За ней охотятся украинские нацисты, а она помогает людям: немецкая антифашистка Лиана Килинч рассказала, почему восемь лет приезжает в Донбасс

Немецкую антифашистку Лиану Килинч преследуют в Германии за помощь Донбассу

Немецкая антифашистка, председатель Фонда «Мост мира - помощь жертвам войны» Лиана Килинч с 2015 года помогает Донбассу, и за это против нее на родине заводят уголовные дела. Впрочем, с нынешней Германией Лиана себя не хочет никак ассоциировать. Своей настоящей родиной она называет уже несуществующую сегодня страну - ГДР. С этого и начался наш разговор.

КАК УБИВАЛИ ГДР

- Лично для меня ГДР – это, в первую очередь, классные боевики студии «ДЕФА-фильм» с Гойко Митичем в роли самого бесстрашного индейца. И, конечно, дефицитные шмотки и быттехника. А для вас?

- Прекрасное детство и юность. Полная доступность всех видов образования. С 3 лет я занималась фигурным катанием, потом был велоспорт. Мой брат ходил в музыкальную школу, играл на многих инструментах. Мы пробовали себя в разных сферах: науки, языки, музеи, кружки. Посещали концлагеря, чтобы помнить об ужасах фашизма. Дружили со всеми народами, в первую очередь, с СССР.

- А как сейчас с этим в объединенной Германии?

- Я сама мама, и знаю, что теперь получают мои дети. Из школьных программ удалили чтение книг и стихов, изучение многих наук, даже детское пение. Формируется необразованное общество, как биомасса, которой легко управлять. Даже история ГДР должна исчезнуть, ее нужно стереть из памяти. Те же Брехт, Генрих Гейне, Тухольский.., когда я цитировала этих классиков, то, представьте, подпала под санкции.

- Из-за этого вы занялись политикой?

- Нет, наверно, это воспитание. Мои отец и дед были членами правительства. Бабушка владела самой большой библиотекой в Берлине. Она открыла её для всех. И вынуждена была закрыть, когда ГДР подверглась аннексии.

- А вы считаете, что ГДР была аннексирована?

- В спортивной школе нам прививали чувство партнерства и чувство справедливости. С аннексией моей родины закончился не только спорт. Моя секция была закрыта, тренера уволили. Почему? Я принялась думать над этим, а потом просто стала ненавидеть эту систему. Ведь ГДР прошла жёсткую денацификацию. А ФРГ? Вместе с нацистами и захватчиками НАТО она построила свою государственность таким образом, что всех, кто служил в вермахте, не только реабилитировали, но и наделили привилегиями. Так что с фашизмом тут никто не боролся, его просто спрятали под мантией демократии. И кстати, при аннексии ГДР не было никакого референдума, за нас всё решили. Отняли нашу землю, промышленность и присоединили к ФРГ. Сделали нас немцами второго сорта: как бывшие граждане ГДР, мы получаем пенсии и зарплаты на треть ниже граждан ФРГ. Наши дипломы, несмотря на блестящее образование, не признаны в стране, потому никто из восточных немцев не занимает руководящих должностей.

Немецкая антифашистка, председатель Фонда «Мост мира - помощь жертвам войны» Лиана Килинч с 2015 года помогает Донбассу, и за это против нее на родине заводят уголовные дела.

В ГЕРМАНИИ СКОЛАЧИВАЮТ НОВОЕ ГЕСТАПО

- Как появился ваш фонд? В чём его особенность?

- Фонд работает с теми странами, где идет война, но некоторые проекты ведутся параллельно. Мы возникли, чтобы помогать Донбассу, а потом уже расширил деятельность на Йемен и Сирию, Кубу, Ливию, Ирак, Ливан, Перу и Непал. Поводом для создания стало начало Киевом необъявленной войны на Донбассе. Не забыть и 2 мая 2014 года, Одессу, поджог Дома профсоюзов. Журналисты нашего фонда были на месте, мы всё это видели своими глазами, мы плакали. То, что гидра фашизма подняла тут голову - это и стало объявлением войны России. Отмечу, президент Штайнмайер был потом в Одессе, но проигнорировал это преступление. Таким образом, он развязал Киеву руки и для последующих злодеяний.

Конечно, наш фонд выражал самый резкий протест. Мы отмечали 70-ю годовщину освобождения от фашизма, а бундесканцлер Меркель впервые не приехала в Москву. Члены нашего фонда, одетые в футболки с надписью «Спасибо за победу!», возложили венок у Могилы Неизвестного Солдата в Александровском саду у Кремля. С того времени наши конвои начали движение через Москву на Донбасс.

- Расскажите об этой работе.

- За 8 с лишним лет мы сделали более 800 проектов. Многие жители ГДР учились в Советском Союзе. У нас много связей с Киевом, Горловкой, Донецком. Начали с создания швейного производства в Горловке. Конечно, поставляли и продукты питания, одежду, но, мы считаем, что главное – создавать рабочие места, пусть люди зарабатывают деньги и кормят семьи. Открыли школу для интеграции. Отремонтировали общежитие на 21 место. Поставляем посевной материал, чтобы самим, на местах, выращивать урожай. Проводим спортивные мероприятия и культурные программы. Как раз находились в доме культуры в Горловке, когда ракета попала в его крышу.

- Почему ваш благотворительный фонд объявлен в Германии вне закона?

- С февраля этого года денежные потоки были остановлены, конвои стали задерживать «для особых проверок». Наша работа уже не вписывается не только в политику Германии, но и всей Европы, с её звериной русофобией. Всё перевёрнуто с ног на голову: якобы Россия – это агрессор, а мы ей помогаем. Вообще, это первый, вопиющий случай за всю современную историю Германии, когда благотворительный фонд лишают статуса некоммерческого объединения и закрывают счет. Под моими окнами дежурят автомашины с украинскими номерами. Цель - запугать. Тем, кого называют беженцами, а на самом деле это отпетые бандеровцы, сказали «сверху»: «фас!» Что это, если не новое гестапо?

ЗАКОН О БЕЖЕНЦАХ НУЖДАЕТСЯ В ОБНОВЛЕНИИ

- Сейчас вы решили окончательно переехать в Россию?

- Я в очередной раз приехала в Донецк с гуманитарной помощью. Конечно, я никогда не собиралась здесь оставаться навсегда. Но именно в это время в Германии всё и началось. Законы изменились буквально за 2-3 дня…

- А вы как раз в это время были в командировке?

- Да, причём, на 13 октября у меня был обратный билет. Но и сотрудники фонда, и семья, и все знакомые сказали: оставайся, в Германии тебя ожидает уголовная статья. И мне пришлось остаться в России. С одной сумкой и, повторяю, с обратным билетом. Никто же не знал, что возникнут проблемы. Пока всё это раскручивалось, конечно, прошёл уже и срок подачи документов. Два добрых человека, Маша и Виталий, привели меня в миграционную службу (ФМС). Но мне отказали в принятии заявления на получение статуса политического беженца. Я понимаю, что государственные служащие обязаны придерживаться законодательства. Но все равно была огорчена и разочарована, когда мне сказали, что лучше подать документы на присвоение статуса обыкновенного мигранта.

- Но преследуют-то вас на родине именно по политическим мотивам....

- Вы правы. И здесь я считаю полезным и необходимым продолжить свою деятельность. Помогать Донбассу. Укреплять солидарность, дружбу и взаимопомощь с Россией. Об этом просили разные организации, более ста писем в мою поддержку пришло только из Донбасса! Может быть, проблема в том, что закон о статусе политбеженца принят ещё в 1993 году и нуждается в каком-то обновлении? Слышала, что в этом плане ведётся работа и в Госдуме, и в МИДе РФ.., а про ФМС и МВД РФ – не знаю. Беда ещё в том, что срок моей визы уже истекает. И я, конечно, очень расстроена, потому что всё это, в общем-то, неправильно. Ведь я не одна такая, кому с каждым новым русофобским законом, который выходит в Европе, будет только хуже. Эти законы станут отовсюду выдавливать друзей России. Им придётся прощаться со своей профессией, с привычным образом жизни и даже с Родиной! Придётся уезжать, а куда, если не в Россию? Значит, нужно вместе решать эту проблему. Надо создавать антифашистское движение, чтобы вместе бороться с этой страшной чумой, которая просыпается в Европе и угрожает всему миру.