3-летний малыш мог погибнуть за то, что мешал матери уединяться с любовником

Гусева вину не признает

Фото: Ольга ЮШКОВА. Перейти в Фотобанк КП

Свердловский областной суд приговорил жительницу Екатеринбурга Наталию Гусеву к 16 годам колонии. Ее признали виновной в убийстве трехлетнего сына Алишера. По данным следствия, в апреле 2025 года женщина сломала мальчику ногу, а после выписки из больницы забила его до смерти.

Гусева вину не признает. Она и защитник Александр Козлов настаивают: ребенок погиб от рук бывшего сожителя женщины Шамсулло Янгиева. Сам мигрант выступал в суде как свидетель.

- Он к мальчику "параллельно" относился, он его не интересовал, как и сама Гусева с ее проблемами», сообщил «КП-Екатеринбург» после приговора адвокат Александр Козлов.

По его словам, Янгиев приходил ради интима. В однокомнатной квартире сын мешал ему уединяться с Гусевой. Мигрант считал ребенка капризным, а сам жил за счет женщины, постоянно выпрашивая деньги на еду, лекарства и такси. При этом у самого Янгиева четверо детей. Но в какой-то момент он начал называть себя новым отцом мальчика и главой семьи. Ребенок не соглашался и показывал фото родного отца.

Следователи заключили, что Гусева избила сына кулаками, а затем подняла и бросила на пол. От удара у Алишера разорвалась печень, а ребро пробило легкое. Спастись бегством или спрятаться мальчик не мог — на нем был гипс.

Гусева заявляет, что в момент гибели сына была в магазине. Якобы ей пришлось идти за продуктами, потому что Янгиев отказался, назвав это «не мужской работой».

Адвокат Александр Козлов настаивает, что события разворачивались так: Гусева закрывает дверь, ребенок просыпается, видит, что мамы нет, и плачет. Янгиев пытается его успокоить, возможно, пощечиной, а потом пошли удары. Кулаком по груди, затем в спину. Все повреждения на лице ребенка были справа, то есть бил левша. Янгиев все показания давал левой рукой, но защите запретили акцентировать на этом внимание присяжных, утверждает Александр Козлов.

В начале 2026 года присяжные оправдали Наталию, но прокуратура добилась пересмотра дела. Со второй попытки доказать невиновность не удалось, прокуратура просила 19 лет колонии.