
В Кремле начались переговоры Владимира Путина с новым канцлером Германии Олафом Шольцем. Российский президент принял гостя за уже привычным длинным овальным столом. Большая дистанция сейчас поддерживается почти при всех контактах лидера страны.
Как и на встрече с Эммануэлем Макроном, переводчиков не позвали. Они, конечно, были, просто лидерам стран раздали наушники синхронного перевода. Но за сам стол переговоров политики сели вдвоем.
Традиционная вступительная речь Путина получилась двусмысленной с учетом «ядерных» экономических санкций, которыми нам грозит Европа.
- Германия – один из главных наших партнеров вообще и в Европе в частности. Что касается Евросоюза, то это самый крупный торговый партнер. Сотни немецких компаний работают у нас, они инвестировали 20 млрд. долларов, - заявил президент.
Казалось бы, Путин не сказал ничего особенного. Но если учесть, что Германия – крупнейшая экономика Европы, и ее мнение критично при введении санкций, то прозвучало очень много.
20 млрд. долларов, инвестированных в Россию, могут оказаться под угрозой. Ведь немецким компаниям, в случае новых ограничений, придется сворачивать свою работу. А это приведет к безумным потерям. Даже Берлин не может выкинуть на ветер столько денег.
- Энергетика – одно из приоритетных направлений в торговле. Россия – надежный поставщик ресурсов. За десятилетия не было ни одного сбоя поставок энергоносителей. Все абсолютно на рыночных принципах. Мы приняли решение, в известной степени беспрецедентное, допустили немецких партнеров к добычным активам, - рассказал российский президент.
Вот еще один намек. Глава страны вскользь заметил, что у Германии с нами не будет проблем. Мы – надежный партнер. А если это так, то стоит ли разрушать деловые отношения, вмешивая в них политику?
В конце открытой части Путин добавил, что хочет обсудить с Шольцем ситуацию на Украине и безопасность в Европе.
- Мне было бы интересно и полезно услышать ваши собственные оценки того, что происходит, - заявил президент.
Честно говоря, российский лидер редко заявляет, что ему «полезно» слушать мнение других политиков. Видимо, у Москвы с Берлином действительно особые отношения.
- Хорошо. что у нас плотные экономические связи. Мы должны общаться, как вы делали с французским коллегой, - ответил Шольц, подтвердив желание искать компромиссы.