Исторические хроники. 1922 год. Феликс Дзержинский

Авторский проект историка Николая Сванидзе на радио «Комсомольская правда»

1922 год от Рождества Христова – это год официального и триумфального наступления Советской власти на церковь. Декрет Совнаркома и постановления об изъятии церковных ценностей узаконили в массовом сознании то, что уже творилось в течение первых четырех лет большевистской власти в отношении церкви и священнослужителей.

В короткий просвет без большевиков в 1919 году Екатеринодарская церковь распространила Обращение к христианским Церквям всего мира: «Попирая все, что дорого народу в области веры, - говорилось в обращении, - большевики стараются разжечь в нем ненависть и грабительские инстинкты. Полное разнуздание страстей и похотей является главной приманкой для темной массы народа. На этом и на терроре большевики строят свою власть».

Надо сказать, что большевикам действительно удалось надругаться над всем, что было дорого народу в области веры, и соблазн вседозволенности быстро смешался со страхом в старой православной стране.

Был жестоко убит Епископ Пермский Андроник.

А священник села Соломенское, Ставропольской губернии, Григорий Дмитриевский 27 лет, просил дать ему помолиться перед смертью. Молился вслух под насмешки красноармейцев.

Священников обычно расстреливали вместе с семьями. Перед этим обычно приходили с обыском. Требовали, чтобы угощали, спиртное приносили с собой. Обыски проводились красными воинскими частями при участии местного населения.

Осквернение храмов производит на основную массу населения, абсолютно разлагающее впечатление. Церковные облачения идут на штаны, на юбки и платья, на попоны для лошадей. Лампады разбивают, масло разливают, свечи топчут. В нижнем ярусе иконостасов иконы обычно выбиты. Очевидно, ногами. Особый шик – вывозить награбленное на подводах через святые врата. Строго говоря, это не удобно, так как к вратам ведут ступени. Но безумие не терпит практичности.

В результате Гражданской войны и в результате политики военного коммунизма, страна погрузилась в голод. 22-ой год – пик первого советского голода.

Из дневника писателя Евгения Замятина: ”В одной волости ели лепешки из конского навоза. В другом селе распарили и съели резиновую калошу, забытую американцем. Только что павшую лошадь, теплую ели сырьем. Прошлогодние листья – деликатес”.

К 22-му году голодало население Симбирской, Саратовской, Самарской, Уфимской, Нижегородской, Пензенской, Царицынской, Астраханской, Уральской, Оренбургской, Воронежской, Рязанской, Тамбовской, Ставропольской губерний, Татарская, Башкирская, Чувашская, Терская и Горская Республики. Голодает юг Украины – Екатеринославская, Полтавская, Черниговская губернии.

Эта реляция с особого большевистского фронта. Воспитательная работа голодом запоминается надолго, на несколько поколений. А значит, это большая победа. Кусок хлеба отныне будет восприниматься с благодарностью, как дарованное из рук государства разрешение на жизнь.

В 22-м году общее население голодающих областей составляло около 32 миллионов. Из них голодало более 20 миллионов. Т.е. каждый седьмой гражданин Советской России в 22-м году находился в состоянии голода, близком к людоедству.

Вот в этот момент 19 марта 22 года Ленин направляет секретное письмо членам Политбюро: «Именно теперь и только теперь, когда в голодных местностях едят людей, и на дорогах валяются сотни, если не тысячи трупов, мы можем и поэтому должны провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией, чем обеспечить себе фонд в несколько сотен миллионов золотых рублей. Без этого фонда никакая государственная работа немыслима. А сделать это с успехом можно только теперь, ибо никакой иной момент, кроме отчаянного голода, не даст нам такого настроения широких крестьянских масс».

Накануне 11 съезда партии Ленин уточняет: «Чем больше представителей реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше».

В это время Ленин уже тяжело болен. Троцкий пишет, что его состояние ухудшилось еще в конце 21 года. В декабре Ленин извещает членов Политбюро запиской: «Бессоница чертовски усилилась. Боюсь, не смогу докладывать ни на партконференции, ни на съезде Советов». В начале 22 года идет подготовка к Международной конференции в Генуе. Ленин пишет членам Политбюро: «Я сейчас получил два письма от Чичерина. Он предлагает за приличную компенсацию согласиться на представительство паразитических элементов в советах. Сделать это в угоду американцам. Это предложение Чичерина показывает, что его надо немедленно отправить в санаторию». Сам Ленин большую часть времени проводит в бывшей усадьбе Морозова Горки.

В 22 году Всероссийскую Чрезвычайную комиссию – ВЧК – переименовывают в Главное Политическое Управление – ГПУ при НКВД. Председатель ГПУ Феликс Эдмундович Дзержинский, ранее с декабря 1917 года председатель ВЧК.

Из воспоминаний: ”У него были мягкие темно-золотистые волосы и удивительные глаза – серо-зеленые, внимательные и веселые. Никто никогда не замечал в этом взгляде выражение безразличия”.

Жена Дзержинского Софья Сигизмундовна пишет: ”Он был очень красив. 11 лет тюрем, ссылки и каторги пощадили его. Он остался красив".

Софья Сигизмундовна вспоминает, как однажды летом 1918 года поздним вечером у себя под окном в Цюрихе, в Швейцарии, она услышала мелодию из “Фауста” Гуно. Это был старый условный конспиративный сигнал, которым Дзержинский давал о себе знать. Летом 18 года он приехал в Цюрих на отдых, инкогнито, под именем Феликса Даманского.

6 июля 18 года в Москве был убит германский посол Мирбах. Убийцы, сотрудники ВЧК Блюмкин и Андреев предъявили в германском посольстве документ за номером 1428 и подписью Дзержинского.

8 июля газета “Правда” опубликовала заявление Дзержинского: ”Ввиду того, что я являюсь, несомненно, одним из главных свидетелей по делу Мирбаха, я не считаю для себя возможным оставаться в ВЧК. Прошу Совет Народных Комиссаров освободить от должности председателя ВЧК”.

ЦК партии отстраняет его от должности ненадолго. 22 августа он вновь занимает свое кресло. До 22 августа Дзержинский и провел время с женой в Швейцарии. В Цюрихе Дзержинский без привычной бородки.

Кузина будущего британского премьера Уинстона Черчилля, скульпторша Клэр Шеридан написала ”Никогда не доводилось лепить более прекрасную голову, чем голова Дзержинского. А руки! Я никогда больше не поверю ни одному слову из того, что пишут у нас о господине Дзержинском”. Господин Дзержинский очень внимательно относился к своим рукам. Он еще любил повторять: «У чекиста должны быть чистые руки, холодный разум и горячее сердце». Поездки в Советскую Россию, которые совершала леди Шеридан, сейчас называют экстремальным туризмом. Она вспоминала о сеансах позирования: «Сегодня пришел Дзержинский. Его глаза выглядели несомненно, как омытые слезами вечной скорби».

Год 1922. Всероссийскую Чрезвычайную комиссию – ВЧК – переименовывают в Главное Политическое Управление – ГПУ при НКВД. Председатель ГПУ Феликс Эдмундович Дзержинский, ранее с декабря 1917 года председатель ВЧК.

Врачи рекомендуют Дзержинскому питаться белым мясом – курица, индюшатина, рябчик, телятина, рыба.

Категорически советуют Дзержинскому – черного мяса избегать. Фрукты, фрукты и зелень, мучные блюда.

И вот, каким было меню председателя ГПУ при НКВД РСФСР, т.е. России, совершенно голодной.

Понедельник: консоме из дичи, лососина свежая, цветная капуста по-польски. По-польски – это в тему. Дзержинский поляк, родился в имении Дзержиново Ошмянского уезда Виленской губернии.

Вторник: солянка грибная, котлеты телячьи, шпинат с яйцом.

Среда: суп-пюре из спаржи, говядина булли, брюссельская капуста.

Четверг: похлебка боярская, стерлядка паровая, зелень, горошек.

Пятница: пюре из цветной капусты, осетрина АМ, бобы метр-д’отель .

Суббота: уха из стерляди, индейка с мочеными яблоками, вишней и сливой. Грибы в сметане.

Воскресенье: суп из свежих шампиньонов, цыпленок маренго, спаржа.

Меню на праздновании 300-летия дома Романовых заметно уступает меню Дзержинского.

Из воспоминаний: ”Дзержинский был аскетом. Даже в ЧК орал на сотрудников, которые пытались накормить его лучше, чем других”.

Год 1922. Один из наиболее прославленных чекистов Мартин Лацис пишет: «В ЧК Феликс Эдмундович везде жаждал действовать сам. Он сам допрашивал арестованных. Сам рылся в изобличающих материалах. Сам устраивал арестованным очные ставки. И даже спал тут же на Лубянке, в кабинете за ширмой, где была приспособлена для него кровать».

Член коллегии ОГПУ Яков Петерс подхватывает: «Работал круглые сутки. Арестованных допрашивал сам. Усталый до последней степени. В старой изношенной гимнастерке, в больших охотничьих сапогах».

Кстати, об охотничьих сапогах. Это не совсем правда, что Дзержинский работал, не зная отдыха. Он знал отдых. Причем регулярный отдых. Он любил отдыхать на даче. У него было три дачи. Одна – в Сокольниках. Из экспроприированных домов там был создан дачный поселок ЧК. Вторая дача – в Кунцево, где были дачи у большинства членов ЦК. Но больше всего Дзержинский любил свою третью дачу в поселке Любиново Нарофоминского района. На даче он бывал каждое воскресенье. Об этом пишут его жена и сын. На даче Дзержинский охотился. И вот как раз в тех охотничьих сапогах, в которых Дзержинский ходил с ружьем по подмосковным лесам, он и приезжал на Лубянку. Поэтому, что касается сапог, мы вполне можем доверять воспоминаниям члена коллегии ГПУ Петерса.

Кроме того, в отпуск Дзержинский ездил на юг, в Одессу, в Сухуми, в Кисловодск, в Крым. Ездил Дзержинский и на старый дореволюционный курорт Сестрорецк на Финском заливе. Практически в двух шагах от Сестрорецка в это время жил Илья Ефимович Репин. Но творчество Репина от отдыха Дзержинского отделяла финская граница.

Дзержинский происходил из старого шляхетского рода. Внешне, особенно в юности, был абсолютным воплощением аристократа. В детстве в семье его называли “маленьким Рафаэлем”.

Русский философ Николай Бердяев перед тем, как был выслан в 22-м году из России, побывал на допросе у Дзержинского. Бердяев вспоминал: ”Думаю, что он не был плохим человеком, и даже по природе не был человеком жестоким. Это был фанатик. Производил впечатление человека одержимого. В нем было что-то жуткое. В прошлом он хотел стать католическим монахом и свою фанатическую веру перенес на коммунизм”.

В юности он заставлял молиться всех домашних и приходил в крайнее раздражение от того, что они молились не так исступленно, как он. Его бешеной религиозности ужаснулся его духовник и принялся отговаривать его идти в ксендзы.

В 22 году Дзержинскому было поручено не только обеспечение изъятия церковных ценностей, но и тончайшая работа по расколу и развалу православной церкви. В том, что касалось изъятия церковного имущества, у Дзержинского были сильные конкуренты. Особо уполномоченным Совнаркома по учету и сосредоточению ценностей по предложению Ленина был назначен Троцкий. При этом Ленин, который особо ценил и берег Троцкого, приказал его имя в связи с этим не произносить. Формально за антицерковную акцию отвечал председатель комитета помощи голодающим – Помгола – Калинин.

«Официально выступить с какими-то ни было мероприятиями должен только товарищ Калинин. Никогда и ни в каком случае не должен выступать ни в печати, ни иным образом перед публикой товарищ Троцкий».

Ленин Троцкого не унижает, а прикрывает.

В самом начале 22 года выходит постановление об изъятии из церквей и монастырей всего без исключения имущества, имевшего музейное значение. Вслед за этим церковь обязывают сдать все предметы из золота, серебра и камней. Вся антицерковная кампания идет под лозунгом помощи голодающим. Еще в 18-м году, в годовщину Октябрьского переворота Патриарх Тихон направил в Совет Народных Комиссаров письмо со словами: «Захватывая власть, какие обещания давали вы народу, и как вы исполнили эти обещания. Поистине вы дали ему камень вместо хлеба и змею вместо рыбы».

По призыву патриарха Тихона, к февралю 22-го года в помощь голодающим верующие собрали более 8 миллионов 926 тысяч рублей, не считая ювелирных изделий и продовольствия.

В разгар голода храмы переполнены молящимся народом. 11 сентября 21 года во время Всенощной народ заполнил не только сам Храм Христа Спасителя, но всю площадь вокруг него. Под открытым небом службу в разных частях площади одновременно вели три митрополита.

Несколькими днями позже Патриарх Тихон служит молебен у Варварских ворот. Сквозь толпу к нему протискиваются два красноармейца. Толпа не пропускает, кричит: «Отец родной, освободи нас. Господин наш, веди нас на Кремль».

В храмах давно не было столько народу, как в голод.

56-летний патриарх служит практически ежедневно.

Возьмем одну неделю голодного декабря 21-го года.

4 декабря – Литургия в Введенском Храме на Лубянке.

6 декабря – Литургия в Храме Сергия Радонежского в Пушкарях. В тот же день – Всенощная в Храме Екатерины Мученицы на Ордынке.

7 декабря – Литургия в Храме Ирины Мученицы в Покровском.

8 – Всенощная в Храме Георгия Победоносца в Грузинах.

9 – Литургия в Храме Георгия Победоносца на Малой Никитской.

10 – Литургия в Храме Троицы в Карачарове.

11 декабря – Литургия в Храме Петра и Павла на Преображенской площади.

5 мая 1922 года патриарх Тихон получает повестку за подписью начальника 6 отделения секретного отдела ГПУ. 6 отделение ведает церковью. В повестке – требование явиться в тот же день к 7 часам вечера на Лубянку. Уже на следующий день в газете “Известия” появляется статья с информацией о допросе. В этот день к Патриарху в квартиру на Троицком подворье является отряд красноармейцев. Патриарх объявлен под домашним арестом. На следующий день патриарх служит Литургию в Храме Спасопреображения села Богородского.

9 мая – допрос на Лубянке.

К 9 мая 22 года уже полным ходом идет санкционированный Лениным грабеж и уничтожение церквей.

В Москве мероприятия по ограблению церкви начались 31 марта. Были созданы 7 районных комиссий, которые должны были обработать 600 церквей. В сутки планировалось грабить 45 церквей. На каждую церковь направлялись 14 человек из комиссии, плюс 10 человек секретной агентуры из ведомства Дзержинского. В обязанности этой десятки входит помимо прочего написание отчетов о настроениях на окрестных предприятиях и в жилых домах. Кроме того, в рамках Московского военного округа создан оперативный штаб, войска округа приведены в полную боевую готовность на случай выступлений со стороны населения. В каждый район прикомандированы отряды ЧОНа, т.е. части особого назначения НКВД, т.е. ведомства Дзержинского.

Акция по изъятию церковных ценностей пошла с Замоскворечья, Хамовников и Красной Пресни. Это были первые опытные районы, сюда брошен максимум войск. В распоряжение коменданта Красной Пресни отданы все воинские части района. Сводки с места действия направляются в центр 4 раза в день, в отдельных случаях – каждые полчаса. Сводка из Новодевичьего монастыря: ”Пространство вокруг монастыря покрыто испуганными группами верующих, в среде которых виден черный клобук монахини. Они обсуждают событие, ждут чуда. Красноармейцы с винтовками гарантируют, что чуда не свершится”.

Отец Макарий из Даниловского монастыря прибежал на Троицкое подворье к партиарху Тихону со словами: ”Грабители все взяли”.

При этих словах он наткнулся на работавшую у патриарха комиссию. Отца Макария немедленно отправили на Лубянку.

Под особую охрану сотрудники НКВД ставят колокольни. Панически боятся колокольного набата. В церкви Богоявления на Дорогомиловке, второй по величине после Храма Христа Спасителя, мальчишка сумел забраться на колокольню и ударить в колокол. С криками: ”Бей коммунистов” собралась трехтысячная толпа. Толпу смогли разогнать только с прибытием кавалеристов. Все это время комиссия продолжала изъятие ценностей в церкви. В 30-х годах церковь Богоявления снесена.

Грабежу в храме Спаса Преображения пытались оказывать сопротивление рабочие с соседней фабрики “Богатырь”.

Грабеж церкви и нарушение прав человека в России обсуждаются на проходящей в этот момент международной конференции в Генуе. Наркоминдел Чичерин ставит перед своим руководством вопрос об урегулировании отношений с церковью. Глава ГПУ Дзержинский категорически против. Ватикан в мае 22-го предлагает выкупить конфискуемые святыни за любые деньги. ВЦИК отвергает это предложение. Изъятые ценности идут в переплавку. Особый штат сотрудников занят выемкой драгоценных камней и жемчуга из окладов икон и церковных книг. Эти жемчужины называли “плевками”. Доход от их продажи мог быть смехотворным: речной жемчуг очень дешев.

Из перехваченного частного письма из России в Белград: ”Милый мой друг, у нас ограбили в городе все церкви и говорили, что деньги, вырученные от продажи церковных предметов, пойдут на продовольствие для города. Но все это ложь, ибо после ограбления усилилось пьянство, и коммунистические содержанки появились в жемчуге и бриллиантах, снятых с икон”.

- Из Храма Христа Спасителя конфисковано 34 пуда серебра.

- Из Елоховской церкви – более 50 пудов,

- Из храма Василия Блаженного – 24 пуда серебра, 6 фунтов золота.

- Из храмов Кремля – 290 пудов серебра, более пуда золота, 259 бриллиантов, 672 алмаза.

- В часовне Иверской Божьей матери изъято - 5 пудов серебра, пуд золота, около 100 бриллиантов.

Около Иверской часовни на здании городской Думы – впоследствии Музей Ленина - еще в 19-м году был выломан образ святого Александра Невского и на его место вмурована большая звезда с надписью вокруг: ”Религия – опиум для народа”.

В 1919 году в Троице-Сергиевской Лавре в припадке кощунственного любопытства были вскрыты раки с мощами Святого Сергия преподобного. Была создана специальная техническая комиссия вскрытия мощей”. Вскрытия мощей сопровождались киносъемкой. В 22 году такое кино вовсю крутили в кинематографе.

Задолго до этого кино в январе 1899 года Феликс Эдмундович Дзержинский из ссылки в Нолинске Вятской губернии переписывался со своей невестой и несостоявшейся женой Маргаритой Федоровной Николевой, которая также пребывала в ссылке в той же губернии. В январе он ей пишет: ”ты видишь во мне фанатика дела. И это тебе нравится. А между тем я просто жалкий мальчуган. Я могу совсем разбить твою жизнь и тем разобью окончательно и свою. Я сам первый предложил тебе венчаться, но теперь мысль эта меня пугает. Мы можем просто устроить свидание, просто пожить месяц-другой”.

Потом еще одно письмо: «Я в писаки и в ученые не гожусь, я и с крестьянами о том - о сем поговорить не умею, а также и с рабочими. Я только агитатор своей идеи».

В Москве мероприятия по ограблению церкви начались 31 марта 1922 года. В них участвовали 10 человек из ведомства Дзержинского.

4 ноября 22 года Политбюро ЦК РКП(б) получило итоговую ведомость по изъятию церковного богатства.

Всего изъято на сумму 4 миллиона 650 тысяч рублей.

Из этой суммы на покупку хлеба голодающим потратили только 1 миллион рублей, больше голодающему народу не досталось ничего. Остальные деньги ушли на саму кампанию по борьбе с церковью. Только за апрель 22 года расходы на изъятие составили 1 559 592 рубля золотом. Все погромщики были обеспечены в условиях голода пищевым довольствием. Кроме того, из этих же средств были сделаны денежные подарки 1-ой Конной и членам комиссии по изъятию. А также выплачены зарплаты работникам ВЦИК за март. 16 мая на политбюро Троцкий потребовал 5% отчисления от конфискованных ценностей в натуральном виде для самостоятельной продажи Военным ведомством. Именно об этом еще в 18 году предупреждал патриарх Тихон. Патриарх говорил, что все деньги пойдут на оборону власти, которая мечтает о мировой революции. С 19 мая 22 года патриарх находится под арестом в Донском монастыре. С апреля по июнь 23 года патриарха содержат у Дзержинского во внутренней тюрьме ГПУ.

Заместитель Дзержинского по ВЧК, член коллегии ГПУ Яков Петерс одно время в 20 году работал в ЧК в Ростове-на-Дону. Расстреливали под звуки двух работающих моторов. Петерс часто сам присутствовал при казнях. Красноармейцы рассказывали, что за Петерсом всегда бегал какой-то мальчик и кричал: «дай я, дай я». Скульпторша Клэр Шеридан, которая восхищалась руками Дзержинского, в 1911 году влюбилась в Лондоне в Петерса во время судебного процесса над ним и К’.

Петерс со товарищи подозревался в подготовке ограбления ювелирного магазина в Лондоне. Петерса тогда освободили. В миг освобождения он и познакомился с кузиной Черчилля и стал с ней встречаться. Уинстон Черчилль сказал тогда своей родственнице о 25-летнем Петерсе: «Таких, как он и могила не исправит».

В 21 году Дзержинский становится главой комиссии по улучшению жизни детей.

На самом деле система детского призрения начала отстраиваться в России еще при Екатерине. Тогда появились первые воспитательные дома для детей “несчастнорожденных и от людей зверски отверженных”. Тогда же за создание семейных детских домов, государство стало выплачивать приемным родителям деньги.

За двухлетнего ребенка - 10 рублей, за трехлетнего - 17 рублей, за пятилетнего - 30 рублей. Большие по тем временам деньги.

Среди реформ убитого террористами Александра II-го наименее известна реформа мест заключения. В особенности детских исправительных учреждений. С 1866 года создаются специальные приюты для детей во избежание развращения их в тюрьмах. В Москве - знаменитый приют купцов Рукавишниковых.

Система развивается при Николае II. Среди воспитанников приютов дети всех сословий, включая дворян. В 1895-м создается общероссийская система “Ольгинских детских приютов трудолюбия” в честь Великой княжны Ольги Николаевны. Особые приюты - под покровительством императрицы. Все это - до Дзержинского.

Гражданская война вывела в беспризорники рекордное число детей - 7 миллионов. Из них около 5 миллионов – сироты.

В газете «Правда» за 14 февраля 1926 года опубликована статья под заголовком «Беспризорные». В статье указывается, что в 22 году под контролем государства находились 600 тысяч беспризорных детей. Судьбу остальных автор статьи не отслеживал.

Дзержинский судьбу подростков в уголовном мире отслеживал. Для этого были чисто прагматические причины. В начале 20-х годов, после окончания Гражданской войны, уголовный мир приобрел дополнительный оттенок. В этот мир вошли бывшие офицеры, не пошедшие на службу к красным и не покинувшие Россию. Боевые офицеры, умеющие планировать операции, отменно владеющие оружием, опытные и волевые, вступили на криминальную тропу со всей ненавистью к власти. В обычной жизни их ожидал только расстрел. Старая уголовная элита почувствовала конкуренцию, выдержала её, и место не уступила. К бывшим офицерам потянулись беспризорники, новая генерация в преступном мире. Политикой офицеры не занимались из принципа. Тем не менее, они воспринимались властью, как особая, идеологически опасная часть преступного мира. Миллионная армия беспризорников в случае перехода под их начало становилась зримой угрозой. С этого времени вводится разделение: преступники из рабочих и крестьян и те, кто совершил преступление вследствие своих классовых привычек, взглядов или интересов.

Заместитель Дзержинского в комиссии по улучшению жизни детей Александр Белобородов. Это он в 1918 году, по указанию Ленина, подписал приказ о расстреле царских детей. В 18-ом Белобородов - глава Уральского Совета.

В Исправительно-трудовом кодексе РСФСР 24 года четко прослеживается классовый принцип в отношении преступников. Например, в отделе 3, глава 3 ст.97 написано: «Посещение театра в месте заключения должно быть бесплатным, для заключенных из среды трудящихся». Выходцы из рабоче-крестьянской среды фигурируют в кодексе как «случайно совершившие преступление». В кодексе не прописаны места заключения, относящиеся к системе ГПУ. Что естественно. В приказе Дзержинского еще от 8 января 21 года в пункте 5 предписывается создать для буржуазии концентрационные лагеря. Своим приказом Дзержинский оформляет уже существующую систему и берет ее под крыло ЧК-ГПУ. Монастыри – излюбленное место для концлагерей равно как для детских колоний. Монастырская земля из церковной собственности переходит в ведение ГПУ. Все виды лагерной деятельности и доходы от нее освобождаются от налогов. В этом смысле все готово к приходу Сталина. 3 апреля 22 года Сталин избран Генеральным Секретарем ЦК РКП(б).

В ходе антицерковной кампании 21-23 годов были осуждены и уничтожены 2 тысячи 691 священник, 5 тысяч 410 монахов и монахинь, без суда погибло около 15 тысяч служителей церкви. 16 июня 23 года после 13 месяцев заключения патриарх Тихон пишет заявление в Верховный Суд РСФСР: «Признавая правильность решения суда о привлечении меня к ответственности за антисоветскую деятельность, я раскаиваюсь в этих проступках против государственного строя. При этом я заявляю, что отныне я советской власти не враг».

27 июня патриарха освободили. Чудесное освобождение имеет два чисто практических объяснения. Все время заключения патриарха, западные религиозные круги и общественное мнение через глав своих государств оказывали постоянное давление на советское партийное руководство. Смертный приговор патриарху означал бы ухудшение международного положения советской власти. Однако гораздо существенней было другое, глубоко внутриполитическое обстоятельство. У Ленина – третий инсульт. В связи с этим политбюро пребывает в крайне взвинченном состоянии. Первоочередные задачи членов политбюро – срочное усиление собственной охраны и чистка Красной Армии от старых военспецов. Расстрел Патриарха может осложнить ситуацию.

Что касается ведомства Дзержинского, то оно к этому моменту уже проделало работу, которая, по сути, снимала необходимость расстрела патриарха русской православной церкви.

В декабре 21-го года в осуществлении ленинского указания Дзержинский поставил задачу по расколу православной церкви: ”Церковную политику развала должна вести ВЧК и никто другой”. Дзержинский доверяет эту работу Евгению Тучкову, который становится во главе 6-го отделения Секретного отдела ГПУ.

У Тучкова 4 класса образования, работа в кондитерской и обувной мастерской. В 28 году он пытается поучиться в МГУ, но через год бросит эту затею. Основные методы работы шестого отдела – тотальная слежка, внедрение агентуры в церковную среду, работа с высшими иерархами, оплата. Одной из главных фигур для обработки избран епископ Антонин. Решением политбюро его вводят в ЦК Помгола в помощь Калинину и вовлекают в работу по изъятию ценностей. В разгар реквизиций 22 апреля 22 года, в день рождения Ленина, епископ Антонин объезжает в сопровождении американских журналистов храмы, позирует в Гохране на фоне изъятых ценностей и заявляет под камеру, что все находится под контролем.

Неудивительно, что 6-й «церковный» отдел ГПУ возглавляет человек без образования и трудового стажа. Это нормально. Трудовой стаж самого Дзержинского до ЧК исчерпывается тремя неделями работы набойщиком на махорочной фабрике в ссылке. Помимо этого 30 мая 23 года Дзержинский принят в ряды работников 18-го участка службы тяги станции Москва – 3. Здесь он избран “почетным слесарем” товарного парка. Он зачислен по 7 высшему разряду железнодорожных рабочих с зарплатой 355 рублей. В это время Дзержинский пользуется в Москве тремя квартирами. Его семья живет в Кремле, на втором этаже в здании Оружейной палаты. Прописан Дзержинский в Успенском переулке, между Петровкой и Б. Дмитровкой. Еще одна квартира - на Петровке в доме, конфискованном НКВД для своих нужд.

Из записки Дзержинского секретарю: ”Надо наладить все форточки, чтобы не дуло. Обить двери, чтоб не были слышны разговоры. Сменить грязные занавески”.

Из другой записки: ”Мне нужен шкаф - библиотека. Достаньте. Или у нас в ГПУ или в ВСНХ. Платить мне не удастся, поэтому на казенный счет”.

1922 год выдался в некотором смысле удачным для 217 представителей русской интеллигенции. В некотором смысле, потому что их выслали из России, но не убили. Примерно также повезло древним церковным ценностям, которые не отправили в переплавку, а продали за границу в нетронутом музейном состоянии. На избавление от интеллигенции советское государство потратилось.

Из записки зампреда ГПУ Уншлихта генсеку Сталину от 22 августа 22 года: «Лично. Совершенно секретно. Препровождаю смету расходов на высылку антисоветской интеллигенции за границу. Прошу об отпуске спецфонда в 50 миллиардов рублей».

В это время пуд муки стоит 14 миллионов. Простой подсчет указывает, что высылка интеллигенции обошлась государству в полвагона муки.

В следующем после высылки 23 году в Советской России была проведена денежная реформа и введен золотой рубль или червонец. Сохранились письма Дзержинского к племяннице. Он помогал ей деньгами. 23 января 24 года он высылает ей два червонца. 7 февраля – 2 червонца, 7 июля – 2 червонца. В пересчете на червонцы вся история с высылкой из страны 217 представителей российской интеллигенции стоила всего 1 червонец.

Год 1922. 217 представителей русской интеллигенции выслали из России. Большая удача, что их не убили.

За работу с интеллигенцией отвечает 4-й отдел секретного Отделения ГПУ. К 23 августа все 217 человек находятся либо под домашним арестом, либо в тюрьмах ГПУ. Из-под ареста освобождались исключительно после заявления – раз – о согласии на выезд, два – о согласии на выезд за свой счет. Две партии были отправлены из Питера на пароходах, зафрахтованных у Германии. Один пароход – под названием «Обербургомистр Хакен», второй – «Пруссия». Но в историю они вошли не под немецкими названиями, а под одним, общим и образным – «философский пароход». На этом пароходе – Бердяев, Франк, Трубецкой, Ильин, Карсавин, Осоргин, Вышеславцев, Сорокин, Шестов, Айхенвальд – многие и многие философы, экономисты, филологи. Других отправляли поездом. Высылка продолжалась и в 23-м.

За возвращение на родину предусматривалась высшая мера наказания – расстрел. Об этом статья 7 Уголовного кодекса РСФСР. Это уточнение внесено лично Лениным в мае 22 года, за две недели до инсульта.

Высылаемым дозволялось взять с собой одно зимнее пальто, одно летнее, один костюм, две пары кальсон, две рубашки, две пары чулок. Из драгоценностей разрешались венчальные кольца. Нательные кресты снимались.

Для выявления инакомыслящих еще в апреле 22 года было создано Бюро содействия органам ГПУ на местах.

Из инструкции Секретного отдела ГПУ об организации Бюро за подписью Генриха Ягоды. Будущий глава НКВД Ягода в 22 году находится в должности Замначсоперупра ГПУ. В переводе с раннесоветского языка на русский, Ягода – заместитель начальника секретно-оперативного управления ГПУ. Так вот, в инструкции он пишет: ” члены Бюро содействия ГПУ присутствуют на общих собраниях, где наиболее рельефно выявляется физиономия личного состава учреждения: берут на учет подозреваемых в неблагонадежности, заполняют на каждого из них секретную анкету, содействуют поступлению на службу секретных сотрудников ГПУ, их внедрению в коллектив".

Бюро содействия ГПУ организуется в каждом государственном, общественном, кооперативном и частном учреждении, а также в ВУЗах.

Строго говоря, поводом для высылки из страны интеллигенции послужило первое в советской истории “дело врачей”. Нарком здравоохранения Семашко посетил Всероссийский съезд врачей. После съезда он написал письмо в Политбюро. В этом письме нарком здравоохранения ни много ни мало обвинил своих коллег в организации похода против Советской медицины, в восхвалении земской страховой медицины и в попытке создания своего профессионального печатного органа. Врач Семашко рекомендует выжечь каленым железом всякое упоминание о знаменитой русской земской медицине.

На обороте письма Семашко Ленин отписывает Сталину: ” Я думаю, надо строго секретно показать это Дзержинскому, вынести директиву. Поручается Дзержинскому вместе с Семашко выработать план мер. Доложить политбюро. 22 мая, 22 года". Через день у Ленина инсульт.

Через месяц делегаты съезда врачей отправлены в ссылку с формулировкой: “за использование своего положения для антисоветской агитации”.

Сразу же после того, как к Ленину вернулась речь, он диктует письмо Сталину об ускорении высылки инакомыслящей интеллигенции: ”Надо бы несколько сот подобных господ выслать за границу безжалостно. Очистим Россию надолго. Арестовывать без объявления мотивов. Выезжайте, господа”.

Утечка мозгов из России началась с высылки мозгов.

Таким образом, НЭП, новая экономическая политика началась с разгрома церкви и репрессий в отношении интеллигенции и специалистов.

По поручению Дзержинского в стенах ГПУ составляется аналитическая записка.

“ Новая экономическая политика Советской власти создала опасность объединения сил буржуазных и мелкобуржуазных групп, находящих себе опору в условиях развития НЭПа”.

И надо же такому случиться, чтобы заказчик этой аналитической записки Феликс Дзержинский умер после выступления в защиту абсолютно либеральной по тем временам экономической политики. В 24-м году глава ГПУ Дзержинский становится еще и председателем ВСНХ – Всероссийского Совета Народного Хозяйства. По Москве тогда немедленно пошли слухи о том, что Дзержинский приведет в ВСНХ с собой большую группу чекистов. Этот слух полностью оправдался. Группу товарищей, пришедших на работу в ВСНХ из ЧК, возглавил Манцев, ранее известный, как начальник московской, а затем всеукраинской ЧК.

Но воздух чуть освободившейся нэповской экономики сыграл дурную шутку с начальником ГПУ. Дзержинский заговорил о необходимости укрепления частного капитала. Потом он выступил в поддержку благосостояния деревни, которая стала обгонять в своем развитии промышленность. Он произнес крамольные слова о том, что не надо бояться мелкобуржуазной деревни. Дзержинский кричал, что нельзя вздергивать оптовые цены и гнать средства в основной капитал индустрии. Что индустриализация любой ценой – это антисоветская бессмыслица. Его начала преследовать мысль о производительности труда в 1913 году. Ему захотелось немедленно поднять производительность в 24-м. Полный экономический дилетант начальник ГПУ Дзержинский свято верил, что вопросы экономики можно решать аврально, ударно. Кампания, скажем, по повышению производительности труда. Рабочие в это время после разрешения продажи ранее запрещенной водки, нещадно пили. После зарплаты и праздников на работу не выходили. Дзержинский наивно полагал сначала, что с рабочими будут разбираться коммунисты-хозяйственники. Те ввязываться в конфликты с рабочими не желали. Они считали, что для этого у них есть ручные руководители фабзавкомов и профсоюзов. Но среди профсоюзных лидеров в то время была большая мода на растрату общественных денег. Неважно, что это были за деньги – библиотечные, клубные или профсоюзные взносы. Даже на 14-м съезде партии речь шла о том, что «волна растрат прокатилась через низовые профсоюзные организации».

Так что профсоюзные лидеры ни к черту не годились. Рабочие их в грошь не ставили. В результате начальник ГПУ и председатель ВСНХ Дзержинский может опереться только на беспартийных инженеров, техников и мастеров. На фабриках и заводах этих людей “старого режима” бьют, обливают водой, бросают камни в окна их квартир. А они несмотря ни на что продолжают определять нормы выработки, расценки, размещают рабочих по способностям и квалификации. Дзержинский защищает свою беспартийную и единственную опору. Он орет на директора завода: ”В басне вол пашет, тащит плуг, а муха на шее вола кричит: мы пахали. Вы, директор завода – эта самая муха. Заявляю, буду увольнять, привлекать к ответственности”.

При Дзержинском влиятельные посты в ВСНХ занимают пять беспартийных, пять бывших меньшевиков. Гинзбург, Соколовский, Штерн, Кафенгауз, Валентинов. Никто из них в партию не вступил, хотя им и делались предложения. В 31-ом они будут осуждены. Дзержинский в 25-ом говорил: ” Говорят, что, мол, в ВСНХ – меньшевистское засилье. Пожелаю, чтобы и в других наркоматах было такое же засилье. Это засилье превосходных работников. Они работают не за страх, а за совесть”. К этому пассажу Дзержинского следует сделать одно уточнение – по поводу страха.

В 24-м и 25-м аресты идут по всей стране. В ВСНХ их почти не было. Поэтому многие инженеры говорили, что полтора года при Дзержинском они могли спать спокойно.

В апреле 25-го Дзержинский решил трудоустроить в ВСНХ Бориса Савинкова. В прошлом лидера эсеров, крупнейшего террориста и министра Временного правительства. Савинков в это время сидел во внутренней тюрьме ГПУ. Дзержинский хотел сделать его бухгалтером. Политбюро запретило. Савинкова в тюрьме сбросили в лестничный пролет.

Речи Дзержинского по экономическим, организационным и кадровым вопросам в Советской печати публикуются в сильно смягченном виде.

20 июня 26-го года на пленуме ЦК Дзержинского прорвало по полной программе. Он защищал частных предпринимателей, он говорил, что социализм никогда не изучал торговлю. Потом обрушился на наркома внутренней торговли Каменева: ”Я, прихожу прямо в ужас от нашей системы управления, этой неслыханной возни со всевозможными согласованиями и неслыханным бюрократизмом”. Он задыхался на трибуне, еле стоял, шатался. Через три часа – умер.

В газете “Правда” на следующий день слова о бюрократизме смягчили.

Троцкий тогда на пленуме Дзержинскому крикнул: ”Осторожнее указывайте на разлагающий партию бюрократизм! Вы рискуете, со всеми вытекающими отсюда последствиями, быть записанным в лагерь оппозиции”. Тут Троцкий, как в воду глядел. В 27-м году позиция, приверженцем которой неожиданно для себя самого стал Дзержинский, будет названа “правым уклоном” и станет расстрельной статьей.

Строго говоря, “правый уклон” – это в оригинале позиция Ленина. При этом Ленин лично Дзержинского не любил. А Дзержинский избегал цитировать Ленина.

Советский бизнес времен НЭПа к экономическим выступлениям Дзержинского относился с крайним недоверием. Иначе и не мог. Отстроенная Дзержинским система ГПУ в Москве и провинции работала без сбоев. Шантаж предпринимателей, аресты, высылки. Параллельно с увлечением экономикой Дзержинский сумел вырастить смену в лице своего зама по ГПУ Менжинского и члена коллегии ГПУ Ягоды. Дзержинский был трудоголик, он все успевал. Он говорил : ”Я не щажу себя, никогда не щажу».

После смерти Дзержинского новый глава ГПУ Менжинский сказал: ”Он был не только великим террористом, но и великим чекистом. Он действовал не только ужасом, но глубоким понимаем зигзагов человеческой души”.

На похороны Тульское ГПУ прислало венок из маузеров, штыков и сабель. Сабли, как колосья на советском гербе. Горький плакал. Вспомнили, что единственным культурным мероприятием, которое Дзержинский посетил за годы советской власти, был просмотр фильма “Похороны Владимира Ильича Ленина”.

И при жизни Дзержинского, и после его смерти тщательно скрывался один эпизод из его раннего детства. Мальчишкой он убил свою младшую сестренку Ванду. Из ружья. Случайно.