Приднестровье: Вернулся я на Родину, где чистота и очередь

В этом году в Приднестровье готовятся отметить 25-летие создания независимого от Молдовы государства. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

Продолжение. Начало на сайте kp.ru.

В предыдущих частях своих путевых заметок автор рассказал о том, как, прилетев в Кишинев с частным визитом, наткнулся на фактический раскол политических партий и жителей Молдовы, встретился с главой, другими политиками и рядовыми жителями автономной Гагаузии, которые смотрят в основном в сторону России...

Два мира — два зефира

"Ну и как тебе Приднестровье?" - спрашивают меня друзья и знакомые.

А я даже и не знаю, что ответить. Ну разве вот так: на несколько дней вернулся в милое советское прошлое, прекрасное и ужасное одновременно. Эх, сладкая с горечью ностальгия...

Хотя всякие аналогии хромают.

Те, кто сравнивает нынешнее Приднестровье с Советским Союзом, сами в СССР явно не жили. Ну да, некоторые чисто внешние признаки имеются: все эти старые названия улиц - Ленина, Карла Либкнехта, Луначарского, Котовского, Свердлова и пр. Тщательно сохраненные мемориальные доски и поставленные новые и обихоженные старые памятники - начиная с суворовско-потемкинских гренадеров, отдавших жизнь в битвах с турками за Новороссию, продолжая героями революции, первой гражданской и Великой Отечественной войн, воинами-афганцами и заканчивая последними мемориалами - погибшим защитникам Приднестровья в гражданской войне 1990-1992 годов.

Все машины в Приднестровье ездят с местными номерами. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

Милиция - именно милиция, а не полиция! - в голубых (еще тех, советских) форменных рубашках и фуражках с красным околышем. Наконец, не новомодные украинская СБУ или молдавская "сигуранца" - Служба информации и безопасности (SIS), а до боли знакомый КГБ. С теми же функциями и задачами и репутацией «грозного меча независимого Приднестровья».

Оплата только в рублях!

Иду по Тирасполю, столице непризнанной Приднестровской Молдавской Республики. На улицах невеликое количество рекламы. При том бросается в глаза баннер с терновым венцом и словами «Иисусу Христу слава!». Чистые, хотя и в трещинах тротуары. Старенькие, латаные-перелатаные, но при том бодрые троллейбусы завода имени Урицкого из Энгельса. Много и вполне современных белорусских и российских низкопольных - с кондиционерами, бегущей строкой и бесплатным "вайфаем". Стоимость проезда в них на 50 приднестровских копеек дороже, чем в старых собратьях. Даже если бегают они по одному маршруту...

Практически полное отсутствие банкоматов и платежных терминалов: пластиковых карточек здесь не то что нет - какие-то, чисто местные гибриды неведомой породы, выведенные в недрах автономной финансовой кухни, имеются, но «виза», «мастеркард» и иные иностранные системы не в ходу. Из гостиницы, которую забронировал, заранее прислали уведомление: «Хотели бы сообщить об очень важной особенности нашей банковской системы. В нашем государстве кредитную карту нельзя использовать в качестве средства платежа. Поэтому мы просим иметь при себе наличные деньги, либо необходимо будет дойти до отделения банка и обналичить карту там».

Что ж, собираю оставшиеся молдавские леи, достаю российские рубли и иду в ближайший обменник. И вот она — забытая примета советского прошлого: к кассе очередь! Потому что обменник заодно и переводы из-за границы выплачивает, и платежи за телефон и коммуналку принимает.

Дома надо обедать!

Характерный для социализма советского типа феномен: почти полное отсутствие средних по цене кафешек, закусочных, кофеен и тому подобных общепитовских заведений для широких масс. Даже в столице Приднестровья Тирасполе есть лишь несколько совсем недешевых заведений, но и они наперечет. Для узкого слоя местной элиты и приезжих хватит, а остальные в эти ваши рестораны не ходют. И в самом деле, нечего по кафе шляться, дома есть надо! Ну а ежели нужно отметить свадьбу там или какой юбилей, то можно и раскошелиться!

В казино с семечками не входить!

Но это лишь внешняя оболочка. Так сказать, атрибутика. Какой "совок", когда всюду приметы нового общества свободной частной инициативы и предпринимательства. Надо лишь пошире раскрыть глаза, и они сами впорхнут туда!

На центральной улице Тирасполя казино с громким названием «Гран-При»: игровой бизнес здесь вполне легален, поэтому заведения с «однорукими бандитами», рулеткой или покерными столами имеются в каждом райцентре. На дверях ограничительные значки: запрещен вход лицам до 18 лет, пьяным, с фотовидеоаппаратурой, холодным и огнестрельным оружием и, главное, с семечками. Да и то сказать: сидишь себя рядом с рулеткой, лузгаешь семки, а тут зеро выпадает. Можно ведь и шелухой подавиться!..

В приднестровские казино запрещено входить с семечками. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

Заворачиваю за угол. Ба-а-а, да тут торговая точка, совсем не типичная для советского образа жизни: магазин «Интим» с дополнительным объявлением: «Вход 5 рублей». Ну правильно: чтобы просто любопытствующие не пялились за так и не смущали реальных покупателей...

Непризнанная ПМР уже проделала путь и продолжает двигаться семимильными шагами к настоящим свободам! Ну а если серьезно, то какой «совок», если в Приднестровье совершенно неограничен доступ к любым, а не только российским, телеканалам - кроме откровенно враждебных и яро националистических молдово-румынских. Даже украинское телебачення, откровенно поддерживающее Порошенко с его призывами "разморозить приднестровский конфликт", принимается вполне свободно. Без каких-либо ограничений.

В непризнанной республике свято чтят героев Великой Отечественной войны. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

Объединиться? Никогда!

Языковой вопрос, который после перевода молдавского на латиницу и приказа власти Молдовы о переходе только на него и стал спусковым крючком кровавого конфликта 1990-1992 годов, теперь решен в Приднестровье полностью и окончательно. Хотя по Конституции ПМР в республике действуют три государственных языка - русский, украинский и молдавский (с использованием кириллики), два последних существуют чисто номинально. Никакой дискриминации мовы или молдавского нет, боже упаси. Просто население само выбрало русский как главный и единственный.

- А как же молдавский на кириллице?

- А кому он нужен? С кем на нем изъясняться! Я помню, в школе мы для комиссии учили молдавский вроде как на кириллице, а потом доставали другие тетради и уже по-серьезному обучались молдавско-румынскому на латинице, - рассказывает симпатичная девушка Наташа, дежурная в тираспольской гостинице. - Так наша учительница хитрила - ну чтобы если в Кишинев поехать учиться или работать, могли его использовать.

Наташа родилась в 1991 году, то есть в Молдове никогда не жила, ни в советской, ни в новой независимой. Говорит: "Там у них...".

Спрашиваю:

- А объединиться не хотите?

- Здесь у нас свое государство. Нет, мы нормально к людям в Молдове относимся, но мы сами по себе, они сами по себе.

Это общее мнение по обеим сторонам Днестра. Все, кого я не спрашивал, уверены: объединение Молдовы и Приднестровья на любых условиях невозможно, точка невозврата давно и окончательно пройдена. На двух берегах выросло уже целое поколение, которое училось в школах по разным программам, в которых одно и то же историческое событие трактуется прямо противоположно. Общего будущего они не видят.

В центре Тирасполя огромный мемориал, посвященный воинам-афганцам и защитникам Приднестровья в войне 1990-1992 годов. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

Зажатые в тиски

Узкая полоска Приднестровья, как клинок казачьей сабли, на 400 километров с севера до юга нависает над Молдовой. Вытащить его, затупить, а то и вовсе сломать - вот мечта и укронационалистов, и румынских унионистов.

И вот оно вроде началось. В первых числах июня министр иностранных дел непризнанной ПМР Нина Штански выступила с коротким заявлением для прессы. Смысл его такой: кольцо блокады вокруг Приднестровья полностью замкнулось. Если раньше Молдова блокировала экспорт продукции расположенных на левом берегу предприятий (Украина периодически к блокаде присоединялась, но не столько в реальности, сколько в виде словесного шантажа), то теперь режим Порошенко закрыл и импорт в непризнанную республику. Прекращены поставки украинских товаров и продовольствия, а это огромная доля товарооборота Приднестровья.

− Ежедневно мы несем огромные потери, каждый месяц теряем десятки миллионов долларов, - призналась Штански. - В итоге не можем в полной мере выполнять социальные обязательства перед населением.

Охваченный ужасными предчувствиями — вот же она, костлявая рука голода, нависла над населением маленького, но гордого Приднестровья! - захожу в супермаркет по соседству с моей тираспольской гостиницей. Полки там ломятся от импортной домашней техники, бытовой химии, в том числе и украинской, а уж насчет выпить-закусить вообще разговора нет.

На улицах городов Приднестровья можно встретить и такие плакаты. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

Хотя возле лотка с «молочкой» пожилая горожанка цокает языком:

− Да, без кефира будет тяжело. А его ведь раньше с Украины везли. Наверное, это та самая блокада!

Вместо «запрещенного из-за блокады» кефира весь лоток сейчас заставлен полторашками с минеральной водой. Естественно, без газа. Откуда на незалежной газ?

Захожу в тот же магазин на следующее утро. Кефир вернулся на свое законное место. Ура, блокада прорвана!

Вход в точки, торгующие секс-игрушками, в непризнанной республике платный — чтобы зря не ходили и не смущали покупателей... Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

Выручает не рынок, а базар

Вспоминаю последние 15 лет советской власти, при которых был уже вполне сознательным, и понимаю: от тех времен здесь ушли далеко и навсегда. В Приднестровье нет никакого, присущего любому социализму, хоть казарменному, хоть развитОму, товарного и продуктового дефицита. Он ведь был тотальным безо всяких вражеских блокад.

Сейчас единственным, пожалуй, напоминанием о тех временах - выставленные на видном месте в приднестровских супермаркетах бутылки с газировкой с щемящими названиями "Крем-сода", "Буратино", "Чебурашка" и "Колокольчик", бочки с квасом и мороженое в вафельных стаканчиках - то самое, из пионерского детства.

Свято-Вознесенский Ново-Нямецкий мужской монастырь в селе Кицканы: к блокадной зиме готовы! Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

Хотя если сравнивать, а я делаю это, вспомнив свой визит в кишиневскую мясную лавку, где килограмм свиной вырезки стоит около 100 лей, вареная колбаса - 95 лей, а полукопчёный сервелат - 120 лей , то выбор в магазинах Тирасполя много беднее будет, да и цены на продукты выше - процентов на 15-20, а на некоторые и на все 50.

− Это все последствия экономической блокады, которую нам сначала Молдова устроила, а сейчас еще и Украина, - уверены в ПМР.

Действительно. Других объяснений нет. Ну не будешь же говорить о монополизме торговых сетей, завышенном курсе приднестровского рубля и прочих сугубо внутренних обстоятельствах. Да и зачем, если все можно объяснить происками внешнего врага...

Именно поэтому мои молодые приднестровские знакомые, постоянно живущие и работающие в Кишиневе, когда едут навестить родителей и других родственников, обязательно тащат с собой сумки с продуктами.

А еще выручает рынок, где полно своей прекрасной жрачки. И цены. если и кусаются, то не так, как магазинные. Отборная свиная вырезка - 50 местных рублей за кило (чтобы понять, сколько это в российском аналоге, цену нужно умножить на 5), языки - столько же, откормленные на кукурузе домашние куры - вообще тридцатка за килограмм. Раздолье овощей и фруктов. Грунтовые помидоры - 12-15 рублей, молодая картошка - 4-5, кабачки и сладкие перцы - 3-4. И это - в приднестровской столице. В других городах еще дешевле.

От Тирасполькой крепости времен суворовских походов сохранился только пороховой погреб, в нем сейчас музей. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

«Не хотим платить дважды!»

Так есть ли на самом деле эта экономическая блокада и в чем конкретно она проявляется?

- Понимаешь, - разъясняет мне положение дел один знающий ситуацию изнутри тираспольский специалист (при этом он просит не разглашать его имя-фамилию), - так называемая, «блокада» почти не касается сферы потребления — в конце концов, у нас и своих продуктов полно, да и на украинской таможне всегда можно договориться, как протащить фуру-другую, ставки на взятки всем хорошо известны. Тут проблема в политике и макроэкономике. Молдова и раньше требовала, чтобы наши предприятии регистрировались у них, без этого экспорт через их территорию был невозможен. Наши предприятия легко обходили этот запрет, поставляя свою продукцию напрямую через Украину, до одесского порта рукой подать, сто километров всего. Но теперь Порошенко эту форточку закрыл. В итоге за экспорт приходится платить пошлину дважды — и тираспольским таможенникам, и кишиневским. Цена продукции в итоге становится неконкурентной.

Хотя в этой политэкономии переходного периода тоже не все так однозначно. По некоторым позициям Молдова и приграничные районы Украины зависят от Приднестровья не меньше, чем оно от них. Например, Молдова почти 80 процентов электроэнергии получает со стороны, в том числе 70 процентов — от Молдавской ГРЭС и Дубоссарской ГЭС, расположенных на левом берегу и принадлежащих Приднестровью. Вот и попробуй перекрой им кислород, а заодно поставку газа, мазута, комплектующих, да заодно еще и запрети экспорт. Сам в итоге останешься без света и тепла...

Военно-историческое мемориальное кладбище в Бендерах: на нем похоронены участнки битв русской армии в Приднестровье, начиная с суворовских походов. И отвечает за его содержание и обслуживание МВД Приднестровья. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ

− А почему Приднестровье ничего не платит за российский газ, и Молдова трубу не перекрывает? - спрашиваю моего собеседника.

− Да по той же причине, - смеется тот. - Тут некоторое время назад в Кишиневе отказались было платить за левый берег — дескать, пусть приднестровцы сами раскошеливаются. А им из Москвы говорят: «Хорошо, пусть платят из Тирасполя. Но то есть тем самым вы признаете, что там существует отдельное, не зависимое от вас государство?». В Кишиневе как-то сразу прекратили этот разговор и оставили все, как есть.

В общем, странная это какая-то блокада получается. Там читаем, здесь — нет, тут рыбу заворачиваем...

В следующем выпуске речь пойдет о том, как в Приднестровье организовали «полурыночную экономику».