2016-08-24T03:42:15+03:00

Вивьен Ли и Эдит Пиаф изменяли своим мужчинам с механиком автозаправки

Опубликованы мемуары Скотти Бауэрса - человека, который переспал с доброй половиной звезд Голливуда
Поделиться:
Комментарии: comments49
из блога amprofile.blogspot.com/2012/06/scotty-bowers.html
Изменить размер текста:

АМЕРИКАНСКИЙ БЕСТСЕЛЛЕР №1

«286 страниц, после которых историю Голливуда придется полностью переписать», «шокирующие подробности личной жизни звезд, о которых вы даже подумать не могли», «главные мемуары года» - такими эпитетами американская пресса наградила вышедшую весной 2012 года книгу Скотти Бауэрса «Обслуживание по полной программе. Мои приключения в Голливуде и секретная сексуальная жизнь звезд». 88-летний Скотти Бауэрс – очевидец голливудской истории 40-80 годов прошлого века. Отслужив морским пехотинцем во время Второй мировой войны, он устроился на работу на заправочную станцию в Западном Голливуде, на которой часто заправляли свои машины многие кинозвезды. Красивый хорошо сложенный молодой механик быстро привлек внимание суперзвезд – причем как мужчин, так и женщин. В течение многих лет он удовлетворял сексуальные желания голливудских небожителей. И молчал.

Заговорить Бауэрс решился только в тот момент, когда никого из его знаменитых клиентов не осталось в живых. «Я не хотел причинять им боль. Но сейчас все имеют право услышать их подлинные истории», - заявил Бауэрс в интервью «Нью-Йорк Таймс».

В своей книге Бауэрс рушит множество мифов об артистах и влиятельных людях. Любовь Кэтрин Хепберн и Спенсера Трейси была придумана кинокомпанией. На самом деле, Трейси редко интересовался чем-либо, кроме алкоголя, а Хепберн была убежденной лесбиянской – за время знакомства с Бауэрсом Хепберн более 150 раз просила его организовать ей интимные встречи с женщинами. Кэри Гранта почти не интересовал противоположный пол, зато в обществе своего друга актера Рэндольфа Скотта он чувствовал себя по-настоящему хорошо. Писатель Сомерсет Моэм был вуайеристом. Отрекшийся от престола король Британии Эдуард VIII и его супруга Уоллис Симпсон в Лос-Анджелесе неоднократно участвовали в оргиях, которым мог бы позавидовать Каллигула.

Неудивительно, что едва появившись на прилавках магазинов США, «Обслуживание по полной программе» стало бестселлером. На завершившейся книжной ярмарке BookExpo America-2012 в Нью-Йорке вокруг этой книги велись самые жаркие споры – а это случается далеко не с каждым изданием, которое не претендует на высоколобость. На русско мемуары Скотти Бауэрса пока выпускать не планирует ни одно из крупных издательств. Специально для своих читателей «Комсомолка» публикует отрывки из воспоминаний Бауэрса, посвященные его отношениям с Лоуренсом Оливье, Вивьен Ли и Эдит Пиаф.

ТАЙНАЯ ЖИЗНЬ ЛОУРЕНСА ОЛИВЬЕ

Дом Джорджа Кьюкора (голливудский режиссер, снявший среди прочего классические фильмы «Звезда родилась» и «Моя прекрасная леди» - Ред.) на Корделл Драйв был центром притяжения для многих влиятельных и талантливых людей. Двое из них были мужем и женой, а также самыми уважаемыми актерами своего времени – Лоуренс Оливье и Вивьен Ли. Я познакомился с ними на немноголюдной вечеринке дома у Джорджа в начале 50-х. Тогда казалось, что они безнадежно влюблены друг в друга (к сожалению, они развелись в 1961 году после 21 года совместной жизни).

Оливье тогда было 44 года, он был жизнерадостным красивым человеком на пике славы, три года назад король Великобритании Георг VI возвел его в рыцари. Несмотря на все свои титулы, он настаивал, чтобы все, включая меня, называли его Ларри – при том, что в первый раз он увидел меня, когда я помогал сервировать стол для обеда, то есть не был в числе гостей, сидящих за этим столом. Он оказался совсем не напыщенным мужчиной. Ему просто не нужна была напыщенность. Он знал, кто он и с каким безграничным уважением относятся к нему люди. Он был королем британской сцены, и всем было об этом известно.

Ларри очень часто приезжал в город (имеется в виду Лос-Анджелес – Ред.) из своей родной Англии. Хотя он был женат, это не мешало ему иметь маленькую тайную страсть – он не прочь был проводить время с юношами. Он этого никогда не афишировал, однако для меня его увлечение не было секретом. Когда он приезжал в Лос-Анджелес в одиночестве, то часто звонил мне и просил прислать к нему грудастую блондинку и хорошо сложенного парня, чтобы провести ночь с ними двумя одновременно. Я всегда посылал пару в его номер в отеле – кстати, девушки всегда были разные, а парень один и тот же. Ларри говорил мне про этого парня: «Он был очень хорош. Пообещай, что в следующий раз ты вновь пришлешь именно его».

«НОЧЬ С ВИВЬЕН ЛИ МЫ ПРОВЕЛИ ТАК БУРНО, БУДТО ОТ ЭТОГО ЗАВИСЕЛА СУДЬБА ЧЕЛОВЕЧЕСТВА»

Вивьен Ли в то время было 38. Двенадцать лет назад она сыграла Скарлетт О’Хара в «Унесенных ветром», эта роль принесла ей заслуженный «Оскар». Она познакомилась с Кьюкором на съемках этого фильма – изначально именно он был режиссером «Унесенных ветром», однако творческие разногласия с продюсером Дэвидом Селзником привели к увольнению Джорджа и назначению на его место Виктора Флеминга. Ли была страшно расстроена этой рокировкой и на протяжении всего съемочного процесса тайно советовалась с Джорджем по поводу того, как ей следует играть Скарлетт. Как-то раз она призналась мне, что в сценах, снятых Джорджем, она сама себе нравится гораздо больше, чем в эпизодах, которые делал Флеминг.

Фильм, в котором Вивьен Ли должна была сниматься в момент нашего знакомства был экранизацией классической пьесы Теннесси Уильямса «Трамвай Желание». Она много раз играла роль Бланш Дюбуа на театральной сцене. Но кино – не театр. Съемки фильма – долгий и утомительный процесс. Правильно кто-то сказал, что быть киноактером означает способность пробежать милю с мировым рекордом, но во время бега нужно ежесекундно останавливаться, чтобы не сбить дыхание.

Вивьен приехала в Америку вместе с Ларри, так как они оба знали, что съемки «Трамвая» будут невероятно сложными. Ларри захотел быть рядом с женой с трудный момент. К сожалению, Вивьен была крайне непростой женщиной, страдающей маниакально-депрессивным психозом, который в то время лечили исключительно с помощью электрического тока. В течение одной вечеринки можно было наблюдать, как ее настроение кидается из одной крайности в другую. Единственная вещь, которую я точно знал – она хотела провести со мной ночь. Я был, мягко говоря, не против. Пока она играла в «Трамвае», Ларри получил роль в фильме Уильяма Уайлера «Кэрри» - таким образом, пара не была постоянно вместе, и Вивьен часто приходила на ужины к Кьюкору одна. Однажды Джордж устроил ужин для трех-четырех гостей, в числе которых была Ли. Было поздно, и Кьюкор настоял, чтобы Вивьен осталась ночевать в комнате для гостей. Я как обычно помогал сервировать стол. Мы весь вечер обменивались с ней красноречивыми взглядами, стараясь, однако, чтобы ни Джордж, ни его гости ничего не заметили. Для нас ужин был дразнящей прелюдией, и к моменту, когда подали кофе и десерт, мы уже были красные как вареные раки. После того как гости разошлись, я помог прислуге убрать со стола. Я собрался уходить, Вивьен и Джордж стояли перед входной дверью. Вивьен едва коснулась губами моей щеки и прошептала мне на ухо: «Чтобы твоя задница была в моей комнате через полчаса. Я оставлю ворота незапертыми».

Я улыбнулся, пожелал им спокойной ночи и ушел. Через 30 минут я припарковал машину в нескольких десятках метрах от дома Джорджа. Ворота и впрямь были открыты, и я как мышь прошмыгнул в комнату для гостей. Вивьен была в одной сорочке, выглядела она сексуальнее, чем когда бы то ни было.

Мы должны были соблюдать осторожность. Рядом была комната Джорджа, а он всегда отличался чутким сном. Малейший шум мог его разбудить. Вивьен и я посмотрели друг на друга, тихонько рассмеялись и, раздеваясь, старались производить как можно меньше шума. Это не заняло много времени – уже несколько секунд спустя мы упали на огромную кровать. Она была горячей, очень горячей дамой. Она явно собиралась потребовать от меня полного и безоговорочного удовлетворения. Ту ночь мы провели так, будто от этого зависело по меньшей мере спасение человечества. Вивьен не смогла контролировать себя. Она кричала, визжала и смеялась – с каждым оргазмом все громче и громче. Я попытался успокоить ее, приложив палец к губам. Но ей было все равно. «Меня не волнует, что Джордж может нас услышать. Плевать!» И она вновь закричала. Это была одна из лучших ночей в моей жизни. Спустя пару часов мы, наконец, упали на кровать – уставшие и изможденные.

Вивьен проснулась рано. Она уселась перед зеркалом и принялась расчесывать свои волосы. Внезапно она превратилась в другого человека. Буквально пару часов назад мы занимались сексом, и я точно знал, что она чувствовала себя прекрасно. Но сейчас все было по-другому. Не поворачиваясь ко мне, она сказала:

- Зачем мы это сделали, Скотти? Это неправильно.

- Что конкретно неправильно? – спросил я.

- Все. Мы больше не можем так поступать, - произнесла Вивьен. – Пожалуйста, уходи. Я никогда больше не хочу тебя видеть.

- Уверена? – ответил я, пребывая в шоке от такого поворота событий.

- Абсолютно, - сказала она настойчиво. – Мы больше не должны встречаться.

Она поднялась, исчезла в ванной и отказалась оттуда выходить. Чувствуя боль и разочарование от такого итога прекрасной ночи, я оделся и направился к двери. Но как только я взялся за дверную ручку, Вивьен выскочила из ванной, кинулась мне на шею и начала сюсюкать.

- Мой дорогой, дорогой мальчик. Прости меня. Ты же придешь ко мне следующей ночью?

Ее поведение было совершенно непредсказуемым, Вивьен в этом смысле была совсем как взбалмошная девчонка. После этого я много раз встречался с ней – все-таки редко с кем удается провести такие чудесные ночи, как с Вивьен Ли.

ЭДИТ ПИАФ – ГРУСТНАЯ ЖЕНЩИНА, КОТОРАЯ ВСЕГДА БЫЛА ГОТОВА РАЗРЫДАТЬСЯ

Эдит Пиаф было 40 лет, когда она впервые приехала в Америку, чтобы повторить здесь свой феноменальный европейский успех культурного идола, исполняющего французские баллады. У нас с Эдит интересная история знакомства. Кузен моего друга Алекса Тирса Нил жил в Нью-Йорке. Еще до Второй мировой он получил хорошее наследство и проводил время, играя в карты и устраивая вечеринки. Когда началась война, он купил себе место во французском Иностранном легионе и мотался по Северной Африке. Скоро ему это наскучило – и на сей раз он купил право покинуть Иностранный легион. Во время службы он попал в один из ночных клубов Парижа, когда там выступала Пиаф. Нил был сражен ею наповал. Их знакомство, однако, так никогда и не переросло рамки платонической дружбы.

У Нила был дом в Беверли-Хиллз, в котором я часто останавливался с кем-то из своих клиентов, пока Нил был в Нью-Йорке. Когда Эдит подписала контракт на выступления в ночном клубе «Мокамбо» в Калифорнии, было решено, что жить она будет в доме Нила. Его в это время не было в Калифорнии, поэтому я проводил в доме много времени. Мы познакомились с Эдит, моментально поладили – и тут же начались наши прекрасные сексуальные отношения.

Клуб «Мокамбо» был голливудской достопримечательностью. Его владельцы Чарли Моррисон и Феликс Янг тратили на него много времени, денег и внимания. Они создали уникальный интерьер, который включал в себя огромные застекленные клетки с живыми попугаями и какаду. Это было прекрасное место для концертов Эдит, она должна была петь в клубе каждый вечер в течение месяца. Эдит была очень милой темноглазой и темноволосой маленькой штучкой. Пиаф нельзя было назвать красоткой, однако у нее было очень интересное лицо. До знакомства с ней я думал, что она – само воплощение секса, однако Пиаф оказалась очень грустной женщиной, которая, казалось, все время готова разрыдаться. Во время секса она постоянно нараспев что-то говорила по-французски в своей тихой, очень чувственной и нежной манере. Мы занимались любовью почти каждый день в течение четырех недель, которые она провела в Лос-Анджелесе.

Каждый вечер я вез ее из дома в «Мокамбо», где она давала два представления за вечер. В течение первых двух недель клуб ломился от публики. Затем людей становилось все меньше и меньше. Наконец, настал день, когда на ее концерт никто не пришел. Эдит была раздавлена. Она почувствовала себя здесь чужой, ненужной, презираемой. Она убедилась, что отличается от обитателей Голливуда, что ее песни, отражающие всю скорбь парижской послевоенной жизни, не могут тронуть американцев. После шоу она сидела в своей гримерке и одну за одной курила крепкие французские сигареты.

Я старался сделать все, чтобы улучшить ее самочувствие и принести немного радости в ее жизнь. После концерта я повез ее домой, напоил крепким черным кофе, в который добавил немного ликера и остался с ней на всю ночь. Это означало, что мы не спеша занимались с ней любовью, пока она не задремала на рассвете. Думаю, ей понравилось время, которое мы провели с ней вместе до ее возвращения в Париж. В последующие годы она постоянно посылала мне из Франции подарки – хрустальные пепельницы Lalique и тому подобные вещи…

 
Читайте также