Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+16°
Boom metrics
Общество10 августа 2015 9:45

Спасла ли ядерная бомба Японию от советской оккупации?

Фактор ядерной угрозы, созданный американцами в то время, сыграл свою роль в разрушении духа сотрудничества антигитлеровской коалиции
Георгий Бовт рассуждает об историческом сталинском плане оккупации севера японского острова Хоккайдо.

Георгий Бовт рассуждает об историческом сталинском плане оккупации севера японского острова Хоккайдо.

Фото: Михаил ФРОЛОВ

В связи с 70-летием атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки (6 и 9 августа 1945 года) вспоминается один связанный с этой трагедией сюжет. А именно – сталинский план оккупации северной части японского острова Хоккайдо. От которого он отказался в последний момент, якобы испугавшись продемонстрированной ему американской ядерной мощи. Этот тезис часто употребляют те историки, которые тем самым пытаются как-то оправдать те ядерные удары, которые с военной точки зрения были бессмысленны: Япония уже была обречена, ход войны это не изменило. Но якобы атомные бомбы спасли Хоккайдо от советской оккупации. Так ли это?

Сталин действительно 16 августа обратился к президенту США Трумэну с просьбой согласиться на советскую оккупацию северной половины Хоккайдо. Он так это обосновал: «Это предложение имеет особое значение для русского общественного мнения. Как известно, японцы в 1919—1921 годах держали под оккупацией своих войск весь Советский Дальний Восток. Русское общественное мнение было бы серьезно обижено, если бы русские войска не имели района оккупации в какой-либо части собственно японской территории». Но это стало бы выходом за рамки Ялтинских договоренностей, по которым СССР отходили лишь все Курильские острова и весь Сахалин. 18 августа Трумэн ответил отказом: капитуляция на всех основных японских островах должна происходить перед американскими войсками под командованием генерала Маккартура. В то же время он попросил у Сталина предоставить США военную базу на Курилах. Сталин был сильно разозлен отказом Трумэна, оскорбившись еще и просьбой о базе на советской земле. Он понял, что с Трумэном будет иметь дело гораздо труднее, чем с Франклином Рузвельтом. В базе он американцам отказал, согласившись, правда, на право использования советского аэродрома на Курилах военными и гражданскими самолетами США, попросив взаимности для советских самолетов на Алеутских островах.

А вот план высадки на Хоккайдо у СССР был готов, начало операции было запланировано на 19 августа, был подготовлен приказ главкома на Дальнем Востоке маршала Василевского. Однако подтверждения приказа от Ставки не пришло, 22 августа Сталин приказал приостановить подготовку к высадке десанта. По воспоминаниям командующего Тихоокеанским флотом Ивана Юмашева, у него был собственный план высадки в Японии, он докладывал его Василевскому, но тот запретил подобные действия. В 1947 году, уже став военно-морским министром, Юмашев рассказал о том Сталину. На что тот ответил: «Напрасно, товарищ Юмашев. Если бы получилось — наградили бы. Если бы не вышло - на­казали бы».

С версией о том, что Сталин уступил ядерному шантажу США, трудно согласиться. Скорее он руководствовался чисто военно-тактическими соображениями, а также не хотел нарушать Ялтинские соглашения. Последнее поставило бы под сомнение правомочность притязаний СССР на Курилы. СССР в те дни куда важнее было закрепить военный успех именно на Курилах, где японцы сопротивлялись упорнее всего и дольше всего. Но главное, Сталин в то время еще предпочитал договариваться с американцами в рамках продолжения сотрудничества, начатого в годы войны. Никто в СССР не верил тогда в возможность скорой войны с Америкой. Все в мире уже устали от войны, да и само американское общество тогда просто не поняло бы столь резкого поворота.

Обострение началось позже. И тогда, еще даже не имея ядерной бомбы, Москва жестко противостояла своим западным бывшим союзникам. Так, осенью того же года, СССР настоял на своих интересах в отношении Румынии и Болгарии, вопреки прямым угрозам США «вынуть из кармана» ядерную бомбу. Кроме того, Сталин вообще не очень глубоко был впечатлен разрушительными последствиями атомных бомбардировок. Ну, просто супер-мощная бомба, и что с того? Рапорты советских военных и специалистов, допущенных американцами в разрушенную Хиросиму, были вполне успокаивающими: как писал советский посол в Японии Яков Малик, «ни трамвайные рельсы, ни предметы, зарытые в землю, не пострадали». «Не атомные бомбы, но армии решают исход войны», - сказал Сталин в ноябре 1945 года лидеру польских коммунистов Владиславу Гомулке.

В Трумэне Сталин окончательно разочаровался уже скоро. К началу 50-х холодная война уже бушевала вовсю. Советский вождь уже не столь трепетно относился к Ялтинским договоренностям, которые заставили его передумать в августе 1945-го. Силами войск северокорейского вождя Ким Ир Сена и коммунистического Китая СССР фактически ввязался в Корейскую войну против США. К тому времени у нас уже была Бомба. «Ну и черт с ним! - так отозвался Сталин в январе 1950 года, говоря о решениях Ялтинской конференции. - Раз мы стали на позицию изменения договоров, значит нужно идти до конца». Но в августе 45-го он не был готов идти до конца. Зато фактор ядерной угрозы, созданный американцами в то время, сыграл свою роль в разрушении духа сотрудничества антигитлеровской коалиции.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Обезображенные японцы лежали на полу, тысячи мух облепили их открытые раны...»

«Комсомолка» публикует отрывки из мемуаров делегата Международного Комитета Красного Креста Марселя Жюно, работавшего в Хиросиме сразу после атаки

70 лет назад, 6 августа 1945 года в 8.15 утра вспышка света над Хиросимой в один миг лишила жизни десятки тысяч людей, а сам город превратился в руины. (подробности)