Книга Ионы Голдберга не столько причина, сколько повод для очередного раунда борьбы республиканцев и демократов накануне выборов.
Спорят с мнениями, а не лицами - старинный принцип полемики, который я заимствую из русского лексикона конца 18-го века. Иначе говоря, не переходя на личности, да?
Ультра против ультра
И да, и нет. Даже в нашей суперполиткорректной стране, обострение партийной борьбы в этот високосный год президентских выборов доходит до такого накала, что политические разборки зашкаливают, нарушая все правила приличия, о чем как-нибудь, надеюсь, у меня еще будет возможность поговорить. Это, правда, скорее из жанра желтой прессы, а пока что из мира политики перенесемся в мир идеологии, которая, по сути, является изнанкой и подпиткой политики. В предвыборном контексте, когда все средства хороши в антипиаре, удары наносятся не только по личностям или политике кандидатов в президенты, но и по идеологии, которую они всосали с молоком матери, а теперь представляют на высшем политическом форуме Америки.
Официально две главные партийные силы страны - республиканцы и демократы, но в просторечии как только они не величают, а точнее обзывают друг друга! Республиканцы - демократов: либералы, прогрессисты, социалисты. Демократы - республиканцев: консерваторы, рутинеры, реакционеры. А для того, чтобы еще больше уязвить противника, оба лагеря перед уничижительными прозвищами ставят еще и дополнительную частицу «ультра»: ультраконсерваторы или ультралибералы. В конце концов, от этой частицы образовалось новое самостоятельное слово «ультраисты» - сокращенно «ультра» - для выражения высшей степени идеологического радикализма. Правые ультра и левые ультра - идеологические экстремалы противоположных лагерей. До какой степени доходят такого рода словесные перепалки - разве что не плюются друг в друга и не пускают в ход кулаки! - можно судить по скандалу вокруг только что вышедшей книги «Тирания клише. Как либералы мошенничают в войне идей». У автора ветхозаветное имя и недвусмысленная фамилия. Говорю это к тому, что в консервативном стане Иона Голдберг - белая ворона: большинство его соплеменников-единоверцев, порядка 80 процентов, традиционно голосуют за демократов и предсказуемо - как и на предыдущих выборах - отдадут свои голоса Бараку Обаме. Иона Голдберг - повсеместно известный скандалист, провокатор и возмутитель спокойствия. Добивается ли он негативного паблисити, которое здесь ценится в разы больше позитивного, либо у него мозги так набекрень устроены - не знаю. Достаточно напомнить его предыдущую книгу под названием «Либеральный фашизм». В ней он черным по белому утверждал, что хотя у либералов рутинно принято обзывать неоконов (новых консерваторов) фашистами, но пусть лучше они глянут на самих себя в зеркало: американский либерализм - тоталитарная политическая религия. Автор - человек блестяще эрудированный, а потому увлекает читателей в исторические дебри: оказывается, скажем, что прогрессисты всячески приветствовали идеи и слоганы итальянского фашизма и восхищались самим Дуче.
«Это я фашист? Ты сам фашист!»
Парадоксальным образом, многие концепции социализма и фашизма сходятся - от ограничения гражданских свобод до национализации экономики. Главная цель этого исторического экскурса - провести аналогию между веком минувшим и веком нынешним: как итальянские фашисты верили в могущество государства и осуществляли почти тотальный контроль над обществом, так же и американские либералы, придя к власти, ставят правительство над такими жизненно важными институтами и структурами, как, скажем, экономика, финансы и здравоохранение. Помощь Барака Обамы банкам или автомобильным гигантам, которые были на грани банкротства, или попытка медицинской реформы на социалистический манер у всех на памяти. Однако все эти экстренные, аварийные меры представляются зоилами нынешнего президента в окарикатуренном виде. Новая книга Ионы Голдберга, хотя и продолжает его предыдущую, но будет, пожалуй, еще похлеще. Недаром вокруг нее скрестили шпаги ультраисты обеих сторон. Иногда, правда, это напоминает разговор глухонемых: никто не слушает друг друга, но все размахивают руками. Оголтелые и оглашенные, противники обмениваются не аргументами, а оскорблениями - как плевками. «Фашист» - расхожее слово в этих идеологических распрях. По принципу: «Это я фашист? Ты сам фашист!»
Помимо и поверх политики, экономики, финансов, медицины и прочее встает ключевой вопрос о патриотизме. Ультраисты-неоконы упрекают либералов в отсутствии настоящего патриотизма - мол, они взамен страны, которая есть, хотят совсем другую страну, которой Америка должна стать после радикальных реформ, которые они хотят в экспериментальном порядке над страной произвести. Как известно, лучшая защита - нападение, а потому лозунг либералов: «Диссент - высшая форма патриотизма», а своих противников они припечатывают классическим афоризмом доктора Сэмюэля Джонсона: «Патриотизм - последнее прибежище негодяя». Речь не о том, кто прав, а об изменении значения и назначения слова «патриотизм». Для одних (либералов) это слово стало чуть ли не ругательством, для других (консерваторов) превратилось в орудие борьбы с идейными супостатами.
Споры вокруг патриотизма не вовсе чужды русскому слуху. Недаром в русском языке существуют «патриотические» слова с ругачим оттенком: горе-патриот, квазипатриот, квасной патриот. А споры о патриотизме, которые ведутся в российском обществе со времен западников и славянофилов и по сю пору! В Америке в ходу шутка: «Я - не патриот, а матриот». В самом деле, если есть понятия патриархата и матриархата, почему не быть «матриотизму»? Кстати, в русском языке равнозначны, но с разными оттенками слова «родина» женского рода и «отечество», производное от «отца».
Председатель земного шара
Книга Ионы Голдберга не столько даже причина, сколько повод для очередного раунда борьбы республиканцев и демократов накануне выборов, до которых осталось всего ничего - меньше пяти месяцев. Автор подливает масло в огонь предвыборной борьбы, которая становится все острее и ожесточенней. Такое чувство, что Америка - это не одна страна, а две разные страны, и между двумя Америками - лютый антагонизм. Находятся, однако, среди американцев и трезвые головы, которые придерживаются надсхваточной, объективной, компромиссной точки зрения. Даже по поводу упомянутой книги, на которую рьяно набросились «леваки» и подняли на свой щит «праваки». А тут вдруг появляется спокойная, взвешенная статья популярного политического комментатора журнала «Тайм» Джо Клайна, который, опровергая очевидные несуразности автора (типа «Феминизм - это Троянский конь, запущенный марксизмом в Америку»), одновременно соглашается, что кое-какие основания для тревоги имеются, либеральные клише через телевидение и прессу в самом деле гипнотизируют какую-то часть американского общества.
Или еще один позитив. В приложении к последнему номеру «Нью-Йорк таймс» опубликована большая статья под двойным названием-оксюмороном. Сначала: «Либералы правят Америкой», и кажется, что автор - ультраист из неоконов с более-менее клишированными обвинениями, что либералы захватили в стране всё - от Белого дома до СМИ и Голливуда, и «Сатана там правит бал», как поется в знаменитой опере. И ждешь, что дальше статья покатится по известной колее: мол, Нью-Йорк, Бостон, Вашингтон и Сан-Франциско - это не Америка, есть еще американская глубинка, на нее вся надежда на этих судьбоносных выборах, и власть от либерального истеблишмента вернется к американскому народу. Однако весь заголовок этой статьи звучит так: «Либералы правят Америкой. Я это знаю, потому что я сам один из них».
Нет, автор этой статьи Стив Алмонд не принадлежит к записным либералам - ортодоксам, а то и фанатикам либеральной идеологии, которые готовы перегрызть глотку идейным недругам. Совсем напротив. Признавая ту колоссальную власть, которую приобрели либералы - не только управляя страной из Вашингтона, но и воздействуя на умы американцев с помощью кино, телевидения, прессы и интернета, автор одновременно кручинится, что эта власть не всегда используется во благо и на благо. Отсюда раздумчивый, медитативный, уравновешенный характер этой мудрой статьи. Ситуация в предвыборной Америке отнюдь не из простых, страна расколота, и время не бросать друг в друга словесные каменья, а найти общий язык перед лицом внутренних проблем (экономика, безработица) и внешних угроз (исламская экспансия в первую очередь). Ответственность американцев перед Америкой, и Америки - перед всем миром. Вот что сейчас самое главное. И кто бы ни был избран нашим президентом, ему предстоит объединить разные страты американского общества. Он будет президентом не демократов или республиканцев, а всей Америки. А учитывая политический вес, экономическую мощь и военную силу Америки, ее президент - это лидер всего мирового сообщества, руководитель всей нашей глобал виллидж. Или титул, придуманный русским поэтом Велимиром Хлебниковым: Председатель земного шара. Вот кого предстоит избрать в первый вторник ноября этого года.