Приднестровье: «Back in the USSR»

Чтобы почувствовать возвращение в СССР, надо отъехать от столичного Тирасполя совсем недалеко. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

Продолжение. Начало на сайте kp.ru.

В предыдущих частях своих путевых заметок автор рассказал о том, как побывал в Кишиневе и автономной Гагаузии, а когда добрался до столицы Приднестровья, погрузился в странный мир полурыночной блокадной экономики и лишенной рычагов власти...

Живу я третий день в гостинице районной...

Чтобы почувствовать возвращение в СССР, надо отъехать от столичного Тирасполя совсем недалеко. Километров на 50. Вот тут-то волны ностальгии накроют вас полностью. А, может быть, даже утопят.

Добираюсь до Дубоссар. Это четвертый по размерам город Приднестровья. Гостиница "Дружба" - название сохранилось еще с тех благословенных времен, когда единый советский народ уверенно шел к новым свершениям, взявшись за мозолистые руки. Заведение расположилась в самом центре. Двухэтажный то ли барак, то ли казарму возвели еще в конце 50-х для приезжавщих на строительство Дубоссарской ГЭС специалистов. Так и стоит с тех пор. Облезлые стены, отстающие шпалеры обоев и следы грибка в плохо оштукатуренных углах. Оплавленные розетки с черными языками подпалин на штекерных гнездах. Скрипучие, потертые многими поколениями двери с олифой, свисающей узкими лентами на грязно-серый ковролин. Полы с многолетними разноцветными пятнами непонятного происхождения - видимо, результат прежних излишеств сотен и тысяч постояльцев. И главное - этот запах коммунального общежития, который ни с чем не спутаешь!

Дубоссары: это вовсе не административное здание, это — музыкальная школа! Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

Я единственный жилец в этом узилище печали.

- Вот этот номер у нас получше будет, - открывает мне дверцу мужик лет 50, местный сторож, он же консьерж, механик по нагреву воды и вообще "фрося за всё". - Тут в номере даже шкаф есть!

Шкаф действительно имеется. Правда, без плечиков. А еще есть продавленный тысячами тел диван с нацеленным прямо в ноги постояльца острым, как шило, шурупом. Из дополнительных сервисов - крохотный телевизор "Самсунг" с антенной-рогами, принимающий две программы - "Россия-1" и что-то фольклорное на румынском с другого берега Днестра. Остальные каналы присутствуют в виде мельтешащей и скрежещущей ряби. И наконец гвоздь гостиничной программы - холодильник "Морозко", который не держит температуру, зато выполняет роль тумбочки для стаканов. Любопытства ради нахожу бирку на задней стенке, черной от многолетних слоев пыли: "Год выпуска — 1987".

Ну здравствуй, тревожная юность моя! Не верил я, что перемещение во времени возможно, но ведь случилось же!

- Вы, наверное, хотите с дороги помыться? - интересуется мой Вергилий по кругам местного коммунального ада.

- Да я бы сполоснулся, а то сегодня жара, плюс тридцать в тени, - радостно отвечаю на это неожиданное предложение.

Служитель рукой пробует воду из-под крана - она ледяная.

- Ну я сейчас включу, подогрею. Да вы не беспокойтесь, это быстро, уже часа через два будет теплая. А то, пока тут не живут, мы выключаем...

Это мне еще повезло, потому что в других нумерах удобства общие - в конце коридора.

Сами понимаете, про наличие кондиционера или, упаси боже, интернета спрашивать здесь будет крайне бестактно. Но я всё же решаюсь. И зря! Слово "вай-фай" вгоняет моего собеседника в ступор. Однако после долгой консультации с напарником он мне дает совет:

− В городе поищите. Может, где и есть.

Диван-кровать и холодильник «Морозко» в дубоссарской гостинице напомнили о временах, когда само поселение в отель считалось роскошью. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

«Вам номер с бассейном?»

Гостиничный сервис в этом благословенном уголке земли, как, впрочем, и в Гагаузии на другом берегу Днестра, да во всей Молдове, остается чем-то настолько своеобычным, что даже привыкшего ко всякому путешественника порой оторопь берет.

Ладно, Дубоссары. В Комрате вон мне предложили номер с большим бассейном, джакузи, парной и двумя душевыми кабинками. Ну то есть за неимением мест поселили в гостиничной сауне. А что, выходишь в чем мама родила из комнаты отдыха, где кровать стоит, — и прямиком в бассейн. Кр-р-а-а-с-с-с-ота!

Но все же отель в Дубоссарах стоит наособицу. Он вне конкурса, потому что полон особой ностальгической прелести. На следующее утро уборщица в холле смотрит на меня с интересом:

- А, так вот у нас какой жилец!..

- Что, я у вас единственный что ли?

- Ага. Нет, ну тут молодежь еще шмыгает на час-два.

- То есть у вас тут возможна почасовая оплата?

− Нет, платят всё равно за сутки. Кровать-то всё равно портят...

В общем, как у Окуджавы, "живу я третий день в гостинице районной, где койка у окна всего лишь по рублю". Только вот совсем не по рублю! За две ночи этакого удовольствия мне выписывают счет почти 3 тысячи российских рублей. Без горячей воды, интернета и завтрака, зато с магнитофоном до 4 ночи - основной доход заведению приносит, как я понял, незатейливый бар-забегаловка на первом этаже, куда после нуля стягиваются любители стюардессы по имени Жанна.

Ужин при свечах

Электричества в Приднестровье хватает. Его даже в избытке - Дубоссарская ГЭС и Молдавская ГРЭС молотят безостановочно, экспортируя излишки в Румынию, Молдову и на Украину.

Притом два часа в Дубоссарах сижу во тьме, озаряемый блеском молний.

Спотыкаясь впотьмах, спускаюсь по гостиничной лестнице в каморку дежурного на свет мигающего огарка свечи:

− А вы разве не знаете, что при сильной грозе свет в Дубоссарах отключают. Полностью. Во всем городе.

− С чего это вдруг?

− Боятся, что сломается. Система старая, совдеповская еще. Ничего же не меняли за двадцать пять лет - ни сети, ни трансформаторы. Проще общий рубильник выключить. А гроза закончилась - обратно всем включают.

Дубоссарская ГЭС — один из главный стратегических объектов Приднестровской республики. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

На этот раз свет после грозы включили. На часа полтора. А потом снова вырубили до утра. И правильно! Нечего рабочему человеку всякие бессмысленные телешоу и сериалы смотреть! Пусть лучше спит. А заодно и демографическую ситуацию в республике улучшит...

Вперед, в прошлое!

Вы скажете, ну подумаешь, плохая гостиница, где этого нет. И со светом везде перебои случаются... Это правда, в любом месте можно лохануться. Но услуги отелей как раз и являются тем показателем, куда именно движется страна. Приезжает опытный путешественник в любое государство, заходит в гостиничный холл и сразу подмечает наметанным глазом: «Э-э-э, да вы тут безнадежно застряли и навсегда отстали!»,

У возникших на территории бывшей советской Молдавии республик будущего, увы, нет. Потому что живут они исключительно прошлым. Касается это обоих берегов Днестра. Молдавская элита, которая не устает говорить о "европейском выборе", видит его почему-то в составе почившей в бозе еще 70 лет назад "Великой Румынии". Приднестровье грезит о возрождении Советского Союза, когда была колбаса по 2,20 и все были равные, хотя и бедные.

Смотрят вроде бы в разные стороны, а получается - в одну...

Памятник землякам - героям Великой Отечественной войны в молдавских Кочиерах находится в образцовом состоянии. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

Митетеи и мамалыга — врозь

Дорога вдоль Днестра на север непризнанной республики. Не идеальное, но вполне приличное покрытие. Разметка. По сторонам аншлаги "Спасибо за чистые обочины". Ни ям, ни колдобин, так что водитель маршрутки на некоторых участках свободно держит 70-80 км. И даже местами разгоняется под сотню. Вперемешку молдавские, русские и украинские села. Поля пшеницы и подсолнечника. Сады и виноградники. Земля - это видно сразу - хорошо обработана и ухожена. И тут же - сады запущенные и одичалые. Их давно бы выкорчевать, но руки почему-то не доходят.

− А это потому, что они как бы на нейтральной полосе, - объясняет попутчик. - Формально входят в состав Молдовы, но много лет контролируются Приднестровьем.

В общем, прошлое было общим, но теперь мамалыгу и митетеи врозь!

В двойной блокаде

В один из таких молдавских анклавов на левом берегу и еду сейчас...

Большое село Кочиеры, почти четыре с половиной тысячи жителей в списках. Это ближайший пригород Дубоссар. Дома стоят буквально стык в стык. Если бы не пост российских миротворцев, границу бы и не заметил.

Кочиеры - центр молдавского сельсовета, по-новому - коммуны — в него также входит деревня Васильевка у самой границы с Украиной, и еще Кочиеры — это болезненная проблема этакой узкой молдавской полоски шириной два-два с половиной километра и длиной 25 километров.

Связь с «большой землей» у молдавского анклава только через паромную переправу на Днестре, да и то только летом. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

Таких анклавов Молдовы на левом берегу Днестра несколько. Если смотреть на карте, двумя трехцветными ленточками-румынками они как бы рассекают территорию непризнанной ПМР на три части. Но это только на карте.

В 1992-м в Кочиерах шли ожесточенные бои. Казаки и приднестровские гвардейцы почти выбили молдавскую армию и ОПОН из села, но потом последовала команда населенный пункт оставить. Прикрывая отход из Кочиер, погиб родной дядя мой хорошей знакомой. Пулеметчик батальона гвардейцев.

Сейчас в селе тихо. Такое впечатление, что вслед за приднестровцами ушло и всё взрослое мужское население. И так и не вернулось. Хотя проезд между Дубоссарами и Кочиерами свободный: на пропускном пункте даже документы не проверяют, приднестровский милиционер лишь равнодушно кивает головой...

Местные маршрутки ни с какими другими не спутаешь — у них надпись латиницей на лобовом стекле. В ходу здесь молдавские леи, хотя приднестровские рубли тоже принимают, но по курсу "один к одному", хотя в реальности 1 рубль ПМР - это почти полтора лея. Понятно, потом обменяют с выгодой.

Прямо на автостанции Дубоссар — очень удобно для проезжающих! - расположился бутик самых модных европейских марок китайского производства. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

Примара (главы местной администрации) нет и, скорей всего, в ближайшие дни не будет - он отдыхает от выборов, в которых не победил и не проиграл. Предстоит еще второй тур, в котором прорумынский действующий глава схлестнется с местной же жительницей, представительницей пророссийской Социалистической партии.

Поэтому беседую с его замом Фаддеем Басюлом:

− Ну и как вам тут живется?

Заместитель примара вздыхает:

− Да плохо. Мы, получается, в двойной блокаде оказались. Грузы нам оттуда — Басюл тычет пальцем в сторону Дубоссар — не пропускают. Летом, когда паром ходит на наш молдавский берег, еще ничего, а вот зимой совсем мы здесь получаемся отрезанными. А еще приднестровцы не дают нам обрабатывать нашу же землю за дорогой Дубоссары — Рыбница. Получается, что 126 гектаров до дороги обрабатывать мы можем, а почти 1600 гектаров за трассой — нет.

− А почему не пускают-то?

− Они считают ее своей и требуют, чтобы мы с ними заключили договор об аренде этих участков. То есть мы должны платить за собственную землю и тем самым признавать, что она не наша?

− Так, может, плюнуть и войти в состав Приднестровья?

После этих слов заместитель примара подтягивается, смотрит в окно, где у входа на мачте реет сине-желто-красный молдавский флаг, и строго заявляет:

− Никогда! Под власть Тирасполя мы не хотим!

Фаддей Басюл, заместитель примара молдавского анклава Кочиеры на левом берегу Днестра в состав «сепаратистской республики» не хочет — несмотря на нынешнюю двойную блокаду. Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

Я продолжаю наседать:

− Но ведь у них и газ, и электричество практически бесплатно. И пенсия больше...

− Это была больше, а сейчас нашим добавили, а им, наоборот, не платят полностью. Зато у нас здесь цена на продукты в полтора раза ниже, и хлеб у них дороже. Так что те, кто бегал получать приднестровский паспорт, теперь уже начали обратно приходить.

В общем,не хотят граждане независимой Молдовы на поклон к сепаратистам идти.

- А лучше всего мы жили при советской власти, - неожиданно заканчивает разговор заместитель сельского главы. - Помню, каждый год сельсовет выделял по 20 участков для индивидуальной застройки, и люди за год-два дом ставили. А что сейчас? За все 20 лет выделили один участок в Кочиерах, и работать на нем даже не начали. Да и как строиться, если только на котелец — это бутовый камень у нас так называют — надо потратить 20 зарплат? А другие материалы? А работа? Эх!..

На смену железному коню идет крестьянская лошадка!

По улице Кочиер резво бежит конная повозка. Два мужика, увидев, что нацеливаю фотокамеру, тормозят, приветливо машут руками и позируют, улыбаясь от уха до уха.

Лошадь — единственная кормилица жителей Кочиер Георгия и Александра: кому что подвезти, огород вспахать... Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

Делаю несколько кадров и подхожу поболтать.

- Георгий, - называет себя старший. - А вы откуда?

- Из Москвы.

- О, а по вашему разговору и не поймешь. Я тоже в Москве работал, только в феврале вернулся.

- А что так? Депорт?

- Нет, слава богу. Все нормально. Но нет там для меня работы. Я вот таксистом устроился, на стройке не хочу, не для меня это дело - плитку укладывать и бетон месить. А в такси тоже заработка нет - такая конкуренция с этим кризисом...

- А здесь чем занимаешься? По хозяйству или вот извозом конным? Кстати, кто это у тебя - жеребчик или кобылка?

- Это - она. Ну да - кому чего подвезти или вспахать в огороде.

− Получается, кормилица?

− Ага. Единственная...

В цехах приднестровских предприятий можно встретить портреты когда-то возглавлявшего советскую Молдавию дорогого Леонида Ильича. Относятся тут к нему с ироничной теплотой... Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

Я достаю из широких штанин паспорт: пяти государств гражданин!

Как вода дырочку найдет, так и формально блокадные жители Приднестровья пролезают в любую щель, выкручиваются, как могут. Разговариваю с жителем Дубоссар.

- Я ведь сам из Владимира, женился и приехал сюда к жене в 1996-м. В Наро-Фоминске еще год назад работал.

- Чем занимался?

- У меня свой бус (так здесь минифургон называют — С.П.), возил всякие краски-лаки от фирмы. А что, паспорт у меня российский, номера приднестровские, никто ни в Москве, ни в Подмосковье не останавливает.

- Чего ж тогда уехал?

- Когда этот бардак на Украине начался, понял, что надо срочно когти рвать, а то бус не смогу обратно перегнать - или отберут по дороге, или просто разгромят. А так я мимо Киева и Одессы сумел быстренько проскочить. Да мне и сейчас из фирмы звонят: "Приезжай!"

- Ну и?..

- Да нужно будет молдавский паспорт сделать, по российскому сейчас не выедешь через украинскую границу. Это можно буквально за неделю оформить. На той стороне у меня много знакомых молдавских полицаев в больших селах есть. Думаю, помогут. Не за так, конечно. В общем, здесь выезжаю по молдавскому, а в Россию въезжаю уже по российскому...

Так многие и в ПМР, и в Молдове и крутятся. Кто с двумя, кто с тремя, а кто и с четырьмя-пятью и даже шестью паспортами, включая еще румынский, болгарский и, например, израильский.

Летящий в коммуну паровоз непризнанного Приднестровья остановился, хотя и стоит на запасных путях... Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Константин ЗАТУЛИН, директор Института стран СНГ, член Совета по внешней и оборонной политике:

Приднестровье зависло между разными сценариями

- Что касается ситуации вокруг Приднестровья, где сейчас очень большая напряженность, то могут быть разные варианты ее развития. Начиная с января, те силы на Западе и на Украине, которые заинтересованы в углублении конфликта с Россией, усмотрели в приднестровском конфликте нашу «ахиллесову пяту». Они думают, что удушение Приднестровья, треть населения которого – граждане РФ может быть осуществлено безнаказанно – ведь ПМР со всех сторон окружено и отделено от России сотнями километров украинской территории. Хотят взять реванш за неудачные военные действия в Донбассе, при этом украинская сторона играет на заинтересованности Молдовы, а может быть, и Румынии, «разморозить» приднестровский конфликт. Авантюристы не прочь создать новый повод, чтобы втянуть Россию в ответные действия и обвинить ее в агрессивности — для продления и даже ужесточения санкций.

- А как с этим связано назначение Саакашвили губернатором соседней Одесской области?

- Целей такого назначения несколько. Порошенко, назначая Саакашвили, связанного на Украине теперь только с ним, а не с каким-нибудь Коломойским, лишний раз «прогнулся» перед Соединенными Штатами. Киевская власть руками Саакашвили хочет «зачистить» Одесскую область, наиболее неблагонадежную на Украине - наряду с Харьковской. Ну и во-вторых, использовать Саакашвили для возможного развязывания конфликта в Приднестровье, что бы он, окончательно зацементировав Одесскую область, превратил ее в надежный тыл операции.

- И эти цели достигнуты?

- Нет, таковы намерения. Но блицкрига в решении вопроса пока не наблюдается. Потому что настроения в Молдове, да и в Румынии, совсем неоднозначные. Молдаване не хотят быть «пушечным мясом». К тому же, на поверхность выходят внутренние противоречия в логике действий властей Молдовы. Ее прорумынское крыло понимает, что возвращение Приднестровья может звучать похоронным звоном по планам объединения с Румынией.

- Каковы же перспективы?

- Если говорить о возможности провокаций, то они существуют. Приднестровье зависло между разными сценариями поведения основных игроков. Мне кажется, что в конечном счете вопрос мягкого, то есть нынешнего «блокадного», или жесткого, то есть силового варианта развития событий зависит даже не от Украины или Молдовы, а от конъюнктуры отношений между Россией и Западом. Важно, что возьмет верх — более прагматичная «дипломатия Керри» или позиция американских ястребов, готовых на любое обострение.

- А что должна Россия делать?

- Надо всячески поддержать сегодня власти Приднестровья, способствовать консолидации ее населения. Всюду и всячески давать понять: на любую попытку решить этот конфликт силой Россией будет дан очень жесткий отпор.

Нужно предпринять все усилия, чтобы развалить блокаду. Включить в переговорный пакет с Украиной (Минский процесс, цены на газ и др.) жесткое условие отказа от блокады и возврата к мирному урегулированию приднестровского конфликта. Кстати, в этом же пакете должны звучать и требования отмены транспортной, энергетической и водной блокады Крыма.

В заголовке - «Back in the USSR» («Возвращение в СССР») - название знаменитой песни ансамбля «The Beatles», написанной в 1968 году.

В следующем выпуске автор расскажет, как живет северная столица Приднестровья Рыбница и что происходит в селе Колбасна, где расположены крупнейшие склады боеприпасов российской армии.