«Харрисон Форд, Мел Гибсон мне ближе, а Шварценеггер стал интереснее, когда играет не Терминатора»: поговорили с голосом голливудских звезд - белорусом из Слонима

Голос Владимира Антоника делает для нас понятней звезд Голливуда. Фото: youtube.com

Под очарование его голоса попадаешь с первой секунды, а кто именно с вами беседует, зависит от пристрастий: хотите - представьте Харрисона Форда из "Индианы Джонса", а хотите - Сталлоне из «Первой крови». И все они - Владимир Антоник, который уже полвека озвучивает суперзвезд мирового экрана. В Москве, где уже давно обосновался актер, его называют легендой дубляжа.

- Когда вы поняли, что придется больше зарабатывать голосом, чем актерской игрой?

- В 90-е годы, когда у нас не было кино. Это помогало выживать.

- У вас больше 50 актерских работ. Какие самые удачные, где вы были довольны и фильмом, и собой.

- Довольным собой еще не приходилось быть. Смотрю и думаю: все хороши, а я мог и покруче сыграть. Но это нормальное самоедство. В 1980-е была очень популярна «Русь изначальная» (Антоник там в роли Ратибора. - Ред.), еще картина Валерия Рубинчика «Последнее лето детства» (в роле Миши Полякова. - Ред.). Через много лет встретились с Рубинчиком, и он мне говорит: «Ничего не понимаю, столько фильмов снял, а меня знают только по этой картине». И я ему в шутку: «Надо знать, кого снимать».

Владимир Антоник стал популярен после фильма "Последнее лето детства".

- В 1981-м вы сыграли главную роль большевика Трофимова в фильме «Ленин в Париже». Что вспоминается с той картины?

- Прекрасная французская актриса Клод Жад, которая сыграла Арманд. В одной из сцен она обучала меня французскому языку. Режиссер Сергей Юткевич обратил внимание, как я на нее смотрю, и говорит: «Володенька, не надо на нее так смотреть. У нее есть мужчина». Он имел в виду, что Арманд была любовницей Ленина.

«Арнольда принял, когда он стал не Терминатором, а человеком»

- Читал, что вы хотели быть геологом, но не поступили, а актерский был лишь запасным вариантом.

- Нет, я не поступал на геологический. Мои планы изменило объявление в газете, где я прочитал, что набирают в актерскую мастерскую ВГИК (Всесоюзный государственный институт кинематографии. - Ред.). Я тогда еще не знал, что такое ВГИК, но дай, думаю, попробую. Это был как раз белорусский национальный набор. И я попал на актерско-режиссерский факультет к Игорю Таланкину. На режиссерском тогда учились Карен Шахназаров, Паша Чухрай... А актеры были из Беларуси: я, Володя Грицевский, Саша Беспалый… Предполагалось на основе нашего курса создать Театр киноактера в Минске. После окончания института работал на «Беларусьфильме». А уже после службы в армии переехал в Москву.

- Одна из команд КВН, пригласив в номер героев дубляжа, представила вас как официальный голос Джеймса Бонда. А вы ведь и произнесли классическое «Взболтать, но не смешивать».

- Были пробы на русский дубляж Пирса Броснана - и утвердили меня. Дублировал его в двух фильмах - «И целого мира мало» и «Золотой глаз». Но если говорить об удовольствии от работы, то мне больше по душе фильм Франко Дзеффирелли «Гамлет» с Мелом Гибсоном в главной роли. Очень интересная работа и небесполезная - за два дня пришлось сыграть то, что сыграно артистом за несколько месяцев.

В 70 - 80-е Антоник прославился в фильмах "Последнее лето детства" и "Ленин в Париже" (на фото он с французской актрисой Клод Жад).

- Именно сыграть?

- Когда стоишь у микрофона, то невольно играешь, что происходит в фильме. Так что можно сказать, что в своей жизни я сыграл и Гамлета. Мне больше нравятся характерные роли.

- «Арнольд Шварценеггер не мой герой», - так вы сказали в одном из интервью. А почему?

- Такие актеры как Харрисон Форд, Мел Гибсон мне ближе по психофизике. А Шварценеггер... Впрочем, с возрастом он стал интересней, глубже. Не Терминатором, а человеком. Вот за таким актером интереснее наблюдать, чем когда он был в образе качка и супергероя. У Арнольда была замечательная работа в фильме «Последствия» (история россиянина Виталия Калоева, который убил швейцарского авиадиспетчера. - Ред.). Тогда я впервые увидел в его глазах искренние слезы.

- Как это передать в дубляже?

- Не только голосом. У тебя и внутри что-то должно происходить.

«Скорсезе сам утверждал актеров на дубляж и остался доволен»

- С каким актером ваш голос наиболее совместим?

- К названным Гибсону и Форду добавлю еще Лиама Нисона и Курта Рассела. Мне они близки. Вообще, чем лучше актер, тем интересней с ним работать. Вот в 2019-м я записал Роберта Де Ниро в фильме Мартина Скорсезе «Ирландец». Там у него диапазон от 38 до 85 лет. Это был подарок судьбы. Как говорят, Скорсезе сам утверждал актеров на дубляж и остался доволен нашей работой. И я такого удовольствия от работы давно не получал. Мы писали довольно долго - три дня, и после каждой смены я бы мог еще работать и работать. Де Ниро - шикарный актер. Не человек, а ртуть, внутри столько всего.

- Вы из звезд с кем-нибудь лично встречались?

- Нам хотели организовать встречу с Брюсом Уиллисом, я озвучивал его в «Детективном агентстве «Лунный свет», но не получилось. Был еще случай, когда представители Форда попросили, чтобы его озвучивали актеры помоложе, хотя ему самому было под 70. Но это понятно: его омолаживают, он ведь играет супергероев. Так что им не все равно, кто их будет озвучивать. Как-то мне прислали подборку всех дубляжей Джерарда Батлера из «300 спартанцев». На мой взгляд, мы отработали не хуже других, если не лучше.

- Кстати, с возрастом голос меняется?

- Незначительно. Может быть, только умнее становится.

Владимир Антоник уже полвека озвучивает суперзвезд мирового экрана.

«Думаю, хорошо получается дублировать Нисона и Сталлоне»

- Слышал, что в мире практика дубляжа не так распространена, как в бывшем СССР. Мол, правильнее пускать внизу экрана субтитры…

- Неправда. Французы, например, дублируют. Если блокбастер, то обязательно дубляж. Тогда совершенно по-другому смотришь кино. Самое главное, чтобы зритель забыл, что он слышит актера дубляжа.

- Актер Владимир Кенигсон так блистательно дублировал Луи де Фюнеса, что комик признался: «Не знал, что я такой хороший актер».

- Но это на самом деле. Если сравнить оригинал с дубляжом Кенигсона, то это два совершенно разных фильма, и в переводе - куда живее.

- У вас такие примеры есть?

- Говорят, что у меня особенно получается с Сильвестром Сталлоне. Но вот в «Рембо: Последняя кровь», мне кажется, слабоватый сценарий - пошли по накатанному пути. А Сталлоне хорош. В таком возрасте быть в такой прекрасной форме… Нам надо равняться на этих ребят. Еще, думаю, хорошо получается дублировать Лиама Нисона.

- Но я действительно читал отзывы зрителей, которые восхищаются, как вы дублируете Нисона. Или: «Ох, как он круто это сделал!» - это уже о дубляже Эда Харриса из триллера «Оправданная жесткость».

- Главное, не мешать смотреть кино. Нужно сконцентрироваться на эпизоде и сделать максимально близко к тому, как играет артист на экране. Надо смотреть актеру в глаза. Что с ним происходит - то и с тобой. Тогда получается.

- Я удивился, что вы озвучиваете и российских актеров. Вот, например, Сергея Жигунова в «Подземелье ведьм».

- Режиссер Юра Мороз попросил, и Сережа был не против, чтобы чуть покрепче голос был. Обычно, когда просят кого-то переозвучить, я прошу дать мне телефон артиста и спрашиваю его разрешения. И если нет, то нет. Бывает и такое.

Баритон Владимира Антоника придал красок русскоязычному звучанию Де Ниро в фильме "Ирландец".

- Качество дубляжа влияет на успех фильма?

- Безусловно. Бывает, что смотришь кино и думаешь: господи… Ну не попадает артист в героя, которого озвучивает. Это мешает смотреть кино.

- Что делаете, если герой жует, целуется, бежит…

- Жую, целую собственную руку, учащенно дышу… Иногда присылают интершумы: там записано, как надкусывают яблоко, дышат на бегу. Мне как-то режиссер говорит: «Здесь мы дыхание возьмем из фильма». Я отвечаю: «Но мне надо именно так дышать, чтобы прийти в то состояние героя, когда он будет говорить».

- В Слониме часто бываете?

- Стараюсь не меньше двух раз в год. В этом году умерла мама. И я не смог поехать на похороны, потому что не успел сделать разрешение на въезд. Вот так сложилось. Когда обстановка позволит, навещу сестру. Когда приезжаю летом, то обязательно рыбачу на Зельвянке, Щаре. У меня там друг хороший есть - замечательный художник Саша Кулешов. Для меня даже день-два на родине - как месяц на лучших курортах. В моей Щаре вода самая благотворная, нежели во всех реках, океанах и озерах мира. Дом есть дом.