Секс-машина времени

По части всемирно-исторического значения визит в Москву Джеймса Брауна не знает себе равных. Это, как ни крути, главный герой «черной музыки» прошлого столетия. Музыку соул придумал, в сущности, он. Музыку фанк - точно он. Без него не было бы ни Принса, ни Майкла Джексона, ни - страшно подумать! - ДэЦла, поскольку весь рэп тоже произрастает из творческого наследия Джеймса Брауна. Но началось все как-то странно. На сцену вышла группа разнокожих товарищей, одетых удручающе прилично: фраки с эполетами и штаны с лампасами. Очень похоже на униформу портье в дорогих гостиницах. И вот эта группа привратников начала играть увертюру, по ходу которой появился сначала разбитной конферансье в белой фрачной паре, затем группа вокалисток (включая одну очень массивную) в зеленом. Вся эта братия в течение минут пятнадцати раззадоривала публику музыкой и выкриками типа «Щас он сам выйдет!». Со своей задачей они справились: когда на сцену вышел Джеймс Браун, весь зал встал (раньше это называлось «в едином порыве»), а почти весь партер дружно забил проходы к сцене. Видеть все это было довольно удивительно: музыка соул в России никогда особым спросом не пользовалась, Браун в народных героях не ходил, а тут - на тебе! А уж когда пошла музыка, в зале началось настоящее веселье. Концерт состоял из трех неравнозначных частей. Часть первая - ударный блок из нескольких чрезвычайно заводных песен. Это была хорошая часть, по ходу которой все заметили, как ловко танцует 69-летний «крестный отец музыки соул». Часть вторая - очень скучная. В этой части батька Браун дал высказаться (в музыкальном смысле) всем участникам шоу, были во множестве разыграны шуточные сценки («Незадачливый трубач», «Влюбленная вокалистка», «Средь нас был юный барабанщик» и проч.). Вся эта тягомотина вполне могла бы испортить общее впечатление от концерта, если бы не часть третья. В которой Джеймс Браун показал себя во всей красе, исполнив песенку про «Секс-машину» (то есть про себя). Он уже давно ввел моду выступать так, чтобы на сцене было почти так же тесно, как и в зале. И до сих пор эта придумка работает безотказно. Куча музыкантов, подвижные вокалистки, парочка фигуристых инструкторш по аэробике (для завода!). И сам Браун, который то поет, то пляшет, а то и просто руководит процессом, стоя за электроорганчиком. Музыка Джеймса Брауна потому так и любима, что она - отличный способ выброса сексуальной энергии. Я, помнится, еще подумал: если они на сцене так резвятся, как же у них, должно быть, весело за сценой на послеконцертных вечеринках: шутки, смех, шампанское и текила рекой, саксофонисты пристают к вокалисткам, барабанщики - к гримершам, и только инструкторши по аэробике скучают в ожидании какого-нибудь симпатичного журналиста.