В мире

Захар Прилепин: Будет атака на левом фланге

Известный писатель в статье для «Комсомолки» рассуждает о том, как ускорились события в мире и почему патриотам снова пришла пора объединяться
Захар Прилепин в студии Радио "Комсомольская правда".

Захар Прилепин в студии Радио "Комсомольская правда".

Фото: Александр ШПАКОВСКИЙ

ЖУК НА ПЛАСТИНКЕ

Заметили, как ускоряются события?

Закроешь глаза и сразу помнишь: улетающего олимпийского мишку, и тот день, когда умер Высоцкий. Похороны Брежнева. Ввод войск в Афганистан и вывод войск из Афганистана. 1991-й и 1993-й. Штурм Грозного. «Русскую весну», конечно.

Столько лет прошло – а всё перед глазами.

А нынче понеслось с такой скоростью...

Меняются правительства здесь, там Трампа выбрали, самые передовые либеральные граждане только успели несколько раз выкрикнуть, что мир сошёл с ума, но его уж нет. Где-то параллельно, тоже мельком, были «желтые жилеты», брекзит, Арцах прогромыхал (огромная трагедия!) - но те, кто только что писали, что «это предательство, которому равных нет в мировой истории» - пишут уже про что-то другое. Ковид, наконец, - то он есть, то его вроде и нет, то - все умрут, то – «…ничего, прорвёмся»; и ещё миллион новостей: какие-то звезды толпами возникают и улетают в никуда, чернокожие поломали все памятники поработителям, хотя двести лет не могли этого сделать, и сами устали за год от самих себя...

Это куда мы так разогнались?

Человек чувствует себя, как жук на пластинке: чем ближе к центру, тем сильней кружение. И музыка гремит.

Хочется остановить кружение; всмотреться, принять решение.

Но какое?

ЧЕМ ОТЛИЧАЮТСЯ СОВЕТСКИЕ И ПОСТСОВЕТСКИЕ

Одна из проблем нашего времени – массовый общественный скептицизм.

Все желают перемен, и мало кто верит в перемены.

По любому поводу у человека находится сразу множество контрдоводов.

Это нормально; это объяснимо. Это называется «критическое мышление».

Советский человек – был глубоко идеалистичен, он верил в добро.

Постсоветский человек – глубоко разочарован. Он совсем не идеалист.

Но про добро помнит, и по-прежнему ждёт его, как новогодних подарков в детстве.

Ждёт, и вместе с тем заражён тотальное конспирологией: деда Мороза всё-таки нет.

Всякий поступок заведомо рассматривается, как имеющий материальную или какую либо ещё «низкую» мотивацию: «…это всё ради «пиара»», «…это он чтобы «посветиться»», «…это ему так велели «спонсоры»».

Тем более, что вокруг нас действительно происходит колоссальное количество событий, имеющих главной и даже единственной целью: получение «засветки», PR и последующую материальную прибыль.

Любая форма общественной деятельности неизбежно попадает в, что называется, «вилку».

Если ты агрессивно независим и «внесистемен», - люди пожимают плечами и говорят, - «…о, вы просто маргиналы, вы ничего не добьётесь, вам бы только «шатать режим», ваша деятельность не предполагает конструктивной повестки, лучше бы двор подмели».

Любой, имевший отношение к деятельности «внесистемной» оппозиции, слышал такие речь десятки, сотни, тысячи раз.

Есть и другой вариант.

Если ты вступаешь в поле «легальной политики», - люди (иногда те же самые люди!) – пожимают плечами, и говорят: «,..о, с вами всё ясно, вас купили, на вас можно ставить крест».

Мы не берём к рассмотрению случаи, когда за этим стоят профессиональные провокаторы и боты (рядовой гражданин просто не догадывается, какая это огромная, необъятная, многомиллионная фабрика вбросов и дезинформации). Мы говорим о, что называется, рядовых гражданах – с лицами, именами, фамилиями, убеждениями.

ФЕОДАЛЬНЫЕ ПАТРИОТЫ

Есть убеждённая буржуазно-либеральная фронда; хотя тут, в сущности, всё сразу ясно.

Особенно комично, когда люди, в своё время (все 90-е и нулевые) проклинавшую всю «просоветскую», «левую», «красно-коричневую оппозиционную сволочь» - оптом и в розницу, коллективно и по одному, - теперь, на чистом глазу, печалятся: «Ах, вот раньше – другое было время, какими красивыми и яркими были старые анпиловцы и молодые лимоновцы, какой Лимонов был честный и чудесный, какой Проханов мудрый, какой Руцкой смелый…»

Да вы на них на всех, места живого не оставляли годами. Столько грязи, сколько вылила прогрессивная общественность на лево-патриотическую оппозицию 90-х и «нулевых» – нынче и на Трампа не льют.

И теперь у наших прогрессивных граждан хватает совести вспоминать и печалиться, как тогда было хорошо!..

Есть свой брат-патриот, перманентно пребывающий в состоянии того самого персонажа из фильма «Бриллиантовая рука», патетично восклицавшего: «На его месте должен быть я!»

Это какой-то психоз, когда каждый деятель т.н. «патриотического спектра» норовит лично, с завидным даже самозабвением, утопить любого коллегу по убеждениям.

Признаться, в либеральной среде подобное людоедство развито куда меньше.

В нашем патриотическом сообществе царит та самая «феодальная раздробленность», что в своё время кинула Древнюю Русь под ноги Орде. И потом эти, насмерть переругавшиеся князья, платили дань и вползали в ханский шатёр на животе.

Вот цена «независимого характера».

А ведь они были не просто носители общей памяти и общей религии – но являлись кровной роднёй.

Захар Прилепин на учредительном съезде партии "За правду".

Захар Прилепин на учредительном съезде партии "За правду".

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

ПО ГОГОЛЮ

…Есть, наконец, рядовые граждане, внимательно и сурово всматривающиеся в политический ландшафт.

Сегодня, если чуть обобщая, треть страны голосует за «Единую Россию» («…потому что там стабильность и Путин, хотя можно ведь и подвинтить вот тут, а тут раскрутить маленько, а то дышать сложно»), треть – за все остальные партии (зачастую: элементарная сила привычки), треть – вообще ни за кого («…пошли всё к чёрту, прохиндеи»!)

И все три категории нет-нет, да посматривают на большак: а не едет ли кто ещё?

Едва кто-то едет, тут же начинается ровный гул: ну-у-у, это не тот едет.

Помните, как у классика?

«Право, такое затруднение — выбор! Если бы еще один, два человека, а то четыре. Как хочешь, так и выбирай. Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому еще дородности Ивана Павловича — я бы тогда тотчас же решилась. А теперь поди подумай! просто голова даже стала болеть…»

Если б сегодня появились, условно говоря, Александр Герцен, Владимир Ульянов-Ленин или Иосиф Джугашвили, они с тем же успехом, что и наши современники, – угодили бы под те же претензии.

Сначала потому что: несистемная оппозиция, отъявленные революционеры, неизвестно что у них на уме, первый «Колоколом» грохочет, все в тюрьме сидели, двое по заграницам мотались, третий вообще нерусский… Не, таких нам не надо.

Если вам не нравится пример, так любой другой берите.

Лавр Корнилов? Да он вояка, у него одни парады и контратаки на уме, как он будет «социалку» обустраивать; да и вид у него тоже совсем степной, как у половца.

Столыпин? Да он никаких реформ не желает, ему лишь бы сохранить тёплое место и зарплату, человек системы – диагноз! И слишком русский какой-то. Купчина!..

…а вот если бы к усам Иосифа Виссарионовича приделать ногайку Лавра Георгиевича и умище и бороду Петра Аркадьевича – то, может, и был бы толк.

Писатель Захар Прилепин.

Писатель Захар Прилепин.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

МЫ ДОШЛИ!

Но мы, товарищи, нисколько не печалимся.

Мы ликуем от объёма возложенной провидением задачи.

В очередной раз она кажется неприподъёмной.

Ну что ж.

Горшки обжигают не боги, и даже не ангелы.

Взрослые люди понимают, что политики – это такие средневековые женихи, которые проходят под взглядами собравшихся на площади людей соответствующие испытания.

Прыгают через огонь, уворачиваются от крутящегося молота, стоят на ногах под тремя ушатами рухнувшей на голову воды – холодной, горячей и помойной, - схватываются в личном поединке с другим таким же чудаком, или с накануне пойманным медведем, весело отбивают летящие в них огрызки, - и, отекая всей сопутствующей дрянью, утирая с разбитого лица юшку, - преклоняют колено перед избирателем: избери меня!

Избиратель говорит: а чего у вас на лице такое?

А женихи отвечают: это мы улыбаемся. Мы дошли!..

Кто-то действительно должен дойти, ещё раз совершить эту попытку, не переругаться по дороге, взять ответственность, потащить эту ответственность на себе.

Да, мы помним, помним, не напоминайте, сколько было союзов и объединений в конце 80х, начале 90-х, середине 90-х, конце 90-х, начале «нулевых», середине «нулевых», конце «нулевых». Кто только с кем не объединялся!..

С 1991 года – с того дня, когда я вышел на первый свой митинг (против развала СССР) – я, так или иначе пребываю в политике.

Такое количество достойных людей было вокруг. Многие из них ушли уже на иные рубежи.

Закроешь глаза и видишь: как, нещадно пихая друг друга локтями, стремились к объединению патриоты «слева» и «справа» - и как мало у них, казалось бы, получалось.

Но именно что – «казалось».

Страна огромным, гигантским, аномальным образом изменилась за минувшие тридцать лет.

Получилось уже очень многое. Очень!

Надо просто оглянуться на огромный мир вокруг нас, и вдруг понять: мы едва ли не последние на планете, кто ещё сохраняет здравый смысл.

Россия населена вдумчивыми, требовательными, серьёзными людьми.

Огромное большинство из них, опытом проб и ошибок, пришло к осознанию простейших констант.

Материальное, поняли мы – не определяющее. Но и одним духовным – сыт не будешь.

Сверхбогатство – чревато разрыву связей с реальностью. Компрадорская элита, не видящая своего будущего в России – слизь, которую надо счищать.

Недра должны принадлежать народу. Народ должен иметь зримую, реальную власть в руках. Правительство должно представлять народ, а лучше - быть народным.

Полевение экономики – тоже неизбежно; при чём не только у нас, но и во всём мире. Запрос на справедливость – громаден!

Несмотря на груз ошибок и колоссальное поражение, которое претерпел Советский Союз – тот опыт бесценен, и мы, граждане России, – главные его хранители.

Мы можем использовать этот опыт – и он принесёт нам плоды.

Страна нуждается в жёсткой «левой» компоненте. В команде, способной настраивать социалистические механизмы в экономике. Настаивать на их необходимости. Навязывать их буржуазному истеблишменту.

Заменять собой этот истеблишмент, если он не справляется с новейшими вызовами. Изменить экономический курс, наконец.

У нас есть идея по этому поводу.

Надо брать парламент. Надо всерьёз и спокойно претендовать на правительство.

Но сначала нужно сильная левая политическая партия.

Для по настоящему влиятельной партии – нужно широкое объединение.

И начинать объединение необходимо прямо сейчас.

Возможно, вы обо всем уже догадались.

Если не догадались, то следите за новостями. Уже скоро.

Иначе и не стоило ввязываться в эту драку.

Мы ввязались.

Если вы с нами: это отличная новость.

Дорогу осилит идущий.

Преграду преодолеет атакующий.