Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+17°
Boom metrics
Общество25 июня 2012 22:00

Кто виноват в побоище в Сагре

Корреспондент «КП» первой прочла уголовное дело о громком конфликте в уральской деревне
Источник:kp.ru

Перестрелка в уральской Сагре - громкий конфликт прошлого лета. Напомним: живший в деревне цыган Вячеслав Лебедев поссорился с односельчанами и для защиты своих интересов пригласил дружков, потом деревенские перестреляли пришлых...

Обычная история раздулась до всероссийского масштаба. В уголовной «стрелке» увидели межнациональную рознь, а цыгана обвинили в наркоторговле: определенным политическим силам было выгодно разыграть эту карту перед выборами...

Мы неоднократно писали о Сагре и уже не собирались возвращаться к теме, тем более что следствие завершено, а суда пока не было. Но тут в екатеринбургскую редакцию «КП» пришел неизвестный и принес сорок девять томов уголовного дела... Сомнений в подлинности документов у нас нет: подделать такое количество бланков, допросов и экспертиз невозможно (только на их чтение у нас ушел месяц).

БЫЛА ЛИ НАРКОТА?

Начать придется с фактов, так как общественное сознание до сих пор забито мифами, которые транслировали недобросовестные политики. И главный из них - наркотики.

«Человек по прозвищу Цыган занимался вырубкой леса, заготовкой древесины», - дают показания жители Сагры. О том, что их односельчанин Вячеслав Лебедев, оказывается, был наркоторговцем, сагринцы услышали по телевизору, «и сразу не поверили в эту версию». «Этот цыган выделяется из общей массы. Данный человек работает, а большинство населения Сагры не работает, злоупотребляет спиртным, - рассказывает под протокол еще один свидетель и добавляет: - Возможно, зависть и послужила причиной конфликта».

Бабушка-соседка вспоминает, как семья цыгана помогала ей по хозяйству, возила дрова...

Конечно, свидетели могут быть необъективными. С кем трудно спорить, так это с розыскной собакой Зольдом: на обыске в доме цыгана пес не показал наличия запаха наркотиков. И не показал его на прилегающей территории (тайник искали и в лесу)...

Так что версия лидера фонда «Город без наркотиков» Евгения Ройзмана о том, что в Сагре находилась так называемая «яма» - место хранения большой партии наркоты, за которой приезжают оптовые покупатели, - осталась просто версией (общественный деятель был допрошен в качестве свидетеля).

Зато субподряд цыгана на вырубку деревьев вдоль железнодорожного полотна оказался вполне реальным...

Упаси бог, мы не хотим, чтобы нас заподозрили в излишней симпатии к обвиняемому цыгану. Его не красит ни кража шестнадцати колхозных коров (первая отсидка по малолетке), ни нападение на сотрудника милиции (в 94-м году вдвоем с дружком прицепились к человеку на улице, избили, порезали ножом и скрылись; уголовное дело в итоге было прекращено за сроком давности).

Паспорт на фамилию Красноперов, по которому цыган жил в Сагре, он, оказывается, свистнул у собственного шурина, брата жены. На допросах оба стояли насмерть: шурин - что потерял документ, когда ходил к врачу, цыган - что нашел его в электричке... Так ничего и не доказали, кроме подделки (Вячеслав Лебедев вклеил в паспорт свою фотографию).

В школе, как трогательно признался цыган, он никогда не учился, поэтому вообще не умеет писать...

Эта социальная прослойка называется люмпен-пролетариат. Вроде и работают, но до тюрьмы им так же близко, как до церкви.

«Я СКАЖУ «ФАС»,И ТЕБЯ СОЖРУТ»

Конфликт цыгана Вячеслава Лебедева с жителем деревни Сергеем Городиловым, как следовало ожидать, начался не вдруг.

Сначала Городилов избил 18-летнего сына цыгана Тимофея. Парень приехал к отцу в гости, гулял по деревне, Городилов вышел из дома пьяный, расквасил юноше нос...

Лебедев, который дает такие показания, говорит, что в тот же день пришел к обидчику узнать, в чем дело, но «Городилов сказал, что он делает в Сагре все, что хочет, и не стал ничего объяснять». В милицию цыган жаловаться побоялся: он же был в розыске.

Потом Городилов якобы побил цыганского работника Сергея Онищенко: решил, что тот хотел своровать у него гусей. Потом у еще одного местного жителя, Зубарева, украли электроинструменты, и кодла мужиков, включая Городилова, снова побежала к дому цыгана...

Показания избитого Сергея Онищенко: «Я увидел, что Городилов уже подлетел ко мне и ударил меня со спины ногой, в левый бок, чуть ниже плеча, затем схватил меня за шею сзади и запрокинул мою голову назад, после чего с размаху ударил локтем по носу, от этого я упал на землю, у меня из носа пошла кровь... После того как я поднялся, Городилов Сергей снова подошел ко мне и кулаком ударил меня в грудную клетку».

Нос опух, освидетельствование показало, что он сломан.

Цыган Вячеслав Лебедев, узнав о произошедшем, снова поехал к Городилову, но тот якобы ответил: «Я скажу «фас», и тебя сожрут».

Цыган: «Я понял, Городилов просто хотел выжить меня из поселка Сагра...»

Обо всех злоключениях Вячеслав Лебедев докладывал на зону своему брату Ивану, отбывающему наказание за наркоторговлю...

Вот здесь заканчивается «кусок» уголовного дела, на котором мои выводы вполне совпадают с выводами следствия.

Городилов теперь потерпевший...

Городилов теперь потерпевший...

А У ЦЫГАНА БЫЛА КРЫША...

Представьте: на севере Свердловской области в туберкулезной больнице закрытого типа сидят зеки: Иван Лебедев и Кахабер Чичуа. Их телефон «слушает» ФСКН (Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков); телефон, если кому интересно, сокамерники прячут в куске мыла.

Лебедеву звонят «бедные родственники» из Сагры, Чичуа перезванивает на волю своему знакомому Шоте Катамадзе (сам Чичуа говорит, что звонил некоему Руслану, но, судя по детализации, это был Катамадзе: 30-летний грузин без определенных занятий).

Шота соглашается помочь (разумеется, не бесплатно), тем более что сагринских цыган он уже знает. Зеки познакомили их за месяц до этого: Лебедевы-из-Сагры тогда просили Лебедева-на-зоне оказать им содействие в бизнесе.

Какое содействие мог оказать безработный Катамадзе, остается догадываться, но факт: и с обвиняемым Виталием Слатимовым (частный предприниматель, в анамнезе судимость за кражу), и с ударившимся в бега Магометом Бековым (безработный из Чечни), и с погибшим в Сагре Фаигом Мусайевым (уроженец Грузии, торговец на рынке) зеки свели «трудовых» цыган еще ДО конфликта.

Какие-то у них шли переговоры: то ли об устройстве к Лебедеву на работу, то ли по поводу принадлежащей Слатимову лесопилки... В итоге же разношерстная компания просто выступила крышей цыгана.

Так, может, в этом и был смысл сотрудничества?

И ВСЕ ПРИНЯЛИСЬ БЫКОВАТЬ

Дальше происходит натуральный кабак.

Цыган с женой Мариной и двумя мужиками из «группы поддержки» приезжает в Сагру поговорить с Зубаревым-старшим (дядей того, у которого украли инструменты). Зубарева дома нет, там только его 18-летний сын Гриша. Цыган садится в машину, водитель - студент юридической академии Артем Рабаданов - в сердцах говорит заглянувшему в салон Грише: «Чего палишь? Щас нож в башку кину».

С этого момента обиженными считают себя уже сагринцы! Они полагают, что пугать подростка - хамство. Стороны забивают друг другу «стрелку»: завтра в 16.00 (кто ее назначает, непонятно: все валят друг на друга).

Назавтра, 1 июля, днем цыган со товарищи являются в деревню. Дело еще может быть решено миром: «нерусских», как все называют приехавших, всего четверо, оружия у них никто не видит. Пешком они спокойно идут к дому Зубарева, где уже толпятся мужики...

Увы, хозяин выходит вперед и спрашивает: есть ли среди приехавших обидчик Гриши? Ах, нет? Тогда им не о чем говорить, пусть возвращаются с обидчиком. Тем более что «цыганские» рано приехали, они, сагринцы, еще не все собрались (Зубарев действительно вызвал на подмогу друзей из соседнего поселка Исеть).

Тут на «толковище» подходят еще два пожилых сагринца: у одного - 50-летнего Бориса Алферова - на голом торсе наколки: купола и звезды, обычно такое колют «ворам в законе».

Алферов: «...Кто-то из приезжих мне сказал: «Давай с тобой знакомиться», - на что я ему ответил: «Ты что, привез такую большую толпу, чтобы знакомиться?» Приезжий: «Даже руки не подашь?» Я сказал, что не подам ему руки...»

Приезжим, как позже оказалось, был Фаиг Мусайев. Он по-другому передавал товарищам беседу с Алферовым: говорил, что пьяный мужик в наколках обматерил его, оскорбил нецензурной бранью...

Происходит эскалация конфликта. Теперь уже лично обиженные «нерусские» едут в Екатеринбург, где собирают всех, кого только могут, большинству даже не объясняют сути произошедшего. Просто говорят, что жители деревни - «алкаши и синие», надо собраться толпой, тогда те будут разговаривать...

Грустно и смешно, но именно Борису Алферову (человеку с куполами) цыган звонил накануне: просил вступиться за него перед сагринцами. Как звонил и другому авторитетному жителю деревни, Сергею Котельникову...

...а Лебедев ждет суда.

...а Лебедев ждет суда.

ИСТИНА ПОСЕРЕДИНЕ

Самое сложное - понять, что происходило во время перестрелки, потому что здесь версии сторон расходятся кардинально.

Сагринцы говорят, что подъехали «Газель» и ряд машин, высыпали люди с битами и палками, у одного был обрез в полиэтиленовом пакете, у другого - топор, третий выдернул топор из дерева (его забыли там сагринцы). Один «нерусский» (это был Катамадзе) крикнул: «Ну где этот, со звездами?!» - тот, который был с обрезом, выстрелил...

Дальше сагринцы спрятались за деревья и палили из охотничьих ружей, приезжие стреляли в ответ... Это первая версия событий.

Вторая: завидев на дороге людей, с которыми была забита «стрелка», «нерусские» вышли из «Газели» - и их сразу встретили огнем. Упал Фаиг Мусайев: «поймал» заряд картечи, еще двоим (Виталию Слатимову и Магомеду Бекову) перешибло ноги... Стоящие сзади машины стали разворачиваться: ведь весь «актив» ехал в «Газели», а сзади, в легковушках, следовали разнообразные шапочные знакомые, один даже с женой. Чтобы забрать своих раненых, они откидывались от деревенских камнями...

Кому верить?

Первое: экспертиза подтвердила, что четыре выстрела из огнестрельного оружия сделаны приезжими. Другие «гости» могли стрелять из травматики: на теле мертвого Фаига Мусайева нашли магазин от пистолета «ИЖ» с травматическими патронами, еще у одного задержанного изъяли газобаллонный пневматический пистолет (баллончик от которого валялся в траве возле Сагры).

Второе: оружие было не у всех приезжих. Некий Хабиев, например, взял с собой в деревню массовогабаритный муляж автомата Калашникова, то есть игрушку (ее опознали свидетели)!

Третье: раневые каналы на трупе Фаига Мусайева имеют направления «справа налево и сверху вниз», то есть стреляли в него с расположенного при въезде в Сагру крутого холма; это косвенно подтверждает версию засады. Важно, кто начал стрелять первым.

И, наконец, четвертое. Есть таксист, который вез в Сагру клиента и обогнал колонну в тот момент, когда Катамадзе крикнул: «Давайте сюда этого, со звездами, я хочу с ним поговорить...»

Таксист: «Сразу же после этого из группы (деревенских. - Ред.) раздались выстрелы, стреляли в сторону людей, вышедших из машин. Было 5 - 6 выстрелов. По звукам я понял, что стреляли из охотничьего ружья. Кто-то крикнул: «Он ранен, садитесь в машину...» Все побежали обратно...»

То есть истина где-то посередине.

«Я УМОЛЯЛ, ЧТОБЫ МЕНЯ НЕ БИЛИ»

Это, собственно, все обстоятельства, изложенные в уголовном деле. Есть еще показания сагринцев о том, что они делали после боя: например, селянка Ольга Печуричко рассказывает, как вечером они с семьей поехали за пивом (как обычно, не хватило) и увидели на въезде «Газель» с разбитыми стеклами, в салоне которой под сиденьями плакал избитый мужчина.

Ольга Печуричко: «Я вышла из «Газели», подобрала палку и разбила заднее пассажирское стекло у легкового автомобиля. Васюк Т. В. взяла камень и тоже разбила...»

Простота хуже воровства: женщине даже не стыдно.

А вот и показания того самого избитого водителя, которого «нерусские» наняли, ничего не объяснив, а потом бросили на поле битвы: «Внезапно двери моей машины открылись, мне стали наносить удары руками и ногами... я стал терять сознание. Я кричал, чтобы меня не били, что я ничего не знаю и просто работаю водителем. Но молодые люди меня не слушали. Потом меня кто-то за ноги вытащил из машины. Во время нанесения ударов я говорил им, что у меня есть дети и внуки...» У пожилого мужчины оказались переломаны на руках пальцы.

Но я ни на секунду не оправдываю и цыгана! Выбрав себе в патроны уголовника (собственного брата), он связался с «бычьем»: так охарактеризовал ехавших в Сагру один из самих обвиняемых...

С самого начала мы ждали, что сядут все. Сагра - классическая ситуация, где «оба гады», то есть все не правы.

Единственный погибший в перестрелке Фаиг Мусайев получил залп картечи (схема из  уголовного дела).

Единственный погибший в перестрелке Фаиг Мусайев получил залп картечи (схема из уголовного дела).

Вопрос на засыпку

Откуда такие выводы?

Сразу после перестрелки сагринцев привлекли за убийство, приезжих - за хулиганство. Потом, как мы знаем, сагринцев объявили героями, борцами с наркоторговлей...

Результат сегодня: уголовное дело выхолощено. Из него «выделено» все, что происходило до и после битвы: и факт кражи у Зубарева, и избиение Городиловым цыганского работника Онищенко, и то, как победившие сагринцы крушили брошенные машины (одна из них, как оказалось, принадлежала дачникам).

Эти дела выделили в отдельное производство и в большинстве своем ЗАКРЫЛИ.

Cагринцев признали потерпевшими, хотя они были инициаторами конфликта. Сергей Городилов, который ни за что избил цыганского работника, Гриша Зубарев, который очень сильно пострадал: услышал фразу «Ща нож в голову кину». Городилов-старший, который убил Фаига Мусайева (доказано экспертизой), и Андрей Ягодин, который в перестрелке не участвовал... Но очень сильно испугался! При этом Виталий Слатимов - участник «нападения», у которого перебиты ноги, - не потерпевший: «пострадал в результате собственных неправомерных действий».

Конечно, мы видим такую схему следствия не в первый раз. Точно так же в Краснодаре «вывели из-под удара» чеченцев, которые глумились над русской девочкой, - и по полной наказали местных, которые поставили чужаков на место. И все-таки хочется, чтобы обвинения, хотя бы и односторонние, были доказаны. А что мы видим?

1. Приехавших в Сагру сажают за бандитизм. Оказывается, сидя на зоне, зеки Лебедев и Чичуа создали банду, в которую вошел ряд лиц (те, кто первоначально пытались разрулить конфликт). При этом единственное доказательство существования преступной группировки - рапорт некоего опера...

Разве этого достаточно? Банда всегда характеризуется четкой структурой (таких показаний в деле нет), вооруженностью (следгруппа не обнаружила огнестрельного оружия), преступными операциями (нет сведений)...

Обвинительное заключение в этой части составлено примерно так: «В неустановленном месте вооруженные неустановленным оружием совершали неустановленные деяния...»

Было бы понятно, если бы хоть один из подельников раскололся. Но все молчат как партизаны!

2. Второй пункт обвинения - массовые беспорядки. Приезд цыгана со товарищи в Сагру перед дракой назван... разведкой, а звонки Лебедева односельчанам с просьбой разрешить конфликт - отвлекающим маневром. Бандиты якобы хотели посмотреть, где живут их противники, а цыган усыплял внимание деревенских жителей.

Интересно, а с чего следствие делает такие выводы? Подобных показаний в деле нет.

И как же приложить к этой «находке» следствия материалы прослушки, из которых следует: цыган Вячеслав Лебедев трусит, ищет путей избежать драки? Ведь Лебедев не знал, что его слушают, говорил с братом искренне!

Как и куда приложить показания очередного таксиста, который вез цыгана к месту битвы: «Лебедев постоянно кому-то звонил, но дозвониться не мог. Он переживал, что люди в колонне могут «натворить делов», просил ждать его»? Кроме этого, половина самих приезжих утверждают, что не успели выйти из машин, уехали, испугавшись выстрелов, и показания этих людей не опровергнуты.

И наконец, описание собственно битвы: первоначально отступившие «нерусские» остановились и стали обходить деревню с флангов...

В общем, ощущение, что мы со следователями читали не одно уголовное дело, а разные.

Вместо комментария

Разобраться бы по закону...

В деревнях всегда дрались. То сами односельчане выясняли отношения друг с другом. То одна деревня ходила на другую. Или селяне тесно сплачивались против приезжих, особенно если те из города. То девушку на танцах в клубе не поделили, то границы земельных наделов, то просто кто-то кому-то по пьяной лавочке не понравился. Но до смертоубийства редко доходило. Ныне время другое и нравы не те. Но в одном можно не сомневаться: если бы у тех, кто ехал в Сагру, были добрые намерения, вряд ли бы жители поселка встретили их в засаде. Но они слишком хорошо знали цыгана Лебедева, были наслышаны про его брата, сидящего в колонии за наркоторговлю. Догадывались, что цыган с «группой поддержки» вряд ли едет подружиться, посидеть добрым гостем за столом. Да, на допросах обвиняемые уверяют в своих мирных намерениях, но ясно же - находясь в СИЗО, вряд ли они будут утверждать, что собрали банду для нападения на поселок. Им же срок светит, они же не последние дебилы. К тому же вряд ли вызывало симпатии у сагринцев и то, что какой-то чужак, да к тому же цыган, на их лесе деньгу зашибает.

Конечно, не начни сагринцы первыми стрелять, то, может быть, все повернулось и несколько по-другому. Но это все из области предположений. Ясно одно, что конфликт был подогрет с обеих сторон. И никто не хотел уступить... И в ход пошло оружие, главный ныне аргумент в пользу справедливости. Ведь никому не пришло в голову обратиться в полицию, разобраться по закону. Не принято это как-то...

Николай АЛЕКСАНДРОВ