«Лесничих сократили раз в пятнадцать, вот и некому из леса гнать пьяных шашлычников!»

Чтобы попасть на борт пожарного самолета, положено обязательно застраховаться. В одной из вятских страховых компаний оценили мою несчастную жизнь всего-то в 100 000 рублей.

Они там не дураки эти страховщики, понимают, что велика вероятность страховой выплаты.

Самолет древний еще системы братьев Райт, по народному – кукурузник. Все крылья аэроплана густо покрыты заплатами, похоже от пуль и осколков. На нем по легенде летали ночные вятские ведьмы, метая бомбы на спящих немцев.

- У нас и летчики ровесники самолету, - поясняет зам командира авиалесоохраны Василий Мамаев. – Два деда-пенсионера. Один слепой, другой глухой. Зато дополняют друг друга. Что делать? Другой техники нет, молодежь не сядет на эту рухлядь за мизерную зарплату.

Пожарный десант отдыхает перед прыжком

На данный момент по фотографиям из космоса, которые поступают через каждые четыре часа, на Вятке 55 лесных пожаров. Их очаги на мониторе компьютера у начальника департамента лесного хозяйства Кировской области Равиля Ахмадуллина. Наша задача – осмотреть с борта кукурузника космические наводки, уточнить наибольшую опасность для деревень и поселков.

Прилетаем из Кирова в город Котельнич. Здешний аэродром – травяной лужок, на котором – хорошо видно сверху - дети играют с мячиком. Из деревянной диспетчерской вышел мужик в одних трусах и с громкоговорителем, в просторечие – с матюгальником.

Прогнал детишек. Машина села. Здесь мы взяли на борт четырех парашютистов-пожарных. Пятый вчера неудачно прыгнул, поломал ногу. Или же ногу ему поломали колхозники? Тут ребята что-то недоговаривают. Известно, что вчера был инцидент. Пожарные подлетели к одной глухой деревне, на которую наступал пожар. А все население деревенское отправилось скирдовать сено. Пожара деревенские не увидели, но разглядели, что на деревню из самолета вываливается десант. Мужики с вилами бросились на парашютистов и последние насилу отбились. После деревенские извинялись: «мы ведь подумали, что диверсанты какие американские из самолета прыгнули!».

Парашютисты-пожарные

Парашютисты-пожарные – спортивные, тренированные ребята. Они могут выпрыгивать прямо на острые верхушки деревьев. На то у них специальные бронированные костюмы. Если пожар не очень большой, они справляются с ним лопатами или придерживают огонь до приезда подмоги. Если пламя прет на деревню, они устраняют паникеров и организуют других крестьян на борьбу с бедствием. Они обучены выжить в любой среде. Если случится заблудиться в тайге, могут долго питаться лягушками и мышами.

Месячная зарплата парашютиста-пожарного 4 тысячи рублей. Зато каждый прыжок оценивается в тысячу. За лето удается напрыгать на относительно нормальное содержание семьи. Один час полета нашего кукурузника обходится государству в 30 тысяч рублей. Вчера мы отлетали над пожарами 6 часов.

- Почему бы, - спрашиваю командира пожарного отряда, старшего летчика наблюдателя Андрея Червякова, - не применить самолеты-беспилотники, которые выискивают бандитов по лесам Северного Кавказа? И безопасно оно, и дешево.

- Радиус связи с беспилотником километров пятнадцать, - отвечает он. - А нам надобно осмотреть сегодня с тысячу километров.

Пожарище на Вятке

Червяков сам сел за штурвал второго пилота, и мы полетели аккурат в то место – в Разбойный бор, где уже испокон веков лютует известный всему научному миру вятский снежный человек. Здесь на огромной таежной площади примерно километров 100 на 70 десятка два очагов. С высоты 270 – 300 метров хорошо видно как внизу копошатся люди и техника. Благо, места тут болотистые и пожарища тушат помпами водяными.

- Откуда, - спрашиваю ребят, - такое количество возгораний? Как будто специально тут поджигали?

- Есть, - отвечают, - мнение, что леса действительно поджигают. Таким образом малоимущие и обездоленные мстят владельцам лесных делянок, жирующим от шальных доходов. Возможно, что поджигают и сами делянщики, чтобы где-то очистить места под дорогу, где-то конкурентам петуха подпустить. Тайга…

- Число лесничих сократили уж раз в пятнадцать! - возмущается Червяков, - некому за лесом следить, некому гнать всяких пьяных шашлычников!

- Надобно, - говорю, - в жаркую летнюю пору привлекать на лесной патруль милицейских, военных и прочих пенсионеров за определенную плату, тогда не понадобится тратить такие миллиарды на пожаротушение.

- А что они могут пенсионеры, пусть и военные? У них ни полномочий, ни оружия! Приедут крутые, пошлют их на …и запалят костры.

- Патрульный пенсионер позвонит в милицию!

Червяков скептически машет рукой:

- Профессионалы должны работать!

Подлетаем к республике Марий Эл. Из-за дымом не видно низги. Слезятся глаза, подступает кашель. Только бы двигателю хватило воздуха. Сплошное дымное марево, в котором не разглядеть огонь и за сотню метров. Еще хуже в Нижегородской области, на краешек которой мы залетели. Таращимся в иллюминаторы, пытаясь найти очаги – без толку.

- Тепловизор на самолете есть?! – спрашиваю Червякова, пытаясь переорать грохот задыхающегося мотора. Тепловизором, - поясняю, - военные на Северном Кавказе обнаруживают в лесу бандитов. Если верить, конечно.

- Откуда?! – удивляется Червяков, - тепловизор вещь дорогая! Тепловизоры на спутниках установлены. Но они могут врать. Например, нагреется где-то сильно торф, спутник дает сигнал – в таком-то месте пожар. Мы прилетам, а там все чисто.

Поворачиваем на Киров. Дым становится все слабее.

- Смотри! - кричит один из пожарных, тыкая пальцем вниз.

Внизу у озерца здоровая лосиха с лосенком пьют воду. Все оживились, чему-то заулыбались.

Назавтра этот же самолет полетит осматривать северные районы области. Признаться, шесть часов на борту кукурузника нелегкое испытание для пятой точки, та и для прочего тела.

- Оно вам надо каждый день так организм пытать? – спрашиваю заместителя командира авиалесоохраны Василия Мамаева.

- А куда деваться? Работа!

- Так сели бы где-то в поле, покупались в реке и записали себе семь часов полета, керосин в речку слили, да и на базу…

- Да вы что?! Вы что?! – округляет глаза Василий Аркадьевич, - да наши летчики, наши деды… Да вы не вздумайте им сказать такое!

- Это я так, шуткую. А вот теоретически-то возможно?

- Да как же оно возможно?! Ведь диспетчера тебя ведут по всем маршрутам, и на борту самописцы, и в департаменте все отслеживают… Полетите завтра с нами на север?

- Нет, в другой раз, - пообещал я и искренне пожелал удачи всем этим воздушным асам.