Как мы лечились от алкоголизма (Часть 6)

Этот плакат сегодня снова актуален для большинства россиян.

Окончание. Начало в номерах за 12, 13, 14, 15 и 16 февраля

Краткое содержание предыдущих частей:

Мешков после неудачного «торпедирования» всуе испытывает метод комплексного кодирования, а затем ложится в Институт наркологии. Снегирев подвергается воздействию пресловутого «двадцать пятого кадра», навещает колдунью и специалиста по нейролингвистическому программированию. Но помогает ему лишь психотерапевт Прокопенко.

Мешков. Институт наркологии

По ночам лечебница не дремлет. Из соседней палаты время от времени раздаются душераздирающие крики. Это от ломки кричат нарки. По коридору туда-сюда, шлепая тапками и бормоча под нос какие-то тексты, шастают неугомонные пациенты, оживленно общаются меж собой, словно на митинге оппозиции. Вообще заснуть без снотворного здесь довольно проблематично. Особенно досаждают нарки. Как-то темной ночью один из них с закрытыми глазами трясет меня за плечо:

- Дай сто пятьдесят пять рублей!

- У нас же изымают деньги! - напомнил я ему.

- Что ж вы, алканы, такие жлобы! - в отчаянии воскликнул он.

Вот за что мы, алики, не любим нарков, так это за их склонность к обобщениям. И потом, зачем среди ночи человеку 150 рублей в закрытом наглухо помещении?

На следующую ночь меня разбудили какой-то стук, топот, кряхтение, возня и крик журналиста.

- Бл...! Ага, скотина! Убью, гад!

Вскочив, я увидел во мраке схватившихся в поединке людей. Еле растащили мы их с бурятом. Оказалось, некий ошалевший от ломки нарк набродившись всласть по коридору, не дождавшись снотворного от санитарки, собирался передохнуть и, перепутав палаты, рухнул пыльным мешком на журналиста.

- Я их, падл, сейчас всех построю! - возмущался журналист, тяжело дыша. - В армию их надо, гадов! Нормальные пацаны кровь там проливают, а этих скотов не берут! Сейчас вы у меня попляшете!

- Кого там мочить! Они же еле на ногах стоят! - пытался я угомонить его, видя, что он действительно одевается, чтобы отомстить за поруганный сон.

- Ты пошлый пацифист! Больные? А я здоровый? - еще сильнее возмутился журналист. - Я штуку баксов заплатил, чтобы на меня вот так среди ночи падали разные подонки? Больные - это те, которые без ног, у которых геморрой или рак. А эти просто сволочи, а не больные!

- Здесь еще нарки ничего! Смирные, - сказал бурят. - А вот в 17-й больнице их много. Они там права качают будь здоров! Там нормальному человеку худо. Драки каждый день!

Только я задремал, двери в нашу палату открываются, входит с подушкой приятель журналиста Юра.

- Джентльмены! У вас одна шконка свободная? Можно я у вас посплю? Задолбали нарки! Кричат, топают, разборки устроили какие-то!..

Юра укладывается поверх одеяла и тут же вливается в храпящий камерный хор палаты № 6. Я, прихватив сборник повестей Достоевского (ах, господа, как давно мечтал я почитать средь ночи в каком-нибудь коридоре!), вышел в фойе. Время - 3 часа. Возле процедурного кабинета небольшая очередь. Больные осаждают медсестру. Требуют снотворных «колес». Медсестра неумолима. Твердо стоит на боевом посту, пытаясь угомонить страждущих. Я сажусь невдалеке, на диванчик, и открываю книгу.

Рядом присаживается мужчина с пухлым животиком в костюме Nike. В руках толстенный том.

- «Евгения Онегина» перечитываю! - заметив мой любопытствующий взгляд, поясняет он. - Гениальное произведение! Ведь в школе мы воспринимали эту поэму как некий структуралистско-археологический документ эпохи, как место пересечения дискурсивных практик. А ведь это жесточайшая сатира, тотальный теоретический концептуальный нигилизм, как у Делеза, Барто, Гельдерлина, Гваттари, Панферова и Русселя. За такие произведения при социализме авторы подвергались остракизму! Вы со мной согласны? А вы что читаете?

Это был Олег, талантливый переводчик. Но еще вдобавок он занимается театральным бизнесом: то гастроли организует по стране, то какие-то театральные фестивали. Олег - ветеран лечения от алкоголизма. Лечится 12-й или 13-й раз. Точно он и сам не помнит.

За обедом происходит не очень эстетичный инцидент. Из орала Лунатика неожиданно для всех, словно только что обнаруженное месторождение нефти, вырывается мощный выброс непереработанной пищи, прямо на стол, в тарелки и в лица своим товарищам. Смущенно зажав скважину, опрокидывая стулья, сбив зазевавшегося у окошка раздачи алика, он стремглав убегает в неизвестность, будто нечаянно пукнувшая на балу Золушка. Товарищи, сморщившись, словно печеные груши, вытирают платочками оскверненные рвотными массами лики.

- Что случилось? - кричит няня из амбразуры раздачи. - Он сблевал, что ли?

Толстой ланью няня скачет в сторону кабинета главного врача. Поднимается тревога, как при газовой атаке. Врачи тут же в коридоре устраивают консилиум. Через несколько минут всех нарков в сопровождении конвоя в белых халатах ведут через весь коридор на обследование. Фишка в том, что препараты, которыми лечат нарков от зависимости, несовместимы с героином в частности и вызывают рвотный рефлекс.

Спалился Лунатик! Спасибо его подружке, длинноногой Дженнифер, которая на свидание умудрилась пронести дозу! В этот же день Лунатик собрал вещи, хмуро попрощался с каждым из нас в отдельности. Где-то вдалеке громко плакали его баксы.

- Вернешься? - спросил я его.

- А х...ли толку? - обреченно вздохнул он.

Мешков. На свободу!

Никогда я еще не летел с такой радостью на работу. Все, что еще вчера вызывало раздражение, сегодня было любо мне. Я чувствую, что эти десять дней изменили и потрясли мой мир. Разум восстает против алкоголя и никотина. Плоть моя рвется в спортзал. Я стал бежать дружеских попоек, веселых вечеринок, брезгливо обхожу еще вчера любимые пивные.

- Он не уважает нас! - корят меня друзья, наполняя рюмки.

- Экий вы несносный, Александр, бука! - говорят девушки, гордо хлопая на прощание дверьми. - Тоска с вами!

Да нет же, друзья мои! Я здоров и бодр! Может быть, я печален снаружи, зато весел изнутри. Я стал менее общителен: не общаюсь больше с ветром, тополем и ясенем. Кого благодарить за исцеление моего духа? Колдунью или китайца-иглокольщика? Страшных чародеев-кодировщиков или Институт наркологии? Святое место у окна, Бога или себя? Долго ли продлится это чудесное очарование? Как бы то ни было - сегодня я глубоко убежден в целесообразности введения «сухого закона» в отдельно взятом организме!

СПРАВКА «КП»

«Добренькие друзья» издревле оказывали медвежью услугу аликам и наркам. Великий русский композитор Модест Мусоргский пил изрядно. В перерывах между запоями творил гениальные произведения. В один из сильнейших запоев Модеста положили в Петербургский солдатский госпиталь. Мусоргский, мучимый похмельем, подкупил сторожа, и тот принес ему бутыль вина. Композитор тяпнул пару стаканов и тут же помер.

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Будешь меньше водки пить - будет нечего лечить!

И все же алкоголизм неизлечим! Да, существуют прецеденты, когда запущенные алкоголики после лечения не пили до самой своей смерти. Это говорит лишь о том, что смерть наступила несколько раньше запоя. И только процентов десять от всего пьющего населения абсолютно неподвластны алкоголю. Они могут пить, могут не пить. Такие у них гены. Это здоровые люди, хотя иногда их можно встретить в подзаборной луже. И довольно часто, лет в 40 - 45, они помирают не от запущенного алкоголизма, а от алкогольной интоксикации. Алкоголизм непобедим, но с ним можно научиться жить. Схватить волю в кулак, избегать старых подзаборных друзей, занять себя стоящим делом, не смотреть на еду как на закуску, а всего лишь как на калории. Так поступают в обществе анонимных алкоголиков. Пряники и чай здесь заменяют соленый огурец и водку.

Но на собственном опыте я убедился, что анонимные алкоголики (да простят они меня за прямоту!) - это припарка мертвеющему телу. Каждый из них считает дни, отвоеванные у беспробудного пьянства. А если случится юбилей? Сто дней или три года? Как тут не обмыть круглую дату! Дни обычно считают до освобождения из тюрьмы или до армейского дембеля. Точно так же считает дни зашитый «торпедой» алкоголик. И как только выйдет срок, отметит это дело по полной.

25-й кадр. Дурилка из дурилок! Все договора были липовыми! Рядом с печатью стояла факсимильная подпись, а значит, если что со мной произойдет, то договор в суде будет признан недействительным. А о медицинском эффекте я вообще молчу! Нейролингвистическое программирование - из той же оперы. Аферистов на алкогольном поприще нынче развелось изрядно.

Единственный, к кому я отношусь с долей доверия, - это психотерапевт Прокопенко. Он довольно выпукло обрисовал мое положение в алкогольной иерархии и без надрыва подсказал, что надо делать. А вообще жить в России и совсем не пить - это как-то... не очень. Свадьбы, похороны, именины. А за ужином после трудного дня? Только надо знать меру. А это - самое трудное.

Ну, за ваше здоровье!

СНЕГИРЕВ (алкогольный стаж - 19 лет)

Алкоголизм - не болезнь, а дурь

Мой жизненный питейный опыт дает основания утверждать, что алкоголизм излечим, но при условии страстного желания алкаша. Есть много примеров удачного излечения. Элтон Джон как вылечился двадцать лет назад, так до сих пор живет, не бухая, припеваючи. Тот же Джордж Буш после алкогольного недуга страной управляет, грязные войны затевает, горя не знает. Другое дело, что большинство людей не хотят радикально избавиться от этого порока, а хотят бухать по чуть-чуть, а по чуть-чуть не получается. Заметьте, никто из пациентов не кодируется на всю жизнь! Потому что считается постыдно и непатриотично на Руси не пить, когда все кругом издревле пьют. Да и потом государству экономически выгодна торговля спиртным. Да и бухой гражданин неприхотлив и лоялен. Оттого реклама алкоголя стала неотъемлемой частью нашего бытия. А врачам выгодно бесконечное перманентное лечение алкашей. Это их хлеб, потому-то алкоголизм приравнен к СПИДу и объявлен неизлечимым. А я думаю, что если ты видишь, что алкоголь вреден тебе, бросай бухать. Если друзья на работе бухают и тебя заставляют - бросай друзей и работу. Если жена не просыхает, деньги из семьи тянет, с подружками, такими же алкашками безработными, каждый день возле гастронома стоит, бросай такую жену и начинай новую жизнь. Алкоголизм - не болезнь, а дурь!

Какой метод лечения оказал на меня самый сильный эффект? Да никакой! Просто однажды врачи сказали: хочешь жить - бросай пить. Для себя я определил: лечение необходимо как точка отсчета начала новой жизни. Так что вперед, Братья и Сестры мои, к трезвой жизни!

МЕШКОВ (алкогольный стаж - 30 лет)

ВНИМАНИЕ!

Сколько в тебе алкоголика?

Пройди интерактивный тест и узнай о себе правду! www.kp.ru/alkotest

Мы не хотели обидеть честных врачей-наркологов, которые буквально болеют за трезвую Россию. К сожалению, таких меньшинство. Все имена и фамилии изменены.