Как село от разорения спасли облигации коровьего займа

Несколько лет назад Артур Нургалиев (на фото - справа) выдавал зарплату колхозникам «шаймуратиками». Это придуманная им валюта, названная в честь местного села. Ею расплачивались, когда у хозяина не было денег.

Фото: Олег АДАМОВИЧ. Перейти в Фотобанк КП

Знакомый юрист рассказал мне, что собирается построить в дальневосточных лесах коммуну. А за образец хочет взять одну ферму в башкирской глубинке. Так я узнал о необычном хозяйстве в деревне Шаймуратово. Оказалось, это целый клад невиданных экспериментов. То собственная валюта («шаймуратики»), которой руководство расплачивалось с работниками, а те - в сельпо. Или премии руководителям - по результатам голосования рядовых сотрудников. Поэтому руководители предельно вежливы с подчиненными.

Но самое поразительное - местные облигации. Дивиденды - 40% годовых. Не всякая пирамида столько сулит! А тут все по-честному: дочитаете - сами узнаете.

Эти затеи появились стараниями владельца фермы Артура Нургалиева. Знакомая фамилия, да? Но нет, открещивается фермер, бывшему главе МВД не родня. Артур не устает фонтанировать. В следующем году, поделился он с «Комсомолкой», собирается сельхозтехнику на автопилоте запустить - чтобы сама, без тракториста пахала и сеяла. «А еще пармезан делать начнем!» - смело обещает мой собеседник.

ВЫПИВКА НЕ В РАДОСТЬ

Шаймуратово - неприметная деревенька в 50 км южнее Уфы. С виду мало чем отличается от своих соседей - те же деревянные дома, серый бюст Ленина перед клубом. И ферма как ферма: обычные буренки переминаются в коровниках. Что еще? Поле. Навоз.

- Говорят, у вас тут какая-то невероятная жизнь. Чем похвалитесь? - пытаюсь разговорить продавщицу в сельском магазине. Женщина с фиолетовыми волосами выщелкивает сдачу на деревянных счетах.

- У нас почти не пьют. Раньше-то все мужики синячили с утра. А теперь нельзя.

- Горбачев тоже сказал: нельзя, и что вышло...

- Да уж не знаю про Горбачева, а Артур своих работников так обрабатывает, что мужики у него шелковыми становятся.

Трезвая деревня - штука посильнее «Фауста» Гете.

Нургалиев встретил меня в своем кабинете, заставленном пуфиками. Стены и стекла исписаны маркером - разноцветные графики, пометки, наброски.

Сам Артур сидит за столом в спортивном костюме. Фермеры - это вам не чиновники в костюмах.

В ответ на вопрос об источниках победы над пьянством пожимает плечами: мол, сам не понимает. А что тут непонятного? В его колхозе действует система штрафов. Явился на работу с перегаром - 5000 рублей. Выпил в поле - увольнение. Прогул - 1000 рублей.

Десять лет такого режима, и выпивка уже не в радость.

- В моем хозяйстве зарплаты примерно в 1,5 раза выше, чем у конкурентов, - говорит Артур. - Уволю за пьянство одних, быстро появляются другие. Вот как-то так и подобрался коллектив.

Но главное, говорит Нургалиев, не наказание. А отношение к людям.

- У меня работает больше 60 человек. С каждым я стараюсь поговорить, узнать о его желаниях. Мне кажется, люди пьют, если у них нет внятной цели в жизни. А если ее дать, создать ориентир, то к цели начнут идти. И алкоголь уже не нужен.

Ну это он преувеличил, конечно.

- На самом деле нам не запрещают пить дома по выходным или праздникам, - не таясь, рассказал тракторист Евгений Караиванов, гагауз из Молдавии. - Мой земляк тоже работает на ферме, даже домашнее пиво делает. Я-то? Нет, я алкоголь не люблю. Как-то привыкаешь не пить, когда все время нельзя.

У ВАС РУБЛИ ИЛИ ЕНОТЫ?

Ферма в Шаймуратове прославилась на всю страну несколько лет назад. Зарплату в хозяйстве начали выдавать не рублями, а «товарными талонами». На эту криптовалюту можно было купить еду и бытовые товары в сельском магазине.

Талоны печатали по всем правилам - с номерами, водяными знаками. Были «шаймуратики» разного достоинства: 50, 100, 500, 1000. Курс к рублю - один к одному. С одной стороны купюры нарисованы зверюшки: барсуки, еноты, лисы. С другой - мудрые изречения. Например, такое: «Только с пробужденным сознанием можно построить будущее».

Кто автор? Артур Нургалиев.

Республиканская прокуратура это дело не одобрила. Какая такая параллельная валюта? Несколько раз на Артура заводили дело. Но в 2013 году Верховный суд Башкирии вынес окончательное решение: «шаймуратики» не нарушают закона. Платить ими можно. Оказывается, это не валюта, а долговые расписки.

- Я ж не от хорошей жизни придумал талоны, - говорит Нургалиев. - Покупатели нашего зерна задолжали хозяйству много денег. Средства у фермы кончились. Можно было всех уволить, трактора продать, а коров зарезать на мясо. Я решил выдавать вместо рублей талоны.

Нургалиеву в эпоху «шаймуратиков» принадлежало несколько деревенских магазинов. В них по талонам продавали мясо, хлеб, муку, другую еду, разные товары. А вот спиртное и сигареты купить было нельзя.

- Это в магазине нельзя, - рассказал «КП» местный водитель Николай. - А с рук бутылку водки - запросто. И в такси «шаймуратиками» можно было расплатиться. Талоны принимали все - ведь на них гарантированно продавали еду.

Чтобы «шаймуратики» не залеживались, для них сделали искусственную инфляцию: 2% в месяц. На талоне сразу печатали, сколько он будет стоить в будущем.

- Из-за этого деньги сразу возвращались в оборот, - говорит Артур. - Революционное решение. Сейчас центробанки Дании, Швеции, Швейцарии ввели у себя отрицательные ставки по депозитам. Коммерсанты приплачивают за право хранить деньги в банке. А мы такое правило ввели раньше всех!

По его словам, «шаймуратики» могут вернуться уже в 2017 году. Только уже виртуальные. В сельпо поставят терминалы, а колхозникам выдадут карточки. Работать все это будет лишь в деревне - никакие банки и мировые платежные системы не понадобятся.

Но надо понимать: если талоны все же и вернутся, то произойдет это не от хорошей жизни.

Вот так выглядели колхозные деньги. Курс «шаймуратиков» к рублю был 1 к 1.

Фото: Олег АДАМОВИЧ. Перейти в Фотобанк КП

РОГАТЫЙ ЗАЕМ

Давний враг селянина - погода. Фермер все может сделать идеально, но засуха способна уничтожить самый лучший урожай.

Примерно так произошло в Шаймуратове. В 2010 и 2016 годах летом дождей не было по два месяца. В итоге почти все фермерские посадки высохли.

- Я в прошлом году потерял 20 млн. рублей - сахарная свекла не взошла, - вспоминает Артур. - Мы сейчас много должны Россельхозбанку. Кредиты на технику взяли, а прибыли от продажи урожая не получили.

Выбраться из долговой ямы сложно. Льготные кредиты и поддерживающие гранты дают только тем, у кого нет финансовых проблем.

- На носу посевная, а деньги на горючее мы получить не можем, - жалуется Нургалиев. - Приходится идти на хитрости, чтобы раздобыть хоть какие-то средства.

Вот так, из-за очередной нужды, появился еще один уникальный проект - «Совладелец молочного стада». Любой желающий может купить себе корову в Шаймуратове. Скотину отдают максимум на 6 месяцев - потом хозяйство выкупает буренку (за те же деньги плюс проценты). Всего на продажу выставлено 20 коров.

Животное стоит 80 тысяч рублей. Забирать никуда не надо. Хозяйство ее берет в аренду у нового хозяина. Доход владельцу идет с продажи молока.

В месяц собственник буренки получает 2700 рублей. Столько стоит проданное молоко за вычетом корма, лечения и содержания. За полгода - 16 200 рублей. Несложно посчитать, что инвестиции в скотину дают около 40% годовых - в 5 раз прибыльнее облигаций федерального займа!

- Если корова погибнет, мы ее бесплатно заменим на другую, - рассказал Артур о рисках. - Начнет плохо доиться и дряхлеть - мы тут же ее выкупим. 80 тысяч рублей - это цена мяса одного животного. Покупатель ничем не рискует - на мясо тушу всегда можно продать. Такая хорошая дойная корова стоит 110 тысяч рублей.

Я не удержался и купил себе одну буренку. А что? Прибыльнее не найти. Все официально - договор на приобретение конкретного животного, у каждой буренки персональный номер.

Подробности проекта «Совладелец молочного стада» можно узнать на сайте shaymurat.com.

ГОЛОСУЙ, А ТО УВОЛЯТ

В России так повелось, что начальники обычно сами оценивают свою работу. Поэтому зарплаты, золотые парашюты, премии и прочие радости жизни топ-менеджеры выписывают себе сами. А вот в Шаймуратове все не так. Здесь механизаторы, доярки, трактористы оценивают администрацию колхоза и голосованием назначают бонусы. Заодно рядовые аграрии и себе премии определяют.

Вся эта финансовая демократия называется «Компас». Раз в неделю каждому работнику дается 100 баллов. Он должен распределить их по своим коллегам. И так все оценивают всех. В конце составляется итоговый рейтинг.

Каждый балл равен одному рублю. Чем больше баллов, тем выше премия.

- Когда несколько лет назад я ввел «Компас», на ферме такое началось, - вспоминает Артур. - Оказалось, людям важна уже не сама премия, а место в рейтинге. Работники заключали договоры, плели интриги. Каждому хотелось оказаться выше других.

Доярки не оценивали механизаторов, а те не ставили баллы водителям.

- Меня вот всегда обделяют, - рассказал Евгений Караиванов. - Я езжу на лучшем тракторе, многие завидуют. Да и гагауз в башкирской деревне - лицо чужое. Большинство старается своим баллы отдавать.

Человеческий фактор - никуда не денешься.

- Я понял, что «Компас» - это настоящая находка для любого руководителя, - говорит Нургалиев. - Рейтинги помогли быстро вычислить лишних людей. С общепризнанными халтурщиками я распрощался.

- А в рейтинге руководителей вы сами на каком месте?

- Сейчас на первом. А был и в середине таблицы. Я понял, что могу работать лучше. Подтянулся.

- А если человек будет всем ставить равное количество баллов, никого не выделяя?

- Значит, ему с нами не по пути. Надо занимать активную позицию.

В Шаймуратове зарплата жестко привязана к результатам. Оклад механизатора зависит от качества ремонта. Много поломок - меньше денег. Телятница получает зарплату, когда молодые коровы подрастут. Чем больше привес, тем выше оклад.

БЕСЧЕЛОВЕЧНЫЙ ТРАКТОР

А в следующем году в Шаймуратове должен появиться первый беспилотный трактор. Системы автономного управления уже испытывают в соседнем Татарстане, на КамАЗе.

- Первый раз по полю машина проезжает с человеком, - рассказал Артур. - Автопилот через спутник запоминает, как трактор ехал, а дальше начинает сам водить его по тому же маршруту.

Умную технику на селе ожидают с недоверием.

- Я думаю, никогда российские поля роботы пахать не смогут, - заявил тракторист Евгений. - Я всю жизнь поля вспахиваю. У меня опыт. Я скрытые ямы нутром чую. А как локатор обнаружит заросший овражек? Да никак.

Еще Нургалиев в перспективе хочет делать сыр - уже в этом году купит особых коров с жирным молоком. Будет в Башкирии свой пармезан.

ДЕНЕГ НЕТ, НО ВЫ ДЕРЖИТЕСЬ

Местная власть смотрит на фермера из Шаймуратова тепло. Правда, в ответ на конкретные просьбы обычно разводит руками.

- Федеральный Минсельхоз старается поддерживать крупные холдинги, - заявил сотрудник Кармаскалинского района Башкирии (имя просил не называть). - Это неправильно - кончится тем, что в стране останутся одни сельхозгиганты.

- А с Шаймуратовом что можно сделать?

- Да ничего. Им бы земли побольше. Но свободных участков в районе нет. Зря Нургалиев сократил поголовье коров - мы денег на помощь дать не можем. У нас в районе есть другие хозяйства, больше, чем в Шаймуратове. Хотя и у них с финансированием тоже плохо. Заявки еще в ноябре подали в Минсельхоз. Ответ не пришел до сих пор.

ПАРА СЛОВ НА ПРОЩАНИЕ

Ферму в Шаймуратове Нургалиев купил в 2006 году. Раньше у него был магазин компьютерной техники, база стройматериалов, даже ночной клуб. Все это Артур бросил ради сельского хозяйства.

Увы, финансовые эксперименты - «шаймуратики», «коровьи облигации» - затеваются не от хорошей жизни. Приходится все время выкручиваться, чтобы оставаться на плаву.

Государству надо решить: нужны в России фермеры или нет? Да, крупные холдинги более эффективны и прибыльны. Зато отвадить деревню от пьянки - это только фермеру по силам. Да и то не всякому.