некрасову немало крови.

Портрет Николая Алексеевича Некрасова. Худ. Николай Ге, 1872 г.

Портрет Николая Алексеевича Некрасова. Худ. Николай Ге, 1872 г.

ОН ПОДАРИЛ БУДУЩЕЙ ЖЕНЕ ОТЧЕСТВО «НИКОЛАЕВНА»

В двадцать с небольшим Некрасов начал писать и хорошие лирические стихи - навеянные, скорее всего, знакомством с Авдотьей Панаевой, одной из самых красивых петербурженок того времени. Ее умом и обаянием восхищались решительно все. В нее невольно влюблялись и Достоевский, и Чернышевский, и Александр Дюма (тот во время продолжительного визита в Россию повадился ходить в гости и буквально ее объедать - она была хлебосольной, а «кошмарный» Дюма сжирал абсолютно все, что ставилось на стол). Но это все несерьезно. А любовь Некрасова была по-настоящему страстной, глубокой - и взаимной.

Рассказывали, что однажды Панаева посетовала, что мужчины нынче не могут даже переплыть реку, чтобы доказать даме свою любовь. Дело было на Волге, Панаева с Некрасовым находились в лодке, и поэт, не раздумывая ни секунды, кинулся в воду. При этом он не умел плавать, и его ели спасли. Однако, как выразилась бы героиня «Покровских ворот» - «Некрасов, я оценила!»

То, что Авдотья была замужем за товарищем Некрасова Иваном Панаевым, влюбленным не помешало. Она сама была писательницей, оставила после себя немало произведений, а в соавторстве с Некрасовым сочинила романы «Три страны света» и «Мертвое озеро». Что же касается мужа, он о любовной связи знал и ей не препятствовал: все трое жили на одном этаже. Этот, по выражению литературоведа Дмитрия Святополка-Мирского, «жоржсандистский либерализм» немало шокировал современников. И «эта связь доставила гораздо больше страданий, чем радостей».

Они так и не заключили брак - и в середине 1860-х, после почти двадцати лет отношений, их разорвали. Авдотья за эти годы потеряла двух сыновей от Некрасова, умерших во младенчестве. Некрасов порой ей изменял, увлекаясь другими женщинами. Еще случилась очень запутанная и неприятная история с деньгами Марии Огаревой (бывшей жены Николая Огарева), которые Панаева будто бы прибрала к рукам… Но благодаря Панаевой Некрасов написал много изумительных стихотворений.

У него после этого было еще немало романов, самый удивительный - с Феклой Викторовой, милой белокурой девушкой «низкого происхождения» (она была дочерью солдата). Некрасов был старше ее на 25 лет. И полюбил, скорее всего, за веселый нрав и доброту: вспоминают, что она была ласковой и смешливой. Некрасов принялся переделывать в ней все, что его не устраивало. Для начала - имя: из Феклы она стала Зинаидой. Отчество он тоже поменял, дав ей свое (!) - из Анисимовны она превратилась в Николаевну. Выучил ее писать по-русски без ошибок, а еще - французскому языку и игре на рояле. Брал с собой на охоту - и простил ей то, что не простил бы никому: Зина случайно застрелила любимейшего некрасовского пса, пойнтера Кадо.

А потом Некрасов заболел. У него был рак прямой кишки - болезнь, которая и сейчас очень опасна, а тогда была приговором. Салтыков-Щедрин рассказывал, что его «ежемгновенная неслыханная болезнь в сто ножей резала… Нельзя даже представить себе приблизительно, какие он муки испытывает... И при этом непрерывный стон, но такой, что со мной, нервным человеком, почти дурно делается». Зина ухаживала за ним, «целых два года спокойного сна почти не имела». И незадолго до смерти Некрасов принял твердое решение обвенчаться - чтобы оставить ее официальной вдовой. Он уже не мог дойти до церкви, и в его квартиру принесли походную войсковую церковь-палатку…

«После смерти мужа как в тумане, как в полусне каком-то ходила. Пухнуть начала... просто утомлена свыше сил человеческих была» - вспоминала Зинаида. Гуляет легенда, что Некрасов не оставил ей денег. На самом деле, конечно, оставил и деньги, и недвижимость, но она в основном все раздала. И скромно прожила после смерти мужа 37 лет, не снимая траур (только похоронить себя попросила в белом). Говорят, только однажды она воспользовалась именем супруга: однажды в Киеве во время еврейского погрома вышла и громко крикнула «Я - вдова Некрасова!» И погром был остановлен.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Мерещится мне всюду драма»: Победы и поражения Николая Некрасова

10 декабря исполнится 200 лет со дня рождения знаменитого писателя и выдающего редактора своего времени (подробности)