
Почему у нас драки и поножовщина подростков – это тема криминального характера и тюремной романтики, а западные издания умудряются не уходить от литературы и глубоких социальных проблем общества в текстах об противостоянии уличных банд? Ведь каждому новому поколению нужна своя «Педагогическая поэма».
«ИЗГОИ»
«Livebook», 2017
Если миллионы людей покупают роман о любви, то он – популярный, а если миллионы людей покупают роман о насилии и сложных социальных проблемах, то он культовый? Социальные проблемы не могут быть популярны, а из насилия легче сотворить культ? Так или иначе, надпись на обложке: «Культовый роман американской литературы. В мире продано более двадцати миллионов экземпляров» вселяет надежду в то, что мир не разучился думать и искать ответы на собственные вопросы.
Сюжет романа на менее чем трехстах страницах банален и не банален. Банальность состоит в том, что социальный водораздел вечен, бедные кварталы везде противостоят богатым, а драки и уличный разбой - это обычное дело в Америке, в Европе, в России. Небанальность – в искренности сюжета и отсутствии его преднамеренного построения. Это просто рассказанная история. Возможно, самый важный тезис, выстраданный на страницах этой книги состоит в том, что изгои – это не социальная прослойка без перспектив и радостей культуры. Истинные изгои – это каста, в которую временно попадаем почти все мы в определенный возрастной промежуток нашей жизни. Мы вырываемся из детства с желанием попасть в мир взрослых и будучи отторгнутыми им становимся изгоями, пока не повзрослеем. Изгои и подростки – практически синонимы. Изгои нуждаются в бандах для ежедневных схваток со своим одиночеством и неуверенностью в себе, а не для боев с парнями из богатых кварталов и грабежей.
Размышления, боль, эмоции – всё в этой книге изгойское – читай: подростковое. Сьюзен Хинтон посвятила написанию этого текста три года своей подростковой жизни и закончила его уже восемнадцатилетней девушкой. Поэтому перед нами роман-дневник изгоя-подростка, впервые напечатанный в 1967 году и своей современной актуальностью доказывающей, что сегодня подростки не перестали быть изгоями в мире взрослых и их корпус проблем за последние пятьдесят лет абсолютно не изменился. А вот ответ на вопрос нужен ли этот роман современным взрослым вынесен издателями на четвертую страницу обложки и просто гениален: часть штатов внесли роман в школьную программу, а Ассоциация американских библиотекарей внесла книгу в список «100 запрещенных книг ХХ века». Только не пеняйте на библиотекарей, просто они тоже взрослые.