
Самолет Ан-24, летевший из поселка Ербогачен Иркутской области, тревожно ждали в аэропорту Киренска не только техработники, но и наряд милиции. Поступила информация, что в отсеке шасси летит неучтенный пассажир - 16-летний подросток. Рома Сороковиков - воспитанник школы-интерната. Накануне они вместе с 13-летним другом Лешей Рыльковым сбежали оттуда в поисках приключений. Денег у сирот не было, и они, выбив окно, пробрались в продуктовый магазин: запастись в путь-дорожку лапшой, жвачкой, шоколадками и пивом. А потом отправились к взлетно-посадочной полосе. Развели там костер (ограждений вокруг местного аэропорта отродясь не было), поели и улеглись спать. А когда проснулись - им вдруг приспичило лететь в Иркутск. Конечно, зайцами. И конечно, на Ан-24 (а другие самолеты тут не летают), который как раз должен был забрать геологов. Сколько мы ни расспрашивали сотрудников аэропорта в Ербогачене, на вопрос, почему технический персонал не заметил у самолетов двоих подростков, никто ответить не может. Просочились... Тем временем парни заметили открытый отсек шасси. Места в нем хватало только для одного «пассажира», да и то если согнуться в три погибели (пространство там - метр на два, см. схему). Рома, недолго думая, забрался внутрь, пригрозив дружку: - Не вздумай кому-нибудь сказать, где я! Вернувшись в интернат, Алексей недолго хранил тайну. От услышанного у педагогов волосы на голове дыбом встали. До Иркутска от Ербогачена - три часа лету, мальчишка при температуре минус 33 градуса за бортом живым до областного центра не добрался бы. Бросились звонить в аэропорт. Диспетчеры связались с летчиками. Решение приняли молниеносно: посадить самолет в Киренске (это 400 км от Ербогачена). А по пути снизиться до минимально возможной высоты - чтобы мальчишка не замерз и не задохнулся. Самолет пытались посадить как можно осторожнее, но без проблем не обошлось. - Во время полета шасси зажало парню ключицу, - говорит начальник милиции общественной безопасности ОВД по Катангскому району Сергей Сверлов. - Ему было так больно, что перед самой посадкой, когда шасси вышли, он едва не вывалился. Но удержался. Чудом. На днях Роман все же попадет в вожделенный Иркутск, но уже для прохождения судмедэкспертизы. В милиции решили узнать о психическом здоровье мальчишки. Кстати, это не первый подросток, который чудом выживает в гондоле шасси во время полета. В сентябре 2007 года подобный перелет проделал Андрей Щербаков на Ту-154 от Перми до Москвы. Обморозил руки и лицо, однако выжил, несмотря на то, что борт находился на высоте более 10 километров в течение двух часов. ЗВОНОК ВРАЧУ Евгений ПАК, зав. отделением хирургии Киренской больницы: - Рома поступил к нам в легкой куртке и шапке. Конечно, он изрядно замерз. Как ни крути, температура на высоте 8 тысяч метров была -33 градуса. Этот холод не критичен для человека, его можно пережить. Но вот если бы парень находился в воздухе более двух часов, точно получил бы переохлаждение - и не факт, что его удалось бы спасти. К счастью, летчики успели прервать полет, пока не случилось непоправимое.

ЭКСПЕРИМЕНТ «КП» Может ли ребенок пролезть в отсек шасси? Мы решили проверить: правда ли подросток может залезть в отсек шасси? Эксперимент провели в Воронеже, поскольку там есть удобный для этого «тренажер» - водруженный на постамент Ан-24. «Сыграть» Рому попросили его ровесника, мальчика с такой же комплекцией. Залезли вместе с ним на пьедестал, где возвышается ветеран советского авиапрома, изо всех сил раздвинули створки в гондоле, из которых и выдвигаются шасси... Но наш «Рома» смог просунуть туда только голову и разглядеть внутренности отсека. Тесновато, конечно, но он бы вполне мог поместиться. Правда, там такая паутина из стальных прутьев, что передвигаться невозможно. А оно авиационному зайцу и не нужно: улегся - не двигайся... А пролезть в этот отсек ребенок может только при одном условии. Если затворки, которые прикрывают шасси в полете, откроются полностью. Кстати, перед взлетом их как раз на земле их отворяют.
А как взрослый пытался залезть в отсек шасси, читайте здесь. Евгений ПРОСКУРЯКОВ(«КП» - Воронеж»)