У Александра Медведя дома жил медвежонок

Накануне 70-летия великого борца «Комсомолка» полистала с Александром Васильевичем фотоальбом и вспомнила странички его биографии.

1960 год. Я борюсь в Тегеране с олимпийским чемпионом Голам-Резой Тахти - человеком, которого в Иране обожествляли, говорили: «Проиграть может любой, но не Тахти», - рассказывает, глядя на фотографии, Александр Медведь. - Зал был забит до отказа, за своего кумира болели неистово, так, как болеть могут только иранцы. Мне удалось выиграть схватку. Тахти заплакал. И вместе с ним заплакали болельщики. Я был потрясен. Мне стало жалко своего соперника, а тренер кричит: «Правильно Саша, давил и дави дальше!»

- С американцем Крисом Тэйлором я встречался трижды и все три раза выиграл. Это мы на мюнхенской Олимпиаде-72. Только посмотрите, насколько он больше меня. 110 кг против 198 кг! Я специально готовился к схваткам с этой махиной, но существенный минус был в том, что я не мог найти такого же спарринг-партнера. Как-то я попытался его поднять и бросить. Надорвал спину так, что всю ночь провел на уколах. У немцев было новейшее обезболивающее. Мы хотели купить этот препарат, но они сказали, что могут его только обменять. На икру. Пришлось попросить товарищей по команде помочь собрать выкуп. Препарат помог, и я стал трехкратным олимпийским чемпионом. Несмотря на соперничество с Тэйлором, у нас сохранялись замечательные дружеские отношения. Мне он как-то подарил ветровку. Я ему говорю: «Да куда мне! По размеру она на двух Медведей». Американцы, впечатленные моими победами над Крисом, звали меня в борьбу кэтч. За три месяца давали миллион долларов. Но как я поеду? Я ведь был коммунистом.

- С женой Татьяной я познакомился в 1959 году на танцах во Дворце профсоюзов. Танцевал я здорово, особенно вальс, жена до сих пор вспоминает. Поженились мы через год, а пока ухаживал, дрался за нее. Как-то у кинотеатра «Центральный» я пошел ловить такси. Смотрю, а к ней компания подкатила. Возвращаюсь, а мне говорят, мол, вали отсюда, это наша девушка. Положил я шестерых. Седьмой убежал.

- У нас с Татьяной двое детей: дочка Лена и сын Алексей. И трое внуков: Саша, Тимофей и Никита. Сын Алексей пошел в борьбу по моим стопам и был чемпионом мира среди молодежи. Подает надежды и 10-летний Никита. Дети и друзья - мое главное богатство, а больших денег за свою карьеру я не заработал. За мюнхенскую Олимпиаду мне дали 300 долларов, за победы на чемпионатах мира платили 1,5 тысячи рублей. Но на «Волгу» в 1965-м я насобирал. Сейчас моя пенсия 386 тысяч рублей. Живу за счет того, что еще работаю. Я своим ученикам говорю, что если бы мне платили такие деньги, как сейчас, то я продлил бы свою карьеру.

- Это я в хозяйстве своего друга жму лапу медведю. А был случай, когда в Красноярске мне подарили настоящего медвежонка. Вез его в Минск в самолете. А дома он у меня жил на балконе. Друзья звонили, мол, дай на пару дней позабавиться. Я им традиционно отвечал: «Если продержишься хотя бы день, я тебе еще проставлю». Не выдерживали, отдавали тут же. Медвежонок в доме все верх дном переворачивает, а ночью так рычит, что спать невозможно. Я его пивом поил для успокоения, не помогало. Меня жена с ним из дома выставила. Пришлось отдать в Дом спорта, а потом его забрали московские циркачи. Сашкой назвали.

Спорт – моя жизнь, а вот рыбалка и охота -- страсть. Этих сомов я словил в реке у деревни Чичевичи, что под Могилевом. Я вот с охоты вспомнил смешной случай. В 1965 году я с друзьями настрелял зайцев. Сложили их в багажник и отправились домой. Открываем багажник, а на нас вылетают убиенные нами зайцы. А за ними деревенские собаки вдогонку. Всю деревню переполошили. А дело было в том, что зайцев мы били слишком мелкой дробью и только лишь их оглушили. У меня много охотничьих трофеев: рога, клыки… Есть и медвежья шкура. Ее я добыл охотясь в Улан-Удэ.

- Благодаря своим титулам я все время был в центре внимания, и каждый хотел со мной выпить. Я мог, конечно, компанию поддержать, но меру знал. Приехали как-то в Якутию. Хозяева возражений не терпят, говорят: «Мы такие маленькие, пьем и живы-здоровы, а ты такой большой и выпить с нами не можешь?» Я тогда вспомнил, чему меня научили дипломаты. Набирал водку в рот, брал стакан минералки, чтобы запить и незаметно выпускал туда алкоголь. Хозяева этого не замечали и были в шоке. На следующий день они еле живые мне говорят: «Ну ты, Саша, и медведь».

- Это я в олимпийском Мехико-68. Тогда в финале я победил моего старого знакомого немца Вильфрида Дитриха. Я ему проиграл на своем первом чемпионате мира в 1961 году, но потом все стало на свои места. Помню, он ко мне подходит и спрашивает: - Ты на чемпионате Европы будешь бороться? - Нет, - отвечаю. - Ну тогда я поеду обязательно, - радуется Дитрих. Потом мы встретились, и он меня бросился благодарить: «Спасибо, Саша». Так вот в Мюнхене я выиграл у Дитриха с вывихнутым пальцем, который вправил себя сам, прямо на ковре. Сейчас Дитриха уже нет в живых, я ездил на его похороны.

- Судьи меня любили. Знали, что если обслуживают поединок с Медведем, то попадут в газету. Помню, я повредил голеностоп, и мне накололи ногу, чтобы боль притупилась. Нога распухла так, что в борцовку не входила. Мой друг Шота говорил: «Саша, это у собаки четыре ноги, и она на трех бегать может, а ты ведь человек, как ты будешь бороться?» В общем, в концовке соперник поднял мою здоровую ногу, и все давление пришлось на больную. Не знаю, что было бы дальше, но судья вовремя свистнул окончание поединка.

ДОСЬЕ «КП»

Александр Медведь. Родился 16 сентября 1937 года в городе Белая Церковь (Украина). Трехкратный олимпийский чемпион (1964, 1968, 1972 года), семикратный чемпион мира (1962, 1963, 1966, 1967, 1969, 1970, 1971 года), трехкратный чемпион Европы (1966, 1968, 1971 года), девятикратный чемпион СССР (1961 - 1969 года). Награжден государственными орденами и медалями. Как народный герой Дагестана удостоен Золотой звезды. Вице-президент НОК Беларуси, профессор, заведующий кафедрой БГУИР, глава Белорусской федерации борьбы. Подготовил Андрей ОСМОЛОВСКИЙ.