Юрий Илюхин: «За свой косяк я отчитывался перед Билом Гейтсом»

Ради Елены Юрий переехал в Минск.

Илюхин - человек-загадка. Ему слегка за 45, к этому возрасту он объездил практически все страны мира, жил в Израиле и на Коста-Рике, создал рекламное агентство, в котором размещали свои заказы такие глобальные компании как IBM, Mentos, Coca-Cola и многие другие. А потом поступил, как классический дауншифтер - бросил свою прежнюю жизнь, продал фирму за очень большие деньги и уехал в Минск, чтобы покорить свою первую любовь.

«В 28 лет я казался себе ужасно старым»

Мы сидим в его фотостудии в минском микрорайоне на Юго-Западе. Сидим в полумраке - мой собеседник не любит яркий свет. Я почти не задаю вопросов: пока пытаюсь переварить услышанное, Юрий уходит в своем рассказе вперед, и то, что я слышу дальше, еще удивительнее. И потом, чего уж там скрывать, слегка теряюсь - не каждый день вот так запросто беседуешь с миллионерами.

- Жизнь обычных людей предусмотрена с самого начала. Сын моего друга еще ребенок, а уже представляет, кем он будет - там все расписано аж до пенсии. А я всегда хотел быть просто самым лучшим, и неважно, где и в чем. Я мог быть актером, учился в театральном в Ленинграде, но денег тогда в стране не было, никто за мои таланты не хотел платить, вся эта культура мне надоела, и я ушел в финансы - окончил Ярославское высшее военное училище. Тогда мне было 23 года, а в 25 я уже был начальником финансовой службы 15-го полка Таманской дивизии. Кстати, это тот самый полк, танки которого в 93-м году стреляли в Москве по Белому дому. Тогда в бухгалтерии полка нас сидело четверо, мы целый месяц писали тонну бумажек на две с половиной тысячи человек полка. И в 90-е я написал компьютерную программу по программированию бюджета - это была первая программа подобного рода в СССР, и мы купили один из первых компьютеров во всем военном ведомстве Москвы. Месяц работы мы заменили на программу, которая все это делала за пару дней. Кстати, когда я уже не жил в Советском Союзе, этой программой военные пользовались еще лет пять.

- А потом?

- А потом наступил период, когда все стало совсем плохо: я владел такой информацией, что волосы от нее выпадают. Подумайте сами, я знал все о том, как тратят деньги генералы и все окружение Ельцина, какие дачи строят, где отдыхают. А при этом у нас голодали солдаты настолько, что отлавливали и ели собак - я не шучу. Офицеры, которые награждены краповыми беретами, сдавали кровь, чтобы накормить детей. Мне было 28, казалось, что я уже старый ужасно. В этот момент у меня заболела дочка, и вылечить ее в России было невозможно. У меня было два пути: уехать в Америку либо в Израиль. Но не мог так просто кто-то из полка охраны президента уехать из страны, тем более начфин, - меня просто собирались закрыть на пять лет. Я сам видел эти бумаги, мне оставалось пару дней, за которые я успел уволиться (почти невозможное в то время) и, разорвав все связи, в 97-м уехать в Израиль. Я лечил дочь и понимал, что в ту страну, где я жил, я уже не вернусь.

Это фото (его автор - Юрий Илюхин) было опубликовано в Vogue два года назад.

«Эмиграция отлично проверяет семьи на прочность»

- За рубежом я пробыл, если быть точным, восемнадцать лет. За это время объездил весь мир (не был только в Японии и Турции, наверное). Израиль отлично проверяет на прочность людей, наверное, как и Америка и другие страны, где постоянная эмиграция. Наша семья проверку не прошла - скандалы начались на второй-третий день, поэтому через год мы развелись, и я долгое время был совершенно свободным человеком.

Я мыл полы и туалеты в ресторане, потом стал гриль-меном. Готовка мне всегда давалась легко, до сих пор веду кулинарный блог, выкладываю туда собственные рецепты. Но я был всего лишь повар с минимальной зарплатой, к тому же все так же продолжал мыть туалеты. Денег не было вообще - я ел только вермишель и пил кока-колу, а еще на спор выиграл ящик водки - он сиротливо стоял в углу. Жил я как Карлсон - на крыше. У меня было 200 квадратных метров крыши и маленькая комнатка с компьютером. Еще была машина, где двигатель был прикручен изолентой.

И однажды я просто бросил тряпку и вышел в дверь с мыслью: «Или я эту страну, или она меня, и первое - предпочтительнее». Когда я уже был готов сдаться, даже билет в Москву купил, мне повезло познакомиться, а позже и подружиться с человеком, который работал с крупнейшими рекламными агентствами мира. У меня тоже были свои идеи, уже название придумал для своей будущей фирмы - DigitalHouse. Мой новый друг почему-то проникся ко мне и отдал мне на откуп нереально крупного заказчика - мировое рекламное агентство FogelOgilvy.

- Вот так вот просто? Взял и отдал человеку, у которой даже фирмы своей еще не было?

- Да. Первую сотрудницу я нашел себе во Франции, и год терпеливо ждал ее переезда в Израиль. Через год на мне была ответственность за двоих, и я наконец-то снял офис. Кстати, купить офис в Тель-Авиве раз в десять дешевле, чем в Минске, а снять – раза в два. Мы сняли офис, где раньше находились беспроигрышные лотереи, и вытянули свой счастливый билет. За четыре месяца мы вернули все вложенные деньги и запустили компанию.

Сам проект существовал 15 лет. Мы стали одними из первых, кто создал флеш игры. Тогда это все было еще примитивно - это как сейчас сравнить журнал «Мурзилка» и Vogue. Но мы были самыми известными флеш-производителями - много работали с Америкой, а Испания, Англия и Франция и вовсе сводились только на нас.

Наши активы оценивались в десять миллионов долларов. В области рекламы мы работали с Coca-Cola, Mentos, M&M, Microsoft Corporation. Кстати, пришлось даже как-то лично общаться с Биллом Гейтсом. Правда, дело было неприятное, почти скандал. Наш программист допустил ошибку - на сайте акции, которую проводила одна из компаний Гейтса, можно было под фото участников увидеть их идентификационный номер участников, а ведь это запрещено! Может, лично Гейтс этот проект не курировал, но письмо мы получили лично от него. Помню, как потом нас вызывали на ковер в их офис в Тель-Авиве. Мы сидели тихо как мышки, когда разговаривали с Гейтсом, это был телефонный разговор по громкой связи.

Будучи бизнесменом, Илюхин бывал в трех странах за месяц, а сейчас - оседлый семьянин.

«Хочу клиента, который предложит мне миллион»

- Как-то мой компаньон спросил, чего я хочу. Я ответил: «Хочу клиента, который предложит мне миллион». И такой человек однажды постучался в мою дверь. У меня тогда был темный офис, я сидел в углу под тусклой лампочкой. И вот ко мне заходит молодой человек маленького роста, закрывает дверь на замок и спрашивает: «Хотите миллион?» Так мы перешли в другую отрасль - стали делать платформы для интернет-казино. Миллион нам тогда дали буквально через пару дней, наличными, как в фильме, в бумажках, даже без чемодана. За эти деньги мы открыли филиалы новой фирмы с названием Topgame в нескольких странах мира, а я улетел работать на Коста-Рику. Мы признавались третьей по значимости компанией по производству игр в мире. Вкладчиков становилось все больше, и в пик нашего подъема я владел двадцаткой интернет-казино в Америке. И вот 27 июля два года назад я продал компанию.

- Зачем?

- В казино нет ничего справедливого и правдивого - все один обман. Это касается и виртуального и настоящего казино. Например, такая сказка, как джек-пот… Его и не существует, все выигравшие - только из своих. Просто деньги джек-пота накапливаются в отдельном банке, а потом кто-то из своих их забирает. Когда мы создавали платформу, мы должны были узнать все эти секреты. И нам их легко открывали. А мне стало неприятно - не люблю врать, воровать - не мое. А создать честную платформу оказалось невозможно, поэтому я решил продать мою долю в бизнесе.

«Я ждал первую любовь двадцать пять лет»

- Теперь я живу, как хочу - у нас с женой большой уютный дом в заповеднике, я занимаюсь тем, что мне нравится - фотографирую. Вся моя семья занималась фотографией, да и я никогда не бросал фото - у меня даже есть «Золотая пальмовая ветвь» Каннского фестиваля за фоторекламу Hyundai.

- А еще фото в Vogue… Вы бы могли жить где угодно, а выбрали Минск…

- Это все моя жена. Она - моя школьная любовь. Мы не общались двадцать пять лет. И как-то в один не лучший день я ехал на машине со своей гражданской женой и чувствовал себя совершенно одиноким. Тогда я остановился, открыл дверь и сказал, что она сейчас выходит, и мы больше не видимся. Через минуту у меня звонит телефон. Я думал, что это по работе, а оказалось, что это Лена - моя первая школьная любовь, моя мечта, которая сейчас осуществилась. Знаете, большинство не женится на своей первой любви. А я услышал ее голос в трубке и сразу понял - быть нам вместе. И чуть не вызвал аварию в центре Тель-Авива - так резко затормозил! Мы проговорили сутки, оказалось, что она живет в Минске, и вскоре я уже летел в Минск. Долетел с приключениями, меня не пускали на пересадку в Украине из-за того, что в кошельке оказалось на три доллара выше разрешенной суммы наличными. Но история того, что я лечу к своей первой любви, их очень растрогала. А, да, и моя взятка в сто долларов. Итак, я прилетел, и мы решили не расставаться. Это было три года назад. Нашей доченьке уже два года.

«Никогда не боялся спуститься с горы и искать новую вершину»

- Мне говорили: никто не может зарабатывать деньги, как ты. Нет, уверял я, может любой, только нужно много работать для этого. А потом я понял - не все люди обучаемы. Есть много людей, которые могут только работать, но не стать хозяевами компаний. Работают только на кредит на квартиру и на отдых в Турции летом. Знаете, когда-то еще в институте я записал у себя в дневнике «Вся жизнь - это взлеты и падения. Это путь от одной вершины к другой». Я всегда каждую свою мечту осуществлял до конца. Вся моя жизнь - осуществление какой-то мечты, и я горд, что делал все самостоятельно, своей головой.

- И все равно не понимаю, почему все завершилось не виллой на Коста-Рике, а Минском? Увезли бы любимую отсюда.

- Все меня спрашивают: какого рожна (смеется)? Все отсюда уезжают в Индию и на Гоа, а ты приехал сюда! А просто доходишь до точки и понимаешь: а вот вершина горы, куда дальше? И я спустился, потому что никогда не боялся этого.

- А не больно-то лететь с такой вершины?

- Если цепляться за уступы - то больно. А если лететь спокойно - открывается парашют.