Ветеранов били в День Победы,чтобы Украина стала великой

Весь мир любовался кадрами, на которых толпа молодых и не очень людей, считающих себя «истинными украинцами», бьет и унижает ветеранов Великой Отечественной войны. Удивительно, но тема эта не сходила со страниц газет больше недели - слишком глубокой оказалась рана, слишком запредельным было скотство. Когда страсти чуть-чуть улеглись, журналист «КП» Дмитрий СТЕШИН выехал на Западную Украину, чтобы разобраться в причинах произошедшего и понять - как нам жить дальше с тем, что уже произошло в День Победы на львовском Холме Славы? Ужасы львовского метро Билеты на прямой самолет Львов - Москва нужно покупать минимум за две недели - авиакомпании не справляются с толпами пассажиров. Оказывается, москальская столица для западенцев городок не менее привлекательный, чем Киев. В Москве львовяне работают, учатся, делают бизнес и навещают родственников. Но дополнительные прямые рейсы в столицу России не вводят, причем специально. «Политика», - загадочно и в то же время предельно точно пояснил менеджер киевского представительства украинской компании «Аэросвит». Лететь пришлось через «мать городов русских» - с мучительным многочасовым ожиданием стыковки рейсов. Было время подумать о происшедшем. И мысли лезли в голову крамольные, «бандеровские». Я думал о том, что, если абстрагироваться от наших, русских обид, привычно проглотить их и посмотреть на происходящее на западе Украины глазами беспристрастного ученого-этнолога, все объяснится само собой и встанет на свои места. Это называется «этногенез». На наших глазах в муках, крови и слизи продолжает рождаться украинская нация. Процесс неприятный, отталкивающий, как и обычные человеческие роды. Возможно, все это произошло бы быстрее и не так болезненно, если бы роженицу все время не отвлекали - Российская империя, Австро-Венгерская империя, Польша, германская оккупация. Наконец советская власть, которая, с одной стороны, пресекла этногенез в середине процесса - рассадив, отправив на Север и ликвидировав самых пламенных националистов, с другой стороны, породив совершенно лютую обиду на всех близких родственников и соседей, с любопытством или отвращением толпящихся вокруг несчастной роженицы. А ей не нужны никакие советчики и критики, она справится сама! Но Львов не был похож на операционный зал, и моя сверхобъективная теория разбилась о стены совершенно европейского города, пропорциональной смеси Белграда и Ленинграда. Где по готическим древним улицам ротами и батальонами ходят туристы, вооруженные фототехникой. У каждой второй девушки, идущей с парнем, в руках цветы. Никто не разглядывает тебя зло и пристально, а в толпе не толкаются плечами, и нет-нет, но слышна русская речь. - Как вам ужасы львовского метро? - спросил меня по-русски пожилой газетчик, у которого я закупался местной прессой в мелкооптовых объемах. Я не понял вопроса: - Во Львове нет метро! - Верно, метро нет, - согласился старик. - Не успели построить клятые коммунисты. А ужасы есть, в телевизоре. И вот еще киевские газетки побачьте. Там тоже ужас: во Львове фашисты маршируют! А вот ваших, российских газет, извиняйте, нема, но я представляю, что там про нас про всех пишут.

Еще ранней весной во Львове знали - столкновения будут. Правда, никто не ожидал такой тупой и пассивной реакции милиции - перекрыть и «не пущать!».

«Осадочек остался...» Сразу же после бойни на солдатском мемориале со стороны русской общины Львова было множество заявлений. Иногда резких, иногда - просто панических. Эмоциями зацепило интервью с Татьяной Швецовой, директором культурной ассоциации «Русский дом». Найти Татьяну Яковлевну не составило труда. Я обнаружил в Сети очень удобный сайт львовских националистов. На специальной страничке с заголовком «Враги украинского народа» имелись рабочие и домашние адреса, телефоны и фотографии всех руководителей русских, ветеранских и коммунистических организаций Львова. Проблемы с контактами в незнакомом городе исчезли сами собой... Татьяна Швецова оказалась приятной, очень европейской и успешной женщиной с аналитическим складом ума. Эмоции утихли, и мы спокойно поговорили о львовских проблемах. - Во Львове, по самым скромным подсчетам, до 30% русских, русскокультурных, русскоязычных людей. Еще процентов 10 - украинцы, приехавшие сюда с востока страны. Они, например, считают День Победы большим праздником. У нас пять русских школ, девять смешанных, но принято считать, что Львов - бандеровский анклав, а это не так! - В чем же проблема? Когда в одном анклаве проживают две равные по численности национальные группы, конфликты не возникают… - Все трудности Львова в том, что, когда во время войны отсюда выселили и убили поляков и евреев, город был практически пуст. В первые послевоенные годы здесь жили 75% русских. Постепенно, со строительством заводов, сюда перетягивалось сельское население - «горожан в первом колене» во Львове сейчас ровно половина, и это накладывает определенный... национальный отпечаток. И я не понимаю, зачем в таком непростом городе нужно было спровоцировать столкновения? Татьяна Швецова рассказывает, что еще месяца два назад всем было ясно - столкновения будут. Правда, по ее словам, никто не ожидал такой тупой и пассивной реакции львовской милиции - «не пущать!» - и такого агрессивного поведения украинских националистов: - Еще в марте одесская «Родина», «Русское единство» из Крыма, отдельные представители из Харькова, Донецка начали заявлять, что «мы приедем во Львов и покажем, как надо праздновать День Победы». И самое неприятное, что они могли сделать после всех этих громких заявлений, - просто не приехать! У нас-то осадочек остался, а националисты были просто в ярости. Как? Это наша земля, и до нас будут приезжать одесситы учить нас? Я общалась со множеством националистов, и галичане, например, считают себя, и только себя, истинными украинцами. Тем более у них сейчас вся власть. Здесь же всегда голосовали за Тимошенко, и в борьбе с ней к власти во Львове привели националистическую «Свободу». Конечно, они победили, получив 70% в городской раде и половину мандатов в областной. Но били людей не «свободовцы». Там была еще одна уличная сила, которая и в России имеет серьезный вес, - футбольные фанаты. Их использовали политики. Татьяна Швецова была права. Смакуя безобразные и неприглядные картины львовского Дня Победы, почему-то никто не обратил внимания на характерных хлопцев в фанатской «кажуальной» (от английского «кэжлс» - повседневное. - Прим. авт.) униформе, низко надвинутых на глаза бейсболках и шапках-масках. «Анi хлiба нi свинi, тiлькi Сталiн на стiнi» То, что Львов переживает небывалый расцвет фанатского движения, видно невооруженным глазом - на каждой второй стенке, в каждой подворотне написано «Бандера Ультрас!», «Карпаты, вперед!» и т. д. Как и в России, фанатское движение здесь ультранациональное, а его лозунги удивительно смыкаются с установками единомышленников из России. По крайней мере, классическое российское и труднооспоримое изречение «Кури, бухай, рожай уродов!», причем на русском языке, я встретил даже напротив памятника Степану Бандере, на стене знаменитой львовской тюрьмы. Неподалеку, на проспекте Свободы, в самом центре города, фанаты регулярно устраивают массовые флешмобы с политическим подтекстом. Сами же участники и показывали мне съемку на экранчике телефона. Сначала на постамент памятника Тарасу Шевченко запрыгивают десяток молодых людей и цинично изображают неместный танец - лезгинку. Потом включается звукоусилительная установка, и под новомодный электронный хард-басс площадь заполняют добрая сотня молодых людей в ветровках и зауженны х портках с отвисшей мотней. Языком танца они протестуют. Против чего? Против всего. Против чужих, например. Как метко выразился руководитель «Русского молодежного братства» Олег Карцев: - За последние 20 лет Львов превратился из города точного приборостроения и наукоемкой промышленности в сумму кафе и баров. А рождаемость большая, как в каждом, не до конца разложившемся традиционном обществе. У молодежи есть выход - уехать на Запад, но там всегда найдется случай или причина, когда тебе напомнят, что ты «понаехавший». Можно стоять в магазине и продавать никому не нужные телефоны. А что ты скажешь вечером своей девушке? Что ты успешен и состоялся? На этой теме их и подтянули националисты. Дали им хоть какую-то перспективу, надежду. Олег предупредил меня, что с этими ребятами сложно общаться. Молчат, говорят штампами, вызвериваются без повода, если нет аргументов опровергнуть неприятное. Так и было. На второй день моей командировки Львов справлял День памяти политических репрессий. Все государственные флаги украсились траурными лентами, и на проспекте Свободы под вечер было не протолкнуться. Парни в ветровках, трое, сидели за агитационной палаткой «Руха» и смаковали самый дешевый сахариновый лимонад местного производства. Глазели на гуляющих панночек и заодно охраняли унылое политическое мероприятие. Я поздоровался, назвался журналистом, извинился, что из Москвы, но предупредил, что во Львове ненадолго, турист. Шутку оценили, но от предложенного пива отказались твердо, правда, глядя в землю. Мне показалось, что о пиве-то они как раз и мечтали в этот жаркий воскресный вечер. Как и предсказывал Олег Карцев, Василь и Остап торговали телефонами в салоне на улице Коперника. Третий, не представившийся хлопец говорил принципиально на мове и гот овился стать наладчиком сельхозмашин. По его лицу было видно, что это самое последнее, о чем он мечтает в своей жизни. У двух парней отцы работали за границей - один в Венгрии, другой в Польше. Приезжают раз в полгода, но деньги шлют.

Политики из партии «Свобода», организовавшие молодежь на погром, пытаются представить себя жертвами провокации.

Были ли они 9 мая на Холме Славы? Ни-и-и... Коммунистов львовская «правая» молодежь ненавидит люто. За что? За все! Поляков не очень любят, как и «жидив». У Остапа дед воевал в «Червонной армии», рассказывал, «как скотов, на убой гнали», День Перемоги не отмечал, плевался и никуда не ходил. Из медали «За отвагу» сделал две блесны на щуку. К русским они нормально, русских друзей у них навалом. Это свои русские, а не те, что сюда из Москвы лезут. Вообще в этом сбивчивом, пунктирном разговоре четко были видны симптомы обычного психосоматического расстройства. Пациенты - пардон, собеседники - демонстрировали реакцию на болезни, которых нет в реальности. Главную, краеугольную политическую мечту их жизни я даже переписал в блокнотик. Василь и Остап исправили ошибки, поменяв москальские буквы на самостийную латиницу: «Анi хлiба нi свинi, тiлькi Сталiн на стiнi. Нема хлiба, нi свинi, а е Гiтлер на стiнi. Сало й хрiн до нього е. Е корова, хлiб, земля! На стiнi в портретi - Я!» Хорошая программа, хуторская такая - «опора на собственные силы», только при чем здесь ветераны и День Победы? «Я - не я, и лошадь не моя!» Как ни странно, тяжелее всего было добиться общения с депутатами «Свободы». Это настолько шло вразрез с обычной политической жизнью Украины, где любой политик доступен и словоохотлив... что позволяло сделать смелый вывод: в «Свободе» серьезно перетрусили после скандального выступления 9 мая. В моем гостиничном номере на столе лежал список депутатов, засветившихся на Дне Победы, и я прилежно обзванивал всех «свободовцев», вызвав нешуточное бурление во львовских политических кулуарах. Так... Ирина Сэх, депутат областного совета. Срывала георгиевские ленточки со стариков. Не может? В отъезде и очень сожалеет. Иван Ярославович Грында, голова городской организации «Свободы», - сбрасывает звонок, когда говорят по-русски. С депутатом Юрием Михальчишиным мы даже по телефону ни о чем конструктивном договориться не смогли и расстались, синхронно швырнув трубки. Олег Панкевич - председатель областного совета «Свободы», рассказывали, что он координировал блокаду автобусов с ветеранами и вообще всем рулил. После звонка через пресс-секретаря все-таки взял трубку, согласился встретиться и через пять минут передумал, пробив мою фамилию с помощью Интернета. Наконец мне сообщили, что от партии «Свобода» День Победы будет комментировать депутат Андрей Холявко. О встрече мы договаривались на чистом русском языке, но, к сожалению, пока я добирался до областной рады, Андрей его уже забыл и больше вспомнить не смог, даже после моих настойчивых просьб. Во Львове такое часто случается, и я заранее извиняюсь за возможную неточность перевода. - Объясните, что, на ваш взгляд, произошло во Львове 9 мая? Ваше отношение к этому? - Это была провокация. Против «Свободы», против Галичины! - В чем была провокация? В том, что люди приехали на кладбище? Они же не собирались маршировать по Львову с красными знаменами! - Организации, которые хотели приехать, не раз в той же Одессе, в Крыму нападали на наши мирные пикеты, покалечили людей. Поэтому рада, гражданские организации приняли закон, чтобы экстремистские организации никаких политических демонстраций и провокаций в этот день не устраивали. И было решение суда, что в этот день во Львове не проводится никаких массовых акций! - Но ваши ребята тоже пришли с жовто-блакитными флагами! - А милиция вообще была на стороне экстремистов, она и обеспечила их приезд! Видели мы там и «след Кремля» - много было журналистов ангажированных, которые снимали. С таких хитрых ракурсов, тенденциозно, вырывая из контекста, снимая картинку ужаса львовского метро! - Во Львове нет метро... - Да, это такая городская шутка последней недели. - А зачем это было нужно провокаторам? - Гайки будут закручивать, как в Белоруссии. Очень многим не нравится наша независимая Украина - от евразийца Дугина до генералов вашего Генштаба. Продолжение.