
Отец украинского моряка к Виталию старается никого не подпускать - на все наши просьбы о встрече твердил: мол, сына нет дома. Потом признался: у него очень болит зуб, не до бесед. Но в дом все же впустил - "на пять минут". Оказалось, зуб у Шелестова разболелся еще в плену. Для него американцы даже обезболивающее передавали вместе с продуктами.
"Думали прыгать за борт, но там огромные акулы!"
- Ожидание, когда же за нас дадут выкуп, изматывало, и в минуты отчаяния мы с ребятами разрабатавали план побега, - говорит матрос. - Правда, все наши идеи тянули за собой человеческие жертвы со стороны экипажа. Поэтому держали план на случай, когда уж совсем будет невмоготу.

- И что же это за план?
- Думали прыгнуть в море с борта и вплавь добраться до американского наблюдателя, который стоял не так далеко. Но рядом с сухогрузом такие акулы плавали - метров по десять длиной! Нам как-то пираты разрешили половить рыбу, так там в принципе рыб меньше одного метра не водится. Продумывали и план захвата судна. У нас ведь все ребята в армии служили, знают, как оружие держать. Но идея отобрать стволы у пиратов тоже была рискованная. К нам могла бы не успеть подойти помощь, и тогда всем нам был бы конец. Вот все думаю - как можно было отправлять сухогруз с танками, не обеспечив нас охраной и оружием? Да будь у нас на борту стволы - отбились бы от пиратов!
- Пираты выбрали "Фаину" именно из-за груза?
- Нам они признались, что все произошло случайно. Они вышли в море на пять дней. Долго искали, на кого бы напасть. Наткнулись на большое пассажирское судно, но оно быстроходное и сумело уйти. А когда, разозленные, возвращались на берег, увидели наш дымок. Захватили нас профессионально... Потом согнали всех на мостик и велели отдать деньги, мобилки, ноутбуки. Сказали, у кого найдем хоть доллар - расстреляем. Мне удалось в суматохе спрятать зарплатную карточку и мобильный. Телефоны спрятали еще двое наших, а одному моряку даже удалось спасти ноутбук. После этого пираты перерыли наши каюты. Очень обрадовались теплой одежде. Ведь ночью температура в море опускается до плюс пятнадцати. Пираты ходили в наших вещах, но все равно мерзли и сопливили. Так наш врач лечил их от простуды.
На Новый год поставили елочку и испекли пирог
- А что это за календарь вы сфотографировали на свой мобильный?

- Его я нарисовал на стене во время плена и каждый день дорисовывал цифру. У двоих ребят и у меня в плену дни рождения были - на словах поздравили нас, и все. А на Новый год я нарисовал на стене елочку. Мы рассказали пиратам, что это у нас большой праздник, они даже разрешили поставить искусственную елочку - у нас была на корабле. А еще дали мяса и муки нашему повару, и он испек хлеб, похожий на пирог. На сухогрузе была библиотека - около 400 книг: детективы, любовные романы. Мы все по два раза перечитали.

- Как умер капитан Владимир Колобков?
- Он плохо себя чувствовал еще до захвата - сердце болело. А как напали пираты, очень переживал за команду. Вечером и на следующий день ему было плохо. А на третий день плена рано утром мы нашли его сидящем в кресле. Владимир был мертв. Пираты не разрешил передать тело на берег. Мы еле упросили их разрешить положить тело в морозильник. Очень переживали, когда незадолго до освобождения закончилось горючее, и холодильник начал оттаивать. Даже подумывали устроить морские похороны - спустить тело в воду. Но нас освободили. Когда доллары сбросили с вертолета и началась дележка - как мы обрадовались! Нам пираты на прощание сказали: "Мы вас все равно бы не убили, потому что пока вы живы - мы пираты, а если мы вас убъем, то мы террористы, и тогда нам - кирдык!"

В память о сомалийском плене Виталий привез домой несколько тысячных банкнот местной валюты. Их ему дал один пират - сказал, что за эти тысячи можно купить только одну дешевую сигарету.

Шелестов сейчас собирается помочь родителям провести газ в дом, сделать крышу и съездить в Кишинев к своей невесте. А потом снова уйдет в море.

«Комсомолка» узнала, как службы внешней и военной разведки Украины спасали моряков и танки. Читайте «Команду «Фаины» заставили переименовать судно в честь пиратской «принцессы»