Постпред РФ при ООН Виталий ЧУРКИН: «Изолировать нас никто не сможет!»

Чуркин показал Западу кулаки. Но сделал это с дипломатическим изяществом.

Дипломатия, как известно, публичности не любит. Самые горячие международные баталии обычно гремят за закрытыми дверями. Постоянный представитель России при ООН Виталий Чуркин сумел сломать этот стереотип всего за несколько минут - ровно столько длилось его выступление на экстренном заседании Совета Безопасности, когда грузинские войска начали бомбардировку Цхинвала (см. материалы на сайте).

- Виталий Иванович, ваша неожиданно резкая отповедь западным партнерам, обвинившим Россию в «агрессии» против Грузии, показала, что мы больше не будем мириться с двойными стандартами в мировых делах. Тем не менее многие наблюдатели говорят о том, что Москва рискует оказаться в международной изоляции.

- Я не считаю, что Россия оказалась или когда-нибудь окажется в изоляции. По результатам контактов со своими коллегами, представителями самых разных государств в ООН, могу уверенно сказать, что международные позиции страны только укрепились. Значительная часть членов международного сообщества понимает, какими принципами руководствовалась Россия в этом конфликте, и уважает эти принципы.

- Может быть, скорее речь идет об уважении к силе?

- Дело не только в этом. Уважают последовательность в заявлениях и действиях, уважают умение защищать свои интересы, своих граждан, своих союзников. В неофициальных беседах мне об этом сейчас многие говорят. Увы, пока не все наши партнеры готовы повторить это публично. Ведь каждая страна живет в своей системе координат, вынуждена учитывать отношения с ключевыми игроками на международной арене.

- И все же налицо жесткая конфронтация между Россией и США в «грузинском вопросе».

- Вашингтон действительно высказался наиболее резко. И это в принципе понятно: Америка стояла за режимом Саакашвили, и этот режим ее очень сильно подвел. Но, к сожалению, американцы не сделали из этого никаких выводов и продолжают придерживаться своей абсолютно тупиковой линии, поддерживая президента Грузии.

К ним присоединилась Англия и чуть позже Франция, которая поначалу, как известно, совместно с Россией выработала шесть принципов урегулирования конфликта. Но потом началось сильнейшее давление со стороны Соединенных Штатов. Все это, безусловно, сыграло свою роль в изменении позиции Парижа и, кстати, показало истинную цену блока НАТО, который является всего лишь инструментом давления США на европейцев.

- Схож ли этот кризис с тем, который возник после признания Западом независимости Косово?

- Я думаю, что сейчас накал страстей сильнее. Россию пытаются превратить в объект критики, отказывая нашей стране в праве защищать свои интересы. К тому же в Косово боевые действия велись задолго до одностороннего провозглашения независимости края. А здесь мы были вынуждены дискутировать в то время, когда грузинская артиллерия вела огонь по Цхинвалу. Режим Саакашвили нарушал все достигнутые ранее договоренности и в конце концов допустил совершенно безрассудное применение силы. После этого провозглашение независимости Южной Осетией и Абхазией стало неизбежным, как и признание их Россией... Любой анализ подтвердит, что у абхазов и осетин куда больше прав на независимость, чем у косоваров.

- Но пока независимость двух республик признала только Россия...

- Это небыстрый процесс. Но признание со стороны России - безусловное историческое событие. Ведь Россия - постоянный член Совета Безопасности, а это очень серьезная международная реальность. За нами, уверен, последуют другие, когда убедятся, что независимость Южной Осетии и Абхазии - свершившийся факт.

- Ваши образные и резкие выступления на недавних заседаниях Совбеза уже разошлись на цитаты. Как часто дипломатам приходится импровизировать, не дожидаясь указаний Москвы?

- Это очень тонкий вопрос. Есть, конечно, определенные параметры, за которые мы не можем выходить, но иногда приходится реагировать, что называется, «на ходу». Так было и на некоторых последних заседаниях Совета Безопасности. Мы готовили материалы, однако ситуация была очень «подвижной», и мне хотелось, чтобы выступление «попало в точку». Но, безусловно, все основные тезисы были согласованы с руководством МИД России.

- Американский постпред Залмай Халилзад на одном из этих открытых заседаний ошарашил всех, предав гласности детали конфиденциального разговора между министром иностранных дел России и госсекретарем США. Вас это застало врасплох?

- Это было не просто нарушение дипломатической этики, а какой-то запредельный трюк, который вызвал у всех недоумение. Ведь господин Халилзад, мало того что пересказал конфиденциальный разговор, так еще и передернул факты. Американцы подали все так, будто мы ставим смещение Саакашвили одним из условий прекращения огня, чего не было никогда.

- И все же что в «сухом остатке»? Удалось ли донести российскую позицию до западных партнеров?

- Россию, безусловно, слушают. Каждое наше выступление вызывает отклик среди политиков, дипломатов. Но вот в информационное пространство США пробиться очень трудно. То, что нас здесь, так сказать, «придерживают», для меня совершенно очевидно.

- То есть со времен «холодной войны» мало что изменилось?

- Я для себя выводы сделал. Считаю, что в Америке существует негласный запрет на положительную информацию о России. Причем это было понятно еще до конфликта. Достаточно сказать, что за два года работы здесь я встретил в нью-йоркских газетах лишь одну доброжелательную статью о нашей стране.

ИЗ ДОСЬЕ «КП»

Виталий ЧУРКИН родился в 1952 году в Москве. После окончания МГИМО работал в аппарате МИД, а затем восемь лет в командировке в США. С 1992 года - заместитель министра. В этой должности Чуркин получил международное признание и известность за умелое посредничество в урегулировании конфликтов в бывшей Югославии. Позже он возглавлял посольства РФ в Бельгии, Канаде, был представителем России в НАТО и послом по особым поручениям. С апреля 2006 года является постпредом РФ при ООН.