В 9-й роте погибли двое белорусов

Пулеметчик Андрей Мельников получил посмертно звание Героя Советского Союза, а младший сержант Владимир Криштопенко награжден орденом Красной Звезды. Также посмертно

Критики признают, что при всех недочетах у нашумевшего фильма Федора Бондарчука есть неоспоримое достоинство - он поднял волну интереса к истории войны в Афганистане, к ребятам из 9-й роты 345-го отдельного гвардейского парашютно-десантного полка. В фильме живым из всей роты остается только один человек. На самом деле из 39 бойцов погибло шестеро, среди них двое белорусов - рядовой Андрей Мельников и младший сержант Владимир Криштопенко. У могилевчанина Андрея Мельникова дома осталась дочурка Маша и жена Оля. «Комсомолка» разыскала родных Андрея. Последние мгновения жизни своего отца Маша увидела в фильме…

Жена героя 9-й роты уже год не может найти работу

Оля и Андрей поженились в декабре 1985 года. Ей было 18 лет, а ему - 17. Вскоре у них родилась дочь - Маша.

- Мы познакомились у общих друзей на вечеринке. Они почему-то называли его Толстый. Хотя Андрей был высоким и стройным. Потом он пришел с другом в гости к моей соседке. Предложил прогуляться. Вот так все и началось.

- Сколько вы были знакомы до свадьбы?

- Где-то около года.

- Это была любовь?

- Да. Конечно. Мы любили друг друга.

- Стало быть, и ребенок ваш был желанным?

- Мы были еще слишком юные, и я думала, что, возможно, мне не следует рожать. Но Андрей сказал, что речи об обращении к врачам и быть не может. Мои родители к нашему решению жениться и родить ребенка отнеслись лояльно, а его были против. У меня и сейчас с родителями Андрея неважные отношения.

- А звезда Героя СССР где хранится?

- Генерал вручил звезду родителям Андрея. Но при этом сказал, что она им передается на хранение, пока нашей дочери не исполнится 16 лет. Именно Маша, как наследница, имеет все основания забрать награду себе. Когда пришло время, по городу стали распускать слухи, что Маша не дочь Андрея. Нам с Машей советовали отсудить звезду. Но моя мама, достаточно мудрый человек, сказала, чтобы я не ввязывалась в это дело. И, по-моему, такие награды должны лежать не под подушкой, а храниться в музее.

- Сколько было Маше, когда Андрей ушел в армию?

- Семь месяцев.

- У него была отсрочка, а он все равно пошел в армию?

- Он был рисковый парень. Поэтому и в армию пошел, и заявление в Афганистан написал. В нем был дух авантюризма, романтики.

- Писал он часто?

- Да, помню, в один из дней пришло сразу семь писем. Но, как мне рассказал его друг, писал он не только мне.

- Ну, разумеется. Родители, друзья...

- Нет, я имею в виду девушку. Оказалось, что он писал своей бывшей девушке. Я в бешенстве послала ему гневное письмо. Хотя меня успокаивали, что, мол, это чисто дружеские послания.

- Может, так и было?

- Может быть, но по-другому я прореагировать не могла. Все бы забылось, если бы размолвка не случилась незадолго до его гибели. Кто ж знал, что так получится. В день, когда он погиб, мне приснился сон. Страшный такой сон. Я тогда в детском садике работала, и у нас была бабуля, которая разгадывала сны. Но за рабочей суетой я никак не могла с ней поговорить. А потом ко мне домой пришли трое: военком, его заместитель и человек из горисполкома. Это было вечером. Я возилась с Машкой. Они только зашли, еще ничего не успели сказать, а я уже поняла. Меня всю затрясло от предчувствия беды. Они спросили, как давно писал муж. Я ответила, что уже несколько недель писем нет. И они мне сказали, что, исполняя интернациональный долг... Мне сразу стало плохо. Перед глазами все поплыло, началась истерика.

- И вы стали вдовой в 20 лет. Как жили?

- Жила. Жить-то надо было, дочь воспитывать. Я не могу сказать, что дальше уж все так плохо было. Спустя три года после гибели Андрея я вышла замуж, родила сына. Но проблем хватает. Муж - инвалид второй группы, меня сократили на работе, и сейчас я стою на бирже.

- Но вам, как жене героя Афгана, власти города или же общественные организации помогают?

- Нет.

- Фильм смотрели?

- Пока нет, но обязательно пойду. А вот дочка с племянницей ходили. В тот день, когда билет по 1 тысяче был, а так он дорого стоит - 6 тысяч рублей.

Дочь героя хочет родить мальчика

У 19-летней Маши Мельниковой уже своя семья. А ведь когда ее родителям было по 19 лет, папа уже воевал в Афганистане, мама растила маленькую дочурку и до семейной трагедии оставалось всего ничего.

- Маша, фильмом впечатлены?

- Очень. Фильм понравился, но смотреть было тяжело. Особенно в конце все так трагично.

- А что вам рассказывали об отце?

- Моя прабабушка рассказывала, что он купал меня, нянчил, был очень добрый и хороший человек. И мама мне, конечно, говорила, что они любили друг друга. Она к нему с занятий сбегала. Я читала их письма, смотрела фото.

- Что вам рассказывали о последнем бое отца?

- Что рота отразила 12 атак. Мы с дедушкой ездили в Москву, и я там встречалась с человеком, который держал пулемет отца. Это года три назад было.

- Как складывается ваша жизнь?

- Я живу гражданским браком и работаю мастером по маникюру. Кстати, мой муж служил в той же части, что и отец.

- А дети у вас есть?

- Пока нет. Но я хочу мальчика.

- Назовете его Андрей?

- Я думала об этом. Может быть, так и будет - Андрей Мельников.

- А вы бы отдали своего сына воевать?

- Трудный вопрос. Наверное, да.

КАК ЭТО БЫЛО

Бой начался 7 января 1988 года в 15.30. Рота отбивала атаки душманов на стратегической высоте 3234, с которой контролировалась дорога на город Хост. Воевать 18 - 19-летним ребятам пришлось с отборными отрядами мятежников из Пакистана, прозванных «черными ястребами». Их, по разным источникам, было от 200 до 400 человек. Душманы обстреливали высоту из орудий, гранатометов и минометов. По рассказам бойцов, они кричали «Аллах Акбар! Москва сдавайся!», а в ответ слышали и такое: «За Могилев!». Пулеметчик из Могилева Андрей Мельников долгое время геройски отражал атаки. А когда на высоте наступила тишина, Андрей снял каску и посмотрел вниз, откуда шли атаки душманов. И тут рядом с ним взорвалась мина. Андрей был убит осколком.

Где-то ближе к часу ночи начинается и захлебывается третья атака душманов, самая ожесточенная, стоившая жизни младшему сержанту из Крупок Владимиру Криштопенко. Душманы забрасывали позиции наших гранатами. Как рассказывает зам. командира полка Юрий Лапшин, когда граната упала рядом с Владимиром, он попытался отбросить ее ногой, но в темноте по ней не попал…

Когда у роты почти закончились боеприпасы, бойцы были готовы вызвать огонь полковой артиллерии на себя. Но в критический момент на помощь подоспел разведвзвод. Это и решило исход боя в пользу советских солдат.