Виктор Корчной: Высоцкий посвятил мне песню. Но петь ее боялся

Главному шахматному диссиденту всех времен и народов Виктору Корчному исполняется 70 лет. Один из самых ярких советских гроссмейстеров, эмигрировавший в 70-х в Швейцарию и получивший в шахматном мире за свой резкий характер прозвище Злодей, приехал отмечать свой юбилей в Санкт-Петербург: в свое время Корчной окончил исторический факультет Ленинградского университета. Корреспондентам «Комсомолки» удалось попасть на закрытую встречу гроссмейстера с университетскими шахматистами. Началось все очень торжественно. Корчной полчаса выслушивал здравицы в свой адрес. Слушал терпеливо, однако на фразе одного из ораторов «70 лет - расцвет жизни!» Корчной внезапно оживился и взял слово. Гроссмейстера понесло!.. - Если бы я не стал шахматистом и не уехал на Запад, то преподавал бы историю в одном из самых медвежьих углов Сибири, - заявил Корчной. - Меня всю жизнь гнобили! Я это рассказываю потому, что молодому поколению неизвестно, что творилось в стране 20 - 30 лет назад. Конечно, если они не студенты исторического факультета. - А что подтолкнуло вас к эмиграции? Ведь ваша шахматная карьера складывалась благополучно... - Да, долгое время я был одним из ведущих шахматистов страны, четырехкратным чемпионом СССР, боролся за звание чемпиона мира. И тут я повстречал молодого тогда гроссмейстера Анатолия Карпова, которого партийное руководство уже «выбрало» чемпионом. Было сделано все, чтобы обеспечить победу Карпову, и в матче из 24 партий он выиграл у меня со счетом 3:2 при 19 ничьих. Мое слишком свободное для советского человека поведение всегда раздражало власть, но я был известным в стране шахматистом, и меня до поры до времени не трогали. Но после поражения от Карпова мне решили воздать за все. И тогда, в конце 1974 года, я понял: нужно бежать! И уехал при первой же возможности. Я не был диссидентом, никогда не боролся ни за какие гражданские права всего советского народа или отдельных национальностей. Я уезжал, чтобы сделать себе шахматную карьеру, которой угрожала серьезная опасность. Но человек, который в те времена покидал Советский Союз, все равно что исчезал бесследно: имя его в стране уже не упоминалось. А на Западе многие из таких людей становились знаменитыми. Помню, я жил одно время в Нью-Йорке, в семье шахматистов. Мне позвонил секретарь Рудольфа Нуреева, чтобы договориться о встрече. Так мои друзья чуть в обморок не упали: «Нуреев!.. Нуреев!..» А для советского народа его просто не существовало в природе. Партийные бонзы, используя свое влияние на руководство ФИДЕ (Международная шахматная федерация - Прим. ред.) пытались не допустить меня к матчам на первенство мира. Но это им не удалось, и я играл с Петросяном, Спасским, Карповым. В СССР меня называли просто - «претендент». «И вот они сидят: один, герой народа, что пьет кефир в критический момент. Другой - без имени и рода, с презрительною кличкой - Претендент!» Это про нас с Карповым, это строчки из песни Высоцкого, которую, правда, у него не хватало смелости исполнять. Мои друзья публиковали ее кусками в шахматных изданиях. - А вы не хотите вернуться в Россию? - Я уезжал на Запад, чтобы продлить шахматную карьеру, а вместе с этим продлил свою жизнь. В России большинство мужчин не доживают до 70 лет. Вы хотите, чтобы я вернулся в Россию? Когда у меня появилась квартира в Швейцарии, то первый телефонный звонок был из советского посольства: мне сообщили, что я лишен советского гражданства! Когда же к власти пришел Горбачев, одним из первых его указов стал указ о возвращении гражданства бывшим диссидентам. В этом списке было 23 человека, первым шел Солженицын. Был там и я. Но я мягко и дипломатично, что на меня не очень похоже, отклонил это предложение. - Кто, на ваш взгляд, сейчас находится на шахматном Олимпе? - Я не против того, чтобы в шахматах было несколько чемпионов мира. Но, на мой взгляд, чемпионов мира сейчас два - Крамник и Ананд, а сильнейший шахматист мира - Каспаров. - Как вы относитесь к нововведениям в шахматах? - Уже идут разговоры о том, чтобы звание чемпиона мира разыгрывать в партиях блиц и выплачивать победителю призовые в сумме 500 тысяч долларов. Это кощунство, это профанация! И ввел ее человек, который мало понимает в шахматах, зато имеет много денег. Это Илюмжинов. Я понимаю, XXI век, нужны новые формы... Но шахматный мир очень консервативен, и, если он что-то принимает, потом это уже трудно изменить. То, что делает Илюмжинов, - злокозненная вещь, это необходимо уничтожить. Он купил всю ФИДЕ. За икру «Кирсан», за бутылку водки... Вы думаете, я шучу? Нет, я знаю, как это было. И бороться с ним очень трудно: люди, простые люди, они покупаются на все это...