Эмир Кустурица: Мне не разрешают умереть в городе, где я родился!

Кустурица и в Каннах - как всегда, нечесаный, с помятым лицом. А «охотятся» за ним не меньше, чем за звездами, которые лоснятся от блеска.

Эмир Кустурица удостоился в 1985 году главной награды Каннского фестиваля за картину «Отец в командировке», в 1995-м - за «Подполье». Это не считая приза за режиссуру («Время цыган»). И в то, что «пальма» обломится ему в третий раз, сам Кустурица верит не очень:

- Трех «Пальмовых ветвей» не получал никто! Конечно, мне было бы приятно получить награду из рук Тарантино, но если это случится, я стану абсолютным чемпионом. А чемпионом я быть не рожден.

Кто-то из критиков написал, что смотреть его новый фильм - будто непьющему попасть на пьянку. «Я бы хотел ответить этому критику: выпей или не ходи на пьянку!» - спокойно говорит мне нечесаный, вечно с помятым лицом Кустурица.

Ему скоро 50, но, по его же признанию, он все еще по-детски наивен.

Не верю в реальный мир

Новый фильм Кустурицы «Жизнь чудесна», как всегда, полный песнопений и буйных образов, вызывает головокружение. Как картины Феллини. Бешеный темп. Персонажей - масса.

История простая: серб Лука в 1992 году отправляет сына Милоша на войну, а когда того берут в плен, надеется обменять его на взятую в заложницы мусульманку Сабаху, но в конце концов влюбляется в нее...

Ничем не сдержанный разгул фантазии в кино сейчас не особо в моде. Впрочем, картину Кустурицы пронизывает такая всепоглощающая и редкая по нынешним временам любовь к жизни, что лично я с легкостью прощаю ему эту «немодность».

- Вы могли бы снимать свои фильмы даже в Руанде...

- Да, эта история универсальна, понятна каждому в любом уголке мира. Шекспировская история. Мужчина любит женщину, но должен обменять ее на своего сына... Но я и «Сны Аризоны» снимал в Америке, как будто у себя в Боснии. Могу снимать хоть в Японии, лишь бы найти уголок природы, который мне близок.

- Ваше творчество сопоставимо с книгами Габриэля Гарсии Маркеса. Вам близок магический реализм?

- Думаю, да. У цыган и славян много общего с латиноамериканцами. Мы, как и «эль мариачи», любим бездельничать, петь, веселиться. Мы далеки от подлинного понимания христианства. Мы все еще язычники, варвары. Что же касается магии... Я действительно не верю в реальный мир. Он не дает мне ни понимания жизни, ни надежды, ни перспектив. А потому не особо и интересует.

- Герой «Снов Аризоны» говорит, что, когда жизнь становится страшнее, чем смерть, лучше умереть.

- Я сам много раз был близок к этому. Как и герой моего нового фильма Лука, я слегка глуповат. Скажем, долго не мог поверить, что Босния воюет с Сербией, не мог себе представить... Но кино и музыка помогли преодолеть суицидальные настроения.

Добро пожаловать в Кустендорф!

В Каннах Кустурицу называют то сербом, то боснийцем (на самом деле он - боснийский серб). Сам Кустурица национальностей не признает, считая себя последним из югославов. Он наивно продолжает выступать за объединение стран своей распавшейся родины. Там его не понимают.

Но Кустурица не сдается. Как в его фильмах выдумка берет верх над скучной реальностью, так и в жизни: режиссер решил собственными руками построить свой утерянный рай.

- Почему Балканы всегда были «горячей» военной зоной Европы?

- Посмотрите на карту - у моей страны такое географическое положение, что ветры Большой Истории не могут ее обойти. Через нее проходили Великие Шелковый и Хлопковый пути с Запада на Восток, мы были восточной окраиной Римской империи. Во время второй мировой стояли на пути немцев к нефти. Это все равно что построить дом на оживленной проезжей части. Все, кто едет мимо, стараются его разрушить. И наши предки строили дома так, чтобы их можно было быстренько разобрать и перенести в безопасное место, в горы.

Вот сейчас в Сербии я строю свою деревню, как раз в местах, где снимал свой фильм...

- Как это - «строю свою деревню»?

- Меня не пускают в Сараево! Не разрешают умереть в городе, где я родился! Впрочем, с людьми, которые там теперь, у меня ничего общего... Я обитаю где-то между Парижем, Сербией и Нью-Йорком. Но не хочу умереть где-нибудь в самолете между небом и землей. Потому и строю свою деревню. Название ей придумал, правда, на немецкий лад - Кустендорф. Буду жить и принимать у себя тех, кто захочет научиться снимать кино, варить варенье, лепить из глины горшки, писать музыку, рисовать картины. Люди должны жить среди людей. А сейчас все по отдельности...

Я хороший парень, но в чем-то преступник

В новом фильме Кустурицы есть ослица с разбитым сердцем, мечтающая покончить с жизнью, как Анна Каренина; белая лошадь, умеющая играть в шахматы, семейство медведей, поселившееся в избушке, задрав хозяина; кот, пес, куры, гуси, мыши...

- Вы могли бы по-настоящему убить животное в кадре? Ларс фон Триер, например, на съемках «Мандерлея» только что прирезал живого осла.

- Нет, на животное я могу поднять руку только в том случае, если оно покусится на мою жизнь. Для кино я не стану жертвовать ничьей жизнью... А фон Триер ваш - странный человек.

- В фильме Нила Джордана «Хороший вор» вы сыграли русского музыканта Владимира родом из Владивостока...

- В Голливуде восточноевропейцев и в особенности русских всегда выставляют в дурном свете. В фильмах о Джеймсе Бонде все русские - злодеи (почему мне никогда и не нравились эти фильмы). Все это голливудская пропаганда... Так что, когда мне предложили сыграть русского парня, я согласился с условием, что сделаю персонаж объемным: это умный, талантливый технарь и музыкант, которого используют в неблаговидных целях.

- Музыку к вашим последним фильмам пишет группа «No Smoking Orchestra», в которой вы сами играете. А с композитором Гораном Бреговичем сотрудничать еще будете?

- Нет. Наши отношения тоже себя исчерпали. Последний совместный фильм - «Подземелье» - мы сделали десять лет назад.

- Какое кино любите сами смотреть как зритель?

- Очень разное - от Брюса Ли до Ингмара Бергмана. Люблю Альмодовара, Китано, Тарантино. Все они хорошие парни, но одновременно изгои и в чем-то преступники. Как и сам я.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Эмир Кустурица родился в Сараево 24 ноября 1954 года.Дебютировал в кино в 1981 году картиной «Помнишь ли Долли Белл?», удостоенной «Золотого льва» в Венеции. Все без исключения фильмы Кустурицы завоевывали призы в Каннах, Венеции и Берлине.С 1986 года играет на бас-гитаре в техно-рок-группе «No Smoking Orchestra». Сын Кустурицы, Стибор, также выступает в этой группе и снимается в фильмах отца.

Пять лучших фильмов режиссера:«Отец в командировке»«Время цыган»«Сны Аризоны»«Подполье»«Черная кошка, белый кот»