Андрей Макаревич выпускает новую книгу и придумывает «котаблос»

Лидер «Машины Времени» во время творческого отпуска группы не снижает своей активности. Помимо постоянных концертов со своими проектами «Оркестр Креольского Танго», «Джазовые Трансформации» и «L.O.V.E. - Песни Про Любовь» Макаревич готовит к выпуску новую книгу!

Еще одна - переиздание его предыдущих прозаических работ - уже появилась на прилавках магазинов:

- «Первая книга называется «Вся проза», в принципе, ничего нового в ней нет, просто три произведения - «Сам овца», «В начале был звук» и «Евино яблоко» - собраны в ней под одну обложку. А также готовится к выходу книга, которая, скорее всего, выйдет очень ограниченным тиражом - но я жду ее выхода. Это стихи Михаила Генделева с моей графикой. Мы с Мишей очень дружили, и очень жалко, что он так рано от нас ушел. Я считаю, что он - великий и очень нереализованный поэт, в отличие, скажем, от Бродского. Я очень надеюсь, что, может быть, наличие моей графики в этой книге привлечет к его поэзии каких-то людей, которые о существовании этих стихов просто не подозревали. А эти стихи заслуживают того, чтобы стать известными».

Еще одной работой Макаревича как художника стала серия работ, сделанных в творческом союзе с израильтянином Александром Галицким:

«Саша - восхитительный, очень странный, очень яркий, ни на кого не похожий израильский художник. У нас его мало знают. Советую зайти на Facebook, у него там страничка, и он там всегда вывешивает свои картинки. Мы с ним давно дружим, и захотелось в четыре руки что-то сочинить. Получилось забавно, мы веселились от души. Очень трудно описывать словами то, что получилось, но... Это серия картин с текстами.

Есть такое народное мексиканское изобразительное искусство, которое называется "retablos". Это обычно изображение какой-то бытовой ситуации со словесным описанием и с благодарением Господу в конце за то, что все хорошо кончилось. Такой довольно точный аналог русского лубка. Это все сделано с таким подкупающим натурализмом и простотой, например, «я полюбила Хуана, а потом я полюбила Педро, а потом пришел Хуан и хотел застрелить Педро и меня, а я помолилась Святой Деве Марии, и мы все трое остались живы. Благодарю тебя, Святая Дева Мария, и Господи, за это чудо». Вот типичный ретаблос. Когда мы стали рисовать, мы поняли, что у нас все равно получаются не люди, а коты в похожих ситуациях, поэтому пришлось это назвать «котаблос», и мы радовались как дети. Я еще не знаю, где и как мы это представим человечеству, но закончили мы это в конце февраля, и Саша улетел обратно в Израиль».