Иосиф Кобзон: «Татьяна Лиознова мне приказала, чтобы в «Семнадцати мгновениях» я пел, как Штирлиц»

Накануне Дня Победы к нам в редакцию на прямой эфир радио «Комсомольская правда» (прямую трансляцию передавало и ТВ «КП» на нашем сайте) приехал народный артист СССР Иосиф Кобзон. - Чтобы успеть на вашу передачу, я специально на сутки раньше прилетел из Люксембурга, - сказал Иосиф Давыдович. После этого полтора часа в прямом эфире Кобзон пел живьем (под минусовую фонограмму, то есть под запись музыкального сопровождения) старые и новые песни о войне и Победе, а он, может быть, единственный на нашей эстраде артист, который знает их самое большое количество. Кстати, певец выглядел довольно бодро, был в приподнятом настроении. «Помирать вам рановато...» Очень зажигательно исполнив «Песенку фронтового шофера», Кобзон сказал: - Я выступал перед нашими славными ветеранами в пансионате «Кусково» под Москвой. И вместе с ними пел эту песню. Они пели про себя. Вот этот рефрен: «А помирать нам рановато, есть у нас еще дома дела!» Это нестареющие строки! А я чуть поменял слова: «А помирать вам рановато...».

- Впервые эта песня прозвучала в 1947 году, - напомнили мы. - А когда вы ее услышали?

- Тогда и услышал. «Песенку фронтового шофера» замечательно исполнял Марк Бернес. Я - дитя военного времени. У нас было трудное детство. Для нас основным развлечением были походы по разрушенным зданиям, игра в футбол тряпичным мячом. Вспоминаю первое пирожное после войны - кусочек черного хлеба с сахарной подушкой. Не было дискотек, караоке. Радио было. Патефон был. Мы слушали пластинки, песни кумиров тех лет - Утесова, Шульженко, Бернеса, Руслановой, Козина, Юрьевой, Петра Лещенко. Вместе с фронтовиками, которые вернулись с войны и с горечью вспоминали потери и свои трудные версты. Это «Темная ночь», «Соловьи», «Синий платочек». Да много! Я прямо представлял себе этот платочек. И хотел бы, чтобы эти песни остались, жили еще долго…

«Строгая женщина! Мы с ней потом полюбили друг друга. И общаемся по сей день...». Иосиф Кобзон поздравляет Татьяну Лиознову с 80-летием. Июль 2004 г.

«Господи, как она надо мной издевалась!» - А что вы представляли себе, когда пели песню к фильму «Семнадцать мгновений весны»? Вот эту: «Не думай о секундах свысока…»? - Ничего я не представлял. Я познакомился с песнями до того, как был снят материал. Сначала, когда режиссер фильма Татьяна Лиознова заказывала песни Микаэлу Таривердиеву и Роберту Рождественскому, их было много. Семь. Но в фильме остались две. И одна - лейтмотивом - тема песенная шла на протяжении всех серий: «Я прошу, хоть ненадолго, боль моя, ты покинь меня...» А познакомился я с этими песнями в Переделкине на даче Рождественского, моего друга. Он пригласил меня вместе с Таривердиевым. Микаэл стал мне наигрывать мелодии. Говорит: «Смог бы ты попробовать их исполнить в фильме?» А я любил работать над песнями в кино, потому что это же контакт с режиссером. А мы, эстрадные артисты, нуждались в том, чтобы с нами работали профессиональные режиссеры. Я сказал, что с удовольствием. И даже не предполагал, на какое испытание обрекаю себя. Потому что, когда на следующий день я приехал на «Мосфильм» вместе с Рождественским и Таривердиевым и они представили меня этой мрачной, сосредоточенной женщине, Татьяне Михайловне, она на меня посмотрела подозрительно: «Вы готовы?» Я: «К чему?» Она: «К тому, чтобы познакомиться с материалом». Я: «Да. Я вчера с ним познакомился». Она: «Да нет, дайте ему кадры». И мне стали показывать кадры с Тихоновым. Притом не разговорные кадры, а просто его образ. Я спросил: «Что это?» Она: «Не что, а кто. Это Тихонов. В данном случае он играет разведчика советского Штирлица. И когда вы будете пытаться петь эти песни, подумайте о том, что их поет не Кобзон, а поет их Штирлиц». Я говорю: «Знаете, может, вам лучше пригласить какого-нибудь драматического артиста?» Она: «А вы мне не советуйте! Я сама вам буду советовать». Строгая женщина! Мы с ней потом полюбили друг друга. И общаемся по сей день. Она уже достаточно в серьезном возрасте. Безумно талантливый человек. И я начал петь. Господи, как она надо мной издевалась! «Да нет, опять этот Кобзон лезет мне на уши! Не нужен мне Кобзон, я сказала!» Я стал уже психовать. А Роберт мне говорит: «Старик, потерпи. Мы же терпим». Я: «Ну и терпите, если хотите!» Но все же я терпел. Делал невероятное количество дублей, пока сам себя не перестал узнавать. И тут она говорит: «Ну, это что-то похоже…» Правда, потом, по прошествии нескольких лет, когда этот фильм уже прошел по телевидению и песни прозвучали, стали известными и популярными и я их включил в свою концертную программу, стал их петь несколько по-своему… Как я хотел их петь. Она сказала: «Да, надо было, конечно, немножко пойти у тебя на поводу». Когда фильм вышел, министр культуры СССР Екатерина Фурцева на банкете на фестивале «Крымские зори» задала мне вопрос: «Кобзон, это вы, что ль, поете в «Семнадцати мгновениях»?» А моего имени же не было в титрах… Я: «Да. Я что ль, Екатерина Алексеевна». Она: «Ничего. Молодец».

При записи песни к фильму Кобзону, как и Тихонову (на фото), тоже пришлось вживаться в образ Штирлица. Кадр из «Семнадцати мгновений весны». 1973 г.

«9 мая буду выступать на крыше» Наши радиослушатели, которые звонили в студию, поинтересовались, как Иосиф Давыдович собирается отмечать праздник Победы. - 8 мая на площади в Санкт-Петербурге спою со сводным оркестром песню «День Победы», - поделился певец. - Потом сажусь в самолет, прилетаю в Москву, и меня везут в отель «Риц» ночевать. Потому что утром 9 мая по-другому я не попаду туда из-за парада, а в 8 утра, перед тем как он начнется, я должен появиться на крыше этого отеля, чтобы по телевидению прокомментировать праздник. В 2 часа дня - концерт в Зале имени Чайковского, затем выступлю в «Архангельском», в санатории для ветеранов войны. После этого, надеюсь, увижу своего самого главного воина - внука. У меня двое внуков и пять внучек. Я их увижу, поздравлю. Хочу, чтобы они приобщались к этому светлому празднику. - А правда, - спросили мы, - что однажды вы поставили рекорд, побывав в один день аж на 12 концертных площадках? - Это было в Москве, как раз в День Победы. Так получилось, что я никому не мог отказать. Между концертами я еще успел заехать в больницу к нашей замечательной певице Клавдии Шульженко и поздравить ее с праздником. Она уже в преклонных годах была, хворала. Прежде чем спеть «День Победы», Кобзон сначала обратился ко всем радиослушателям: - Их мало осталось - тех, кто отстоял страну. Давайте сделаем все возможное, чтобы они уходили без обиды на нее, на общество. И отдельно - к ветеранам: - Спасибо, что вы есть... СПОЕМТЕ, ДРУЗЬЯ! Песенка фронтового шофера Слова Бориса Ласкина и Наума Лобковского. Музыка Бориса Мокроусова. Через реки, горы и долины, Сквозь пургу, огонь и черный дым Мы вели машины, объезжая мины, По путям-дорогам фронтовым. Припев: Эх, путь-дорожка фронтовая, Не страшна нам бомбежка любая! А помирать нам рановато, Есть у нас еще дома дела! А помирать нам рановато, Есть у нас еще дома дела! Путь для нас к Берлину, между прочим, Был, друзья, не легок и не скор. Шли мы дни и ночи, было трудно очень, Но баранку не бросал шофер. Припев. Может быть, отдельным штатским людям Эта песня малость невдомек. Мы ж не позабудем, где мы жить ни будем, Фронтовых изъезженных дорог. Припев.