2016-09-29T18:51:48+03:00

Как интернет-технологии позволяют облегчить жизнь бизнеса? Гость программы: сооснователь компании «Мой склад» Аскар Рахимбердиев

В гостях у предпринимателя Дмитрия Потапенко (справа) и журналиста Александра Зюзяева (слева) сооснователь компании «Мой склад» Аскар РахимбердиевВ гостях у предпринимателя Дмитрия Потапенко (справа) и журналиста Александра Зюзяева (слева) сооснователь компании «Мой склад» Аскар РахимбердиевФото: Дмитрий ПОТАПЕНКО

«Бизнес и немного личного» на РАДИО «Комсомольская правда» [аудио]

00:00
00:00

Зюзяев:

- Добрый день! Вы слушаете программу «Бизнес и немного личного». В студии предприниматель и наш постоянный соведущий Дмитрий Потапенко.

Потапенко:

- Всем привет!

Зюзяев:

- И корреспондент Александр Зюзяев. Принято считать, что торговля и производство – это, в первую очередь, что-то осязаемое: помещение, прилавки, производственные мощности. На самом же деле в последнее время эксперты все чаще говорят, что успех сопутствует, в первую очередь, компаниям, которые используют современные достижения автоматизации. В том числе и виртуальные. Как интернет-технологии позволяют облегчить жизнь бизнеса?

У нас в гостях сооснователь компании «Мой склад» Аскар Рахимбердиев.

Рахимбердиев:

- Добрый день!

Зюзяев:

- Давайте начнем, что называется, с краю. Когда появилась компания? Как она появилась?

Потапенко:

- И, главное, зачем?

Рахимбердиев:

- Это было довольно давно, в 2007 году возникла эта идея. И у нас с партнерами тогда было такое ощущение, что у нас в России малый бизнес, особенно который связан с торговлей, он должен выживать как-то без адекватных средств для автоматизации. А тогда на западе появилась новая модель. Сейчас «облака» называют, а тогда аббревиатура SAAS – программное обеспечение как услуга. И нам хотелось свой айтишный бизнес запустить уже достаточно долго. Тогда работали по найму в IT. И посмотрели на эту модель. И поняли, что если просто взять какие-то решения для торговли, перетащить их в «облако», то есть, сделать в качестве интернет-сервиса, то это будет куча преимуществ. И вот тогда, 2007-й год, вообще абсолютно таких решений в России не было. Увидели такую нишу, которую захотелось очень быстро заполнить.

Зюзяев:

- Что дает этот софт?

Потапенко:

- Есть разделение. SAB, 1С и все остальные. Тремя крупными кусками. SAB – для госструктур с крупняка, где пилится бюджет и пофигу мороз, что половина функционала на фиг не нужна. 1С – каждый ее допиливает под себя.

Зюзяев:

- Это для малышей – 1С.

Потапенко:

- Не обязательно.

Рахимбердиев:

- 1С – довольно серьезное решение. И вы совершенно точно сказали, что они часто «допиливаются».

Потапенко:

- Они все время «допиливаются».

Рахимбердиев:

- А у нас такая идея, что это стандартное решение «из коробки». Оно простое. «Допиливать» его можно, но гораздо более ограниченные возможности, зато оно более простое. И мы в основном боремся с экселем и с тетрадков. Это наш основной конкурент. Этот сегмент - очень сложно было дать адекватное решение. А до того, как интернет-сервисы появились.

Потапенко:

- Если мы говорим о тетрадке и эксель, то там является примитивный интерфейс. И фактически нулевая цена.

Рахимбердиев:

- Да.

Потапенко:

- Должны быть две вещи. А когда мы говорим об «облачных» технологиях, есть маленькое «но»: «облако» - это все замечательно. Но тут же возникает…

Зюзяев:

- Денег оно стоит.

Потапенко:

- Нет. Оно денег стоит дешевле. Это возникает проблема канала, потому что канал должен быть толстый.

Рахимбердиев:

- Во-первых, нет.

Потапенко:

- Как вы решаете проблему?

Рахимбердиев:

- Проблемы с каналом уже нет, потому что Москва, Питер – это вообще не проблема. Миллионники тоже не проблема. А в каких-то мелких городах, селах, на самом деле, там торговли такой не очень много.

Второе. Канала особо не нужно. Большинство сервисов и наш, в том числе, нормально и адекватно работает через мобильный интернет. Мобильный интернет есть почти везде. 3G более чем достаточно. Адекватная скорость.

А по поводу стоимости, тут такая ситуация, что у нас, поскольку все в онлайне, через интернет, у нас меньше расходы, себестоимость на одного пользователя. Поэтому мы себе можем позволить давать что-то бесплатно.

Потапенко:

- А именно?

Рахимбердиев:

- Например, у нас есть возможность, если ты один, у тебя одно рабочее место, пожалуйста, работай бесплатно.

Зюзяев:

- А с какого момента надо уже платить?

Рахимбердиев:

- А вот когда у тебя появился второй сотрудник, тогда уже появляется платный тариф. Пока ты один, мы готовы ждать, пока ты не подрастешь немножко. Жирок нагуляешь и дела лучше не пойдут. И, на самом деле, с таким обычным ПО, который устанавливается, там побольше расходы. И они себе, как правило, не могут себе такого позволить. А мы можем.

Потапенко:

- Если говорить о том самом ИП, который одинокий работает. Насколько велик объем остающегося одинокого ипэшника. И насколько на нем можно заработать? Потому что то, что делают SAB, 1С, понятно, они крупняк или середняк под себя поджали. А вы на какой рынок рассчитываете?

Рахимбердиев:

- А у нас промежуток между этими одинокими ипэшниками, на которых заработать нельзя, поэтому мы им даем продукт бесплатно. И между решениями, когда нужно потратить не фантастические деньги, но несколько сотен тысяч рублей. И вот пока «облака» не появились, предприниматели страдали, пока они этот промежуток от одного сотрудника и владельца с тетрадкой до какого-то по российским меркам не совсем микро-бизнеса, они проползали с некоторыми страданиями. А сейчас у нас появилась возможность именно здесь предложить продукт, который уже не бесплатный, но он чего-то стоит. Но это далеко не сотня тысяч рублей. И значительно более реальная сумма.

Зюзяев:

- Аскар, последний год-полтора принято говорить, что наша экономика в кризисе. На вашем бизнесе это как-то отражается?

Рахимбердиев:

- На нашем не очень. Мы росли и продолжаем расти. Тут даже больше не наша заслуга, а в том, что мы работаем в таком сегменте, который быстро растет сейчас. «Облака» растут. Они в России росли на несколько сот процентов в год несколько лет назад. Сейчас немного этот рост замедляется. Отчасти в связи с тем, что уже база не такая низкая, отчасти с экономической ситуацией… Но все равно он есть. Это порядка 40-50 процентов в год. Мы просто работаем на правильном рынке. И сейчас на IT рынке деньги переходят из лицензированного ПО, которое устанавливается, в «облака». И мы пока отрицательных вещей не ощутили.

Зюзяев:

- Вы говорили о том, что компания появилась в 2007 году, а первые клиенты когда появились? И насколько сложно их было найти?

Рахимбердиев:

- На самом деле, тогда очень сложно. Мы начали работать над продуктом, запустились в 2007-м, а начали пытаться продавать в 2008-м. И в 2008-м «облака» у нас в России было продавать очень сложно, потому что это довольно чувствительная история. Даже сейчас еще есть определенное недоверие к тому, что свои данные я буду хранить не у себя, а где-то в «облаке».

Зюзяев:

- Это в интернете где-то?

Рахимбердиев:

- Где-то в интернете. Вот. Есть совершенно рациональная причина на то, что, как правило, это более безопасно, но люди даже сейчас еще опасаются. А в 2008 году было вообще очень сложно продавать. Тогда у нас были чуть ли не единичные продажи. Десятки клиентов в начале. И это было довольно проблематично.

Зюзяев:

- А сейчас их сколько?

Рахимбердиев:

- Сейчас порядка 6 тысяч у нас активных клиентов. И несколько тысяч на бесплатном тарифе, о котором я говорил.

Потапенко:

- «Облако» - это всего лишь дата-центр. Дата-центр в России?

Рахимбердиев:

- Сейчас переезжаем из зарубежных дата-центров в Россию.

Потапенко:

- В связи с законом?

Рахимбердиев:

- Мы, как таковых, не храним персональных данных, но все-таки есть такая тенденция. Данные российских пользователей хранить в российских ДЦ.

Потапенко:

- Насколько это будет более безопасным? Может возникнуть обратная тенденция: будет вопрос, если западный сервер изъять фактически невозможно, то российский и остановить, и изъять – щелчок пальцев и правоохранительные органы изъяли его. Не будет ли тенденции отказа клиентов?

Рахимбердиев:

- Я думаю, нет. Потому что, в любом случае, это получается намного более сложно. Как правило, если идет какая-то работа правоохранительных органов, она идет с конкретной компанией. Приходят в эту компанию. И если что-то будут изымать, будут изымать у этой компании. В любом случае, в этом случае серверы находятся не у них. Они находятся в ДЦ. И я должен сказать, что все-таки основные риски, честно говоря, по утечке данных, они связаны со своими собственными сотрудниками.

Потапенко:

- Это понятно.

Рахимбердиев:

- Это большая часть случаев. И если у тебя данные находятся где-то в офисе, очень сложно гарантировать, что никто из сотрудников с флешкой не подойдет в конце рабочего дня. И всю базу не скопирует. Если серверы находятся в ДЦ, туда несанкционированные доступ исключен практически.

Потапенко:

- Какие каналы продвижения сегодня с точки зрения… У нас есть SAB, 1S и все остальные. С точки зрения привлечения клиентов какие каналы наиболее актуальны?

Рахимбердиев:

- Мы пока в онлайне привлекаем новых клиентов, потому что те люди, до которых ты можешь дотянуться в интернете, они там присутствуют. И по определению они больше готовы к тому, чтобы интернет-сервис использовать для своего бизнеса.

Зюзяев:

- Пользователи интернета – это ваш потенциальный клиент.

Рахимбердиев:

- Фактически да. Если бизнесмен никак интернетом не пользуется, то, наверное, на «облачный» сервис его достаточно сложно подсадить.

Потапенко:

- Вы сказали, что в вашем объеме продаж склад стал 20 процентов. А если распределить по сегментам, как у вас распределяется решение фронт-офиса, бек-офиса, склад.

Рахимбердиев:

- У нас где-то половина – обычная розница оффлайновая. Сейчас процентов 15 осталось интернет-магазинов. Начинали мы вообще практически с интернет-магазинов, потому что тогда это был единственный сегмент, который был готов использовать интернет-сервис для бизнеса. Сейчас их немного остается с точки зрения процентов. И оставшиеся – обычный опт.

Потапенко:

- Если мы говорим о самом большом сегменте 50 процентов магазинов обычных, они используют решения фронт, бек или склад?

Зюзяев:

- А заодно переведите на русский то, что он сказал?

Потапенко:

- Извини, Саш. Увлекся и начал материться в эфире.

Рахимбердиев:

- Фронт – это, грубо говоря, касса. Это такое рабочее место, где сидит продавец, который пробивает чеки и оформляет продажи. Бек – это то, что находится за кассой. И склад сюда же относится, и в бек-офис, там сидят люди, которые смотрят, сколько надо закупить, в какой магазин довезти, а кто нам из поставщиков должен, и надо выбивать. И так далее.

Примерно поровну, наверное. Фронт, точки продаж используются и бек. Плюс в том, когда ты работаешь в «облаке», у тебя вся информация доступна с любого компьютера. И ты можешь объединить информацию пол продажам розничным, понять, что у тебя с поставщиками. Это большой плюс «облака».

Зюзяев:

- Это с любого компьютера доступно?

Рахимбердиев:

- Даже с телефона.

Зюзяев:

- Для этого какие пароли, что-то еще требуется?

Рахимбердиев:

- Пароли да. Это выглядит, как вы работаете, например, с вип-почтой. Вы регистрируете почтовый ящик и вам нужно придумать название какое-то. И вам приходит пароль. Все. Точно так же вы работаете в моем складе. Пишите свою почту, приходит пароль и все. И вам нужно его запомнить. И с любого компьютера, планшета, телефона есть доступ.

Потапенко:

- Производитель оборудования, давно «облака» не является конкурентным преимуществом. Тот же «Штрих», у него, помимо поставки оборудования, с чего они при советской власти начинали, они тоже написали свою приблуду. Их как вы предполагаете побить?

Рахимбердиев:

- Производителей оборудования никак не хотим бить.

Потапенко:

- Хотя бы их решение пэошное. Ладно, производителя оборудования вы не побьете. И они тоже ни фига не производят, на самом деле, а только логотипчик свой ставят. Они предустановленно все это делают.

Рахимбердиев:

- У производителей оборудования нет нормального бек-офиса.

Потапенко:

- Они на фронте сидят.

Рахимбердиев:

- Да. Правда, фронт у них – типичное решение посложнее. Надо как-то настраивать и так далее. У нас в этом плане проще: сел и поехал, на любом планшете открыл. У меня есть такая идея, что компания… У любой компании есть основное направление. Она его делает хорошо. Есть дополнительные. Они обычно получаются несколько хуже. Если компания делает железки, она в среднем довольно хреново делает софт.

Мы в следующем месяце будем анонсировать, запускать совместное решение с «Атоллом». У них тоже есть какой-то софт, но что они хорошо делают, так это железки. Мы хорошо делаем «облачный» софт. И вот здесь никакой конкуренции в обозримом будущем я не вижу.

Потапенко:

- У «Атолла» есть свое решение. Они откажутся от своего решения?

Рахимбердиев:

- «Мой склад» будет одним из вариантов. Можно будет подключать их решение, можно мой склад.

Потапенко:

- Мы остановились на полудохлом софте. Если мы говорим о процессе внедрения вашего софта, ваших услуг к заказчику. Какие сейчас основные проблемы, которые вы видите? Есть ли у вас масштабные внедрения? Никогда заказчик: просто тупо скачал, поставил, а вы, в лучшем случае, поднимаете сервак, если его аккаунт, если он ни с того ни с сего рухнул. Есть ли у вас внедрения, где вы что-то дописываете, доставляете? Или делаете более сложное, чем ваше коробочное решение.

Рахимбердиев:

- У нас идея в том, что простой продукт и внедрение требуется минимальное. Оно, как правило, нужно, скорее, на уровне обучения, а не интеграции с какими-то другими системами и так далее. Мы постепенно пришли к такой схеме, когда обучение – внедрение делается в онлайне. У нас консультанты просто в онлайне, через скайп, по демонстрации экрана тратят полчаса-час и, как правило, этого часа хватает на то, чтобы это обучение сделать. Здесь больше речь идет про обучение. А внедрения сложные, на самом деле, бывают. Есть более крупная компания, у них другие системы, бывает собственный IT-отдел, есть программисты. Соответственно, в моем складе есть ?, через который можно сделать много чего, если есть ресурсы и компетенция.

Потапенко:

- При таких внедрениях какая основная проблематика?

Рахимбердиев:

- Наверное, все-таки, мой склад – это не конструктор. Это, условно говоря, коробка. Это готовое решение. Там есть вещи, которые можно поменять. Но их, в принципе, меньше. И если есть у клиента сильно навороченный бизнес-процесс, его хочется без изменений перенести в айтишную систему автоматизирования, то процесс сложный. И с какой-то вероятностью мой склад просто не подойдет. Если процессы типовые или есть готовность как-то этот процесс немного изменить, чтобы втиснуть мой склад, тогда, скорее всего, все будет хорошо.

Потапенко:

- Если говорить об изменении бизнес-процесса, к чему я вас-то и подводил, а бизнес-процессы изменяются в ритейле, в коар раз в два-три года точно. Вы существуете достаточно давно. Например, внедрение тех же коар-кодов и пластиковых карт. Насколько…

Зюзяев:

- коар-коды. Что такое?

Потапенко:

- Саша, это то, что ты периодически видишь на остановках общественного транспорта с надписью «Транспортный департамент Москвы».

Зюзяев:

- Что можно считать мобильным телефоном.

Потапенко:

- В точечки. Это та же пижня, что и штрихи, но только по-другому нарисовано.

Рахимбердиев:

- В малом бизнесе коар-коды массово пока не пошли. Сразу скажу.

Потапенко:

- Это от поставщика зависит. По причине, что малому бизнесу вообще до лампады: хоть на тетрадке, действительно.

Рахимбердиев:

- В малом бизнесе история примерно такая. Они смотрят, что делают крупные. И они стараются копировать. Но в основном распространяются какие-то вещи, которые работают действительно. Которые можно посмотреть. Окей, средний чек стал больше.

Потапенко:

- А именно?

Рахимбердиев:

- Например, сейчас очень любит малый бизнес систему лояльности: скидочные карты, бонусные. И вот такие вещи, которые становятся массовыми, то есть, нам на самом деле, довольно просто. У нас есть тысячи клиентов. Они постоянно чего-то просят. И вот мы просто из этих запросов каждые полгода, а у нас так процессы работают, выбираем какой-то топ. Но все просят программу лояльности. Мы делаем такую общую программу лояльности стандартную.

В малом бизнесе у тебя нет к этим карточкам особенных требований. Ты смотришь, что есть. И вот я буду использовать программу лояльности в таком вот виде. И новые фишки, они появляются, но в таком максимально стандартном виде, который всех устроит.

Потапенко:

- Хорошо, а если говорить об открытых и закрытых кодах. Насколько ваше программное обеспечение на открытых кодах и на закрытых?

Рахимбердиев:

- Мы используем максимально то, что можем. Но, скорее всего, для таких сильно нагруженных проектов – это лучше из баз данных с открытым кодом. Используем кучу всяких технологий. Есть такое понятие интерпрайс. Всякие такие штуки, делаются большие надежные и высоконагруженные системы.

Потапенко:

- Java не тяжеловата для этого всего решения?

Рахимбердиев:

- Сначала может быть, она была тяжеловата, потому что, когда у тебя стартап, ты прототип хочешь быстро запилить, возможно, тебе лучше другие технологии.

Потапенко:

- Попрощей и полегче.

Рахимбердиев:

- Да. Но зато, когда мы выросли, мы смогли очень прилично масштабироваться. И использовать достаточно мало железа. Сначала мы немножко пострадали.

Потапенко:

- Либо в дата-центре должны сильно большое пространство закупить, либо сервак. Пару серваков.

Рахимбердиев:

- Эти технологии, они тяжелые, скорее, с точки зрения разработки. Ту программисты нужны хорошие.

Потапенко:

- К этому я вас и подвожу. А что у нас с программерами на java?

Рахимбердиев:

- А, в общем-то, неплохо. Но да, больше требования к квалификации, зато потом это скорее окупается. За счет железа. Потому что там не безумное количество железа, но оно тянет очень высокую нагрузку.

Зюзяев:

- Людей много у вас сейчас работает?

Рахимбердиев:

- У нас сейчас 40 с чем-то человек компания.

Потапенко:

- Писарчуки?

Рахимбердиев:

- Нет. У нас примерно три основные отдела. Между ними более или менее поровну поделены сотрудники: разработка, продажа и поддержка. Поддержка – это важно.

Потапенко:

- Круглосуточная поддержка?

Рахимбердиев:

- Не круглосуточная, но без выходных в основные рабочие часы.

Потапенко:

- А что делать клиенту? У него все упало в выходной во Владивостоке, условно говоря?

Рахимбердиев:

- Если все упало, то есть автоматический мониторинг. Это сообщение получит техническая служба. А такое, чтобы все внезапно упало, ну, такого не бывает.

Потапенко:

- Если говорить о 6 тысячах пользователей, которые у вас подключены. Если их сегментировать, что это за бизнес?

Зюзяев:

- Сколько крупного?

Рахимбердиев:

- Проще сказать, кого нет. Зоопарк довольно большой. Много одежды, обуви, всякие подарки, электроника и так далее. Могу сказать, кого нет. Нет супермаркетов с продуктами, с большим потоком. Нет алкоголя, аптек, потому что там определенная специфика. А все остальное, мебель, подарки, все это есть. даже сложно выделить отдельные. Если бы я что-то назвал в первую очередь, наверное, одежда, обувь, электроника.

Потапенко:

- Шмотье и иже с ним. А от них какие основные запросы приходят с точки зрения требования к программному обеспечению? До того, как они его купят.

Рахимбердиев:

- Хороший вопрос. Вот здесь зависит от сегмента конкретного, потому что если приводить примеры, какая специфика, если ты торгуешь одеждой, у тебя, например, по одному артикулу есть различные размеры. И вот здесь запрос такой, чтобы ПО, которое это учитывает, оно бы позволяло это делать. И тут зависит от конкретной области.

Зюзяев:

- Время программы подошло к концу. Спасибо.

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ