Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-14°
Boom metrics
Политика7 сентября 2005 19:49

Лекарство от жадности

Почему российские олигархи так любят Михаила Касьянова
Источник:kp.ru
Этим распоряжением Михаил Касьянов и положил начало увода «дачи Суслова» «Сосновка-1» (на фото) из рук государства в свои личные.

Этим распоряжением Михаил Касьянов и положил начало увода «дачи Суслова» «Сосновка-1» (на фото) из рук государства в свои личные.

Продолжение. Начало в номере «КП» за 7 сентября В первой части расследования Александра Хинштейна говорилось о том, что, будучи премьером, Михаил Касьянов еще в 2002 году положил глаз на элитную дачу в черте Москвы «Сосновка-1». Сегодня читайте, как он провернул сделку по получению этой дачи в собственность.

Как клонировать оффшор

Но «правильно» организованный аукцион - это лишь полдела. Как вы помните, обе «Сосновки» вместе с землей находились в долгосрочной аренде. И если арендатор - нефтяная компания «Эвихон» - уперлась бы и не стала отдавать участки, по закону с ней ничего не сделаешь. То есть по бумагам «Сосновки» отходили бы к новым владельцам, но в реальности, дабы вступить в свои права, им пришлось бы ждать еще лет сорок с гаком.

Несколько слов о самом «Эвихоне».

У истоков компании стоял буровой мастер из Сибири Иван Коптенко, депутат Верховного Совета СССР. Генерал Коржаков вспомнил в беседе со мной, как в 1991 году, во время президентской кампании, Ельцин побывал в гостях у Коптенко и проникся к этому крепкому хозяйственнику симпатией.

- Зная об этом, я помог Коптенко получить первую в стране частную нефтяную вышку, - признается Коржаков. - А потом уже Коптенко подхватил Барсуков (начальник кремлевской охраны. - А. Х.) и начал ему помогать.

«Эвихон» занимался не только нефтью. Огромные деньги компания заработала на импорте сигарет. Заработанные барыши надо было куда-то вкладывать. Так с подачи Барсукова появился арендный договор на «Сосновки».

В 2000-м контрольный пакет «Эвихона» покупает крупный предприниматель Шалва Чигиринский, старинный друг Михаила де Буара, а также другого акционера компании - Гарри Черепахова.

- «На берегу» мы сразу же договорились, - рассказывает Чигиринский. - Я не лезу в вопросы дач и без де Буара и Шумейко никаких сделок с ними не осуществляю.

Но в «дачные» вопросы Чигиринскому все же пришлось залезть...

- В сентябре 2003-го, - вспоминает он, - меня пригласил зам. министра имущества Гусев. Он в жесткой, ультимативной форме потребовал, чтобы «Эвихон» расторг аренду. Я ответил, что это невозможно. Пусть выкупают у нас по коммерческой стоимости. «Вы что, не понимаете, какие люди стоят за этим. Это нужно государству!» - и Гусев показал глазами на потолок.

Таких встреч прошло несколько.

- Это было неприкрытое давление. Меня то запугивали, то играли на патриотизме.

Подтверждает это и Михаил де Буар, живший тогда в «Сосновке-1»:

- Меня приглашали в высокие инстанции. Недвусмысленно давали понять, что я должен освободить дачу. Якобы это в высших государственных интересах.

Первоначально Минимущества намеревалось просто расторгнуть договор аренды. Но потом организаторы аферы, очевидно, поняли: существование аренды - это не минус, а плюс. С ее помощью без труда можно снизить продажную цену. Ведь независимая экспертиза, обсчитав «Сосновку-1», определила ее стоимость в 27 с небольшим миллионов долларов. Но из-за обременения (сиречь аренды) тут же снизила цену до 346 тысяч «зеленых».

Тогда появляется новая схема: «Эвихон» переуступает обе «Сосновки» фирме «Амелия» - той, что выиграет потом конкурс для Касьянова. Уже подготовлен проект соглашения (его копия есть в нашем распоряжении), однако и этот вариант отпал. Идеологи комбинации решили подстраховаться: пусть конкурс выигрывают одни, а права аренды получают другие.

В результате «Сосновку-1» (им. Касьянова) переуступили «Арт-груп». «Сосновку-3» (им. Фридмана) - фирме «Готгейт». За каждый договор «Эвихон» получил по 720 тысяч долларов.

- Теперь я понимаю, что нас попросту обманули, - констатирует Чигиринский. - Мы могли бы выручить совсем другие деньги. Миллионы долларов. Но наивно поверили, что так нужно для государства. Кто же знал, что все предназначается Касьянову...

Кому положено - знали. Зам. министра имущества Николай Гусев - именно он курировал всю операцию - признался мне: он догадывался, что дача предназначается Касьянову. Иного и быть не могло. Чем объяснить иначе спешку и суету, с которой продали объекты на подложном конкурсе. Чиновники так торопились, что не оформили даже земельного кадастра на участки. И то, что подготовка переуступки прав аренды велась еще до аукционов, - тоже говорит о многом. (Факт этот неоспоримый, он подтверждается множеством документов, писем, да и сами продавцы - и Гусев, и гендиректор ФГУП «ВПК-Инвест» Гайсин - в беседах со мной его не отрицали.)

Уже теперь вскрываются и новые детали этой аферы. Не будучи наверняка уверены в согласии Чигиринского, комбинаторы разработали запасной вариант перехода аренды.

Дело в том, что еще в 1998-м «Эвихон» заключила договор субаренды с фирмой «РНП-Инвест». Так решил финансовый мозг и совладелец «Эвихона» Гарри Черепахов.

Черепахов справедливо считал, что играть с государством вдолгую - неизменный риск. В любой момент аренду могут расторгнуть. А присутствие в этой схеме субарендатора давало хоть какую-то, пусть и относительную гарантию спокойствия. Тем более ООО «РНП-Инвест» на 100% принадлежало оффшорной компании («Рукнест Пропертиз Лимитед»). Оффшором управлял траст с Панамских островов. А за трастом стоял уже Черепахов. То есть одно дело - отбирать дачи у российской фирмы. И совсем другое - муторное - у иностранцев.

Но в 2000 году Черепахов при таинственных обстоятельствах исчезает. В воскрешение Черепахова не верят теперь даже родственники. Но по законам Британии - там, где зарегистрирован оффшор - одной уверенности недостаточно. Чтобы официально признать человека погибшим, должно пройти 7 лет. А это значит, что до 2007 года никаких сделок с «Рукнест Пропертиз» совершать нельзя.

Однако осенью 2002-го начинают твориться странности.

«07.10.2002, - сказано в выписке из регистрационной базы касательно ООО «РНП-Инвест», - расширен состав участников Общества». Отныне вместо одного акционера - британского оффшора - владельцев становится уже пятеро.

В числе новых акционеров: Владимир Шумейко, основатель «Эвихона» Иван Коптенко. И, конечно, английский оффшор «Рукнест Пропертиз». Только вместо 100% принадлежит ему теперь лишь 1/5.

А вскоре - в январе 2003-го - Шумейко продает свою долю Михаилу Фридману, за что и получает упоминавшиеся уже 3 миллиона долларов.

Подождите. Но если реальный владелец «Рукнест Пропертиз» Гарри Черепахов пропал без вести, как в его отсутствие можно размывать долю?

Этот вопрос я задал основному наследнику Черепахова - его сыну Евгению, которого не без труда сумел разыскать в одной из западноевропейских стран. И Черепахов-младший поведал мне, что и сам узнал о случившемся пост-фактум. Через год после размыва отцовской доли.

- Я позвонил другу отца (имеется в виду Михаил де Буар. - А. Х.), - вспомнил Черепахов. - И тот сказал: здесь такое творится! Государство отбирает дачи. Не вмешивайся от греха.

Со слов Евгения Черепахова, ни копейки за потерю своих акций «Рукнест Пропертиз» не получил. А все изменения в учредительные документы внесены были юристом его отца, неким Сергеем Соковиковым, которому Гарри Черепахов накануне пропажи выписал доверенность.

- Но ведь он обязан был действовать в интересах доверителя, - говорит Черепахов. - А здесь случилось прямо обратное. Вместо ста процентов у нас осталось только двадцать.

Черепахов заблуждается. У наследников нет сегодня и этих жалких крох. Потому что в сентябре 2003-го, как явствует из документов, компания «Рукнест Пропертиз ЛТД» продала свою долю (20%) в «РНП-Инвесте» компании... «Рукнест Пропертиз ЛТД».

Когда я впервые увидел эти бумаги, то почувствовал, что медленно схожу с ума. Выходит, компания продала акции сама себе? Бред какой-то! И лишь внимательнее вчитавшись в документы, понял я суть интриги. Фирма-продавец зарегистрирована была на острове Мэн. А фирма-покупатель - на Виргинских островах. Это были две совершенно разные структуры, просто назывались они одинаково.

Черепахов-младший, которому рассказал я о подмене, просто обомлел. Оказалось, он вообще слышит об этом впервые. Денег от сделки настоящий «Рукнест», естественно, не получил.

Сегодня обманутые владельцы «РНП-Инвеста» консультируются с юристами. Они намерены через суд вернуть украденную собственность.

Это будет очень показательный суд. Западная фирма против Касьянова и его друзей - любимцев Запада, поборников рыночных отношений.

У меня нет никаких сомнений, что все аферы с «РНП-Инвестом» проделывались с одной-единственной целью. В случае, если бы «Эвихон» и Чигиринский отказались переуступать права аренды, за них это сделал бы субарендатор. Разумеется, с согласия государства. Ведь к тому времени контроль за «РНП-Инвестом» находился уже в руках касьяновских друзей. А «Эвихон» и Чигиринский узнали бы обо всем только задним числом.

Но этого не потребовалось. «Эвихон» уступил. О чем немало сегодня жалеет. Подобно Черепахову-младшему, Шалва Чигиринский тоже подумывает сегодня о подаче исков.

- Если мы на это пойдем, то, отсудив права аренды, вернем все государству. Мы отдавали дачи именно государству. Государству, а не Касьянову.

«Всю сумму заплачу я!»

Этих записей нет пока в Генеральной прокуратуре.

Дабы заранее снять все вопросы, скажу сразу, что пришли они ко мне по почте от «анонимного доброжелателя». На записи хорошо слышны разговоры двух людей. Голоса собеседников до боли похожи на голоса Михаила Фридмана и его доверенного человека, зам. начальника правового управления Альфа-банка Всеволода Кусова (ныне уже уволившегося).

Роль Всеволода Кусова в этой истории трудно недооценить. Именно он, в частности, стоял за подставными фирмами, участвовавшими в аукционе по касьяновской «Сосновке». Он же отвечал за переводы денег. И даже организовывал «смотрины», когда Касьянов ездил прицениваться к будущим своим владениям.

(Михаил де Буар рассказал мне, как в его отсутствие дачу оцепила ФСО, и с воем мигалок внутрь въехал сановный кортеж. В главном визитере де буаровские охранники признали Касьянова.)

Конечно, впереди еще ждет фоноскопическая экспертиза, но в результатах я уверен заранее. Слишком тонкие детали, известные исключительно узкому кругу, обсуждают наши собеседники.

В. Кусов?: - Михаил Маратович.

М. Фридман?: - Да, Сева.

В. К.: - Надо просто уточнить некоторые вещи. Бухгалтерия подтвердила, что при таком подходе к делу налогов не будет и у нас возникнут только убытки, но ничего страшного...

М. Ф.: - Убытки, ну и хрен с ним.

В. К.: - Откуда мы берем деньги, чтобы платить?

М. Ф.: - Ну, мои. Я заплачу. Я обещал, когда-то давно... Когда, помнишь, была вся эта белиберда, я обещал миллион, поэтому это фактически вот этот вот миллион.

В. К.: - У нас выходит-то больше. Если два платежа по 720...

М. Ф.: - Всю сумму заплачу я. Вторую я буду с Шумейко получать. Я уже хочу закончить все.

В. К.: - Я в том смысле, как заводить эти деньги на эту контору?

М. Ф.: - Деньги таким образом... Деньги в эту контору...

В. К.: - Потому что в последний раз мы через кредиты действовали и банк платил...

М. Ф.: - Смотри. У меня на счету деньги в Альфа-банке.

В. К.: - То есть я их оттуда могу взять каким-то образом?

М. Ф.: - Да. Пожалуйста, я могу их куда-то отправить...

В. К.: - Но это плохо с точки зрения засветки во всей этой истории, если вдруг чего. Я думаю, может, мы поступим, как раньше делали, - Альфа-банк это сделает под блокирование их на счете.

М. Ф.: - Хорошо. Давай сделаем всю сумму, и мне миллион четыреста заблокируйте на счете. Плюс те затраты, которые уже были...

В. К.: - Хорошо, вопрос последний. Мы сейчас говорим о сумме два раза по 720 либо еще эти 300 тысяч.

М. Ф.: - Эти 300 тысяч пока не надо. Пока два раза по 720 и все. Если возникнет потребность. Я им обещал до миллиона.

В. К.: - Вопрос последний. Я общаюсь с Шалвой (Чигиринским. - А. Х.) или Гусевым (зам. министра имущества. - А. Х.) по поводу его подписи на договоре? (Очевидно, договор переуступки прав аренды. - А. Х.)

М. Ф.: - Нет, не надо, пускай Гусев сам. Они пускай....

В. К.: - То есть я его сейчас направляю в ту сторону, чтобы он ставил подпись Шалвы на этом деле, а мы только деньги платим и...

М. Ф.: - Да. Если правильно понимаешь, мы сразу два выкупаем, а этот отказываемся, все, и разбегаемся.

Если экспертиза подтвердит аутентичность записи голосам Фридмана и Кусова, это скажет о многом. И самое главное: это будет означать, что именно Фридман оплачивал передачу аренды обеих дач - и своей, и касьяновской.

«Всю сумму заплачу я, - изрекает голос, похожий на фридмановский. - Два платежа по 720».

Два платежа по 720 тысяч долларов - это ровно та компенсация, которую получил «Эвихон» за «Сосновки».

Понятно и что означает фраза «вторую [сумму] я буду с Шумейко получать». Накануне Фридман уже отдал бывшему спикеру 3 миллиона отступных. Как раз за свою «Сосновку-3». Расплачиваться за одну услугу дважды - такой роскоши даже миллиардеры не могут себе позволить.

Что же выходит: с Шумейко деньги он назад получит. А с Касьянова? Об этом в разговоре ни слова. Хотя по логике именно это должно волновать плательщика больше всего. Деньги, связанные с Шумейко, это ведь плата за его, фридмановскую, дачу. А другие 720 тысяч - чужие: за «Сосновку-1».

Более того, фирма «Арт-груп», к которой переходило право аренды 1-й «Сосновки», в скором времени будет переоформлена на экс-премьера. Вряд ли этот шаг не просчитывался заранее. Хотя бы потому, что «Арт-груп» была записана на людей «Альфы».

Экие добрые олигархи-альтруисты. Просто так, от чистого сердца, они оплачивают нужды премьеров. Бескорыстно выделяют юристов, подставляют фирмы. А взамен - ничего. Лишь бы Михал Михалычу было приятно.

Вот еще один отрывок разговора.

В. Кусов?: - Михаил Маратович, добрый день еще раз. Договор у меня, это первое. Вторая новость - позвонили от Михал Михалыча и просили заплатить пять семьсот рублей. Я плачу?

М. Фридман?: - Да.

За что же платил (если, конечно, платил) Фридман? На этот счет у меня есть собственная версия...

Самая высокая мечта - высота

Я давно не верю в случайные совпадения. Случайность, как говорят философы, есть неосмысленная закономерность.

20 января 2004 г. Совет директоров «Шереметьево» провел тендер на управление этим международным аэропортом.

Что такое право управлять «Шереметьево»? Миллионные прибыли. Хотя крупнейший в России международный аэропорт и остается формально в руках государства, фактически им полностью будет распоряжаться управляющая компания.

Победу одерживает дочерняя структура «Альфы» - «Альфа-Шереметьево». Исход конкурса решили считанные баллы. А кто баллы эти выставлял? Чиновники. Сиречь подчиненные Касьянова.

Повторяю: было это 20 января. А 26 января происходит аукцион по продаже «Сосновки-1» им. Касьянова.

Еще когда я только начинал это расследование, мне никак не давался один вопрос. Почему сперва была продана дача Фридмана и только потом, через два месяца, дача Касьянова. По логике все должно быть наоборот. Или хотя бы - одновременно.

Но если предположения мои верны и аукцион в «Шереметьево» напрямую был завязан с дачными делами, все тогда становится на свои места. Утром - деньги, вечером - стулья.

Печатается в редакции автора.

Окончание в следующем номере «КП».

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Александр ХИНШТЕЙН - депутат Госдумы России и журналист, известный своими политическими и криминальными расследованиями. Летом 2005 года объявил о том, что бывший премьер-министр Михаил Касьянов сомнительным способом приватизировал госдачу «Сосновка-1», в которой ранее жил секретарь ЦК КПСС Суслов. На основании депутатского запроса Хинштейна Генпрокуратура России завела дело о незаконном изъятии этой дачи у государства.