Сергей Мазаев: У нас были песни с матом, но мы не осмеливались, не облегчали задачу

Музыкант Сергей Мазаев.

Фото: Борис КУДРЯВОВ. Перейти в Фотобанк КП

Накануне Всемирного дня борьбы с ненормативной лексикой «КП» обратилась к одному из самых брутальных (и при том интеллектуальных) музыкантов нашей страны, лидеру группы «Моральный кодекс» Сергею Мазаеву:

- Сергей, музыканты - люди вольные в своих проявлениях, в том числе, в словах. Вы к ограничениям на нецензурную ругань как относитесь?

- Когда вводят запрет за запретом, какой-то когнитивный диссонанс наступает, ярко выраженный. Есть ли здесь отслеживание причинно-следственных связей? Сомневаюсь.

- Но разве материться по поводу и без, где попало и в какой угодно обстановке — это нормально?

- Норма — это понятие относительное. Так же, как и мораль. У христиан - одна, у мусульман - другая, у буддистов - третья.

- Ну так и мат на сцене или мат в окопе — это две большие разницы.

- Ну да, как вы видите боеспособность армии без мата? Невозможно ведь ни одной команды отдать! И как бойцам разговаривать между собой при выполнении боевой задачи особой сложности? Вообще, об этом можно рассуждать только с точки зрения юмора и иронии. В противном случае гражданам нужна госпитализация.

Сергей Мазаев во время концерта "Морального кодекса".

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

- А вы-то сами — злоупотребляете?

- Я на язык в последнее время стал сдержанным. А был несдержанным. И раньше попадало много раз мне из-за этого. Преимущество правды в том, что не надо думать, что сказать. Только быстро решить — говорить или не говорить. Сейчас, может, лучше промолчать.

- Мат в книгах, фильмах, на сцене...

- В литературе все зависит от характера произведения. Есть образы людей, которые живут в соответствующем социальном срезе. Тех, кто считает, что мат можно запретить, стоило бы отправить на летучку Газпрома при Черномырдине Викторе Степановиче. Чтобы прониклись. Это — непрошибаемые... (раздолбаи - прим. авт.). У них костенеет мозг. И превращается в сплошное яблоко чеснока. Без извилин. Обсуждать это можно только на сцене Камеди клаб.

- Ну вот у вашей группы строгое название...

- Да, мы называемся «Моральный кодекс». Строителя капитализма. Мы за свободу слова и свободу личности. Если звучит мат со сцены — это все должно соответствовать определенной эстетике.

- У вас были композиции с ненормативной лексикой?

- Были, но мы не осмелились на это. Раздвигание рамок — оно облегчает задачу музыканту и поэту. Делать сложные и красивые тексты без мата — это, конечно, труднее. Когда у тебя рамки — изобретательность должна быть выше. Изысканней. Есть поэзия, а есть текст — это разные вещи. Это разный уровень интеллектуального развития.

- Но вы участвовали в юбилейных концертах своих известных друзей-товарищей, когда со сцены всякое звучало.

- Ну, мы иногда шутили и такие вещи, как «на палубе матросы курили папиросы» или «по улицам ходила большая крокодила», или «один американец засунул в попу палец», эти детские присказки вставляли вместо текста. Ну а мат — зачем? Это прерогатива Шнура. Были еще группы «... забей», «Волосатое стекло», «Сектор газа». Это не ново.

- Мат — это плохо, хорошо или это «объективная реальность, данная нам в ощущение»?

- Мат это хорошо, красиво, резко - но всему свое время и место. С трибуны съезда нельзя матом говорить. И в школе не стоит к этому лексикону приучать — они сами научится без проблем. А вот хорошему языку и красивому почерку — конечно, учить надо, в обязательном порядке. А это сейчас отсутствует. Беспрерывно нажимать большим пальцем на экран — это деградация.