Еще одно блюдо, которое подают холодным
Твердо знающий что и как делать на театре, в кино режиссер Кирилл Серебренников все еще ищет себя. После хулиганской «Изображая жертву» и снятого в традициях «русской духовности» «Юрьева дня» - непохожий ни на то, ни на другое фильм «Измена». Герметичная драма, не прописанная по конкретному месту и времени, хотя и снятая в современной Москве, представшей в виде среднестатистического, не без гламурной обшарпанности, европейского города.
Полуабстрактная притча «о свойствах страсти» и смерти как желанном избавлении от изнурительных страстей и измен, чью универсальность удостоверяет факт отбора в престижный венецианский конкурс. Парабола по мотивам парадоксального тезиса Оскара Уайльда «Тем, кто верен в любви, доступна лишь ее банальная сущность. Трагедию же любви познают лишь те, кто изменяет».
Герои фильма, сыгранные по преимуществу зарубежными актерами, лишены имен и каких-либо национальных примет. Эти анонимные существа или, скорее, бледные сущности служат проекциями «мужского» и «женского» начал, а также авторских идей об их непрерывной войне и травматическом краткосрочном слиянии. Об одном из персонажей «Измены», уже неживом, прямо так и сказано языком полицейской отчетности - «мужчина европейской наружности, без особых примет».
Указанный персонаж случайно выпал с балкона вместе с любовницей непосредственно в процессе страстного совокупления. Или любовникам помогли в этом их законные половины, объединившиеся в безутешных поисках истины? По большому счету, это не так уж важно. Важно то, что у лежащих в гробах покойников на лицах осталось выражение неземного блаженства, физиономии же их супругов, оставшихся куковать в этом жутком мире расшатанных штырей, битого стекла и темных подземных переходов, по понятным причинам искажены судорогой. Впрочем, ненадолго.
Смерть идет на высоких каблуках деловой походкой главной героини (амбивалентная рыжеголовая немка Франциска Петри). Не без некоторого внутреннего надрыва, хотя и без всякой внешней трагедии избавившись от разлюбившего ее мужа, она войдет в сношение с мужем ее покойной соперницы. А потом история повторится и в режиме рондо будет повторяться до скончания времен. Впрочем, и началась она явно до начала «Измены».
Со столь же незапамятных времен секс и смерть в кино составляют неразлучную пару (больше ни о чем неинтересно, как справедливо замечает эпизодический малолетний персонаж). Клинически очищенный опыт Серебренникова, вновь взболтавшего их в лабораторной колбе,— кино головное, конструктивистское. Сильно надеюсь на то, что в наши интересные времена известный своим бурным общественным темпераментом режиссер не станет долго засиживаться в лаборатории.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Кирилл Серебренников: «Театр - это больше, чем секс!»
2012-й год можно смело назвать годом Серебренникова. Пару месяцев назад этот все еще молодой режиссер выпустил в МХТ впечатляющий “политический» мюзикл «Зойкина квартира». Его фильм «Измена» соревнуется с работами лучших мастеров мира в главном конкурсе предстоящего Венецианского фестиваля.
Как будто бы всего этого недостаточно, некоторое время назад Серебренникова назначают руководить московским театром Гоголя, труппа которого немедленно отправляет на него донос в адрес Путина и Медведева. (Читайте далее)