Что будет зимой на фронте и почему Россия ушла из Херсона: Раскрыта правда с передовой

Военкор «КП» Дмитрий Стешин

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

Об этом военкор «КП» Дмитрий Стешин, вернувшись из зоны спецоперации, рассказал ведущему Радио «Комсомольская правда» (97,2FM) Сергею Мардану

«РЕШЕНИЕ КОМАНДОВАНИЯ ПОНИМАЮ»

Сергей Мардан:

- Дима, спасибо, что заехал c фронта, у тебя две недели отпуска, есть чем заняться...

Дмитрий Стешин:

- Ну, помыться, отоспаться, обнять 8-месячную дочку, которая родилась в начале спецоперации.

Мардан:

- Как у тебя ощущения? В эти дни всех чуть-чуть отпустило. Я про Херсон.

Стешин:

- Я был там 5-10 октября – Новая Каховка. В Херсон я мотался одним днем, когда украинские войска попали снарядом прямо в автобус со школьниками...

Решение нашего командования по отводу войск я понимаю. Несчастный город Каховка, в один день там 100 «прилетов» было. Били американскими HIMARS, смешивали с украинскими «Ольхами». Наше ПВО из 12 ракет в среднем сбивала 10.

Хозяйка квартиры, где я жил, Света, которая в красном маленьком платье и сапогах-ботфортах по этому городу носилась, предложила мне пойти с товарищем погулять на берег Днепра. Правда, говорит, там все карусели и бары закрыты, но все равно красиво. И мы уже шнурки на ботинках завязывали, а тут сирена воздушной тревоги, мы видим, что прямо там, куда мы собирались идти, разрывы...

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

Уже было ощущение, что мы уйдем за Днепр, встанем на другом берегу. Потому что держать этот плацдарм… Если наступать с него не собираются или не хватает сил, то какой смысл удерживать такой ценой?

Мардан:

- А наступать почему не получалось?

Стешин:

- Я всё не могу выкладывать. Но офицер-морпех, который рассказывал мне подробности этих боев, до того, как попал под Херсон, был на одном из «раптеров» (десантных катеров. - Ред.), ворвавшихся в порт Мариуполя, был ранен в лицо, но вернулся в строй. Морпехи сами по себе — люди героические.

Мардан:

- Только морпехи героические?

Стешин:

- Я почти три месяца спал на полу с одним из офицеров, прошедшим все войны. Это один из самых интеллигентных людей, встретившихся мне за все время спецоперации, самых спокойных. Человек, который воевал всю жизнь. Если у нас есть такое офицерство, я спокоен за Россию.

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

ВАМ РОДИНУ ЗАЩИЩАТЬ ИЛИ ЛЬГОТЫ

Мардан:

- Но как разумно объяснить, что не все у нас получается?

Стешин:

- Самое простое объяснение - мы ведем войсковую операцию против государства, заточенного на тотальную войну, до последнего украинца.

Есть еще объяснение глубинное. Помните, как общественность требовала (и я требовал, и знаменитый обозреватель «Комсомолки» полковник Баранец), чтобы военные жили достойно, чтобы у них был соцпакет, военная ипотека, выслуга лет. В итоге в армию пошли люди…

Мардан:

- …за военной ипотекой и за выслугой лет.

Стешин:

- Да. И, как в анекдоте про пожарных, все было хорошо, но тут случился пожар. Вдруг оказалось, что за эту военную ипотеку вообще-то надо быть готовым кровь пролить. И что задача военного – Родину защищать, а не получать льготы и уходить на пенсию в 38 лет. Для некоторых это было жуткое разочарование.

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

ФРОНТОВОЙ ЮГ РОССИИ

Мардан:

- Дима, ты вернулся с Донбасса? Или с юга России. Как там ощущается эта новая реальность?

Стешин:

- С Донбасса, значит - с юга России. Не поверишь, куда я зашел в последнее место в Донецке. Там в ЦУМе весь третий этаж отдан под аниме-шоп. Я там закупился подарками. А потом поставил машину мыть. Она через два месяца фронта представляешь, как выглядела. Там подземная мойка. Вся забита машинами, потому что сверху «прилетает». Я пошел искать хоть какое-то кафе. И обнаружил вдруг итальянский ресторан, яйца пашот, бифштексы, экзотические фрукты. Но туалет не работал. А вокруг… Дома, где окон целых нет. Или заклеены крест-накрест, как в блокадном Ленинграде. И украинская артиллерия закидала все вокруг минами «лепестками», которых в осенней листве не видно...

Мардан:

- Парадокс. Донецк 8 лет жил как прифронтовой. Но сейчас люди вспоминают о тех годах, как о почти мирных.

Стешин:

- Есть и такое. Сейчас там мобилизовали всех мужиков. Настолько всех, что спохватились, когда увидели как женщины начали водить грузовики. Такси исчезло просто как класс. Ко мне друзья приезжают с фронта, а когда обратно возвращаются, я смотрю, они всегда грустные, вызывают такси, а оно не вызывается. Или стоимость его - как три раза всю Москву пересечь в час пик.

Я в Донецке живу возле больницы, вижу много раненых ребят, их матери приезжают, что-то вкусное им покупают. Слышал, как женщины у меня во дворе рыдали. Но люди понимают, что по-другому нельзя.

Мардан:

- У них не появилось усталости, ожесточения?

Стешин:

- Я про ожесточение и про нашу моральную правду все понял на «Азовстали», где мы сидели и смотрели, как перед нами, в 3 метрах, саперы «азовцев» ("Азов" - запрещенная в РФ террористическая организация - прим.ред) разминировали проход для выхода всего своего стада огромного. И смотрели молча на них люди, которые воевали там с 2014-го, потеряли близких, дома. Мне потом писали, мол, Стешин, вот мы бы, если там оказались, всех бы «азовцев» положили. Но вы там окажитесь сначала.

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

Ну да, это было исконно наше русское милосердие, чем мы и отличаемся от остальных. Мне, единственно, обидно, что взятых в плен «азовцев» не прогнали по Донецку и по Мариуполю маршем.

Мардан:

- А что ты думаешь про обмены пленных «азовцев»? Кто-то возмущается, мол, их нельзя выпускать. Даже по обмену.

Стешин:

- Я знаю, как это выглядит из окопов. Когда я последний раз был под Павловкой на нашей минометной батарее, политинформацию приходилось устраивать людям… Слава богу, в то, о чем я говорил, я сам верил. Я им объяснял, про возможную взаимосвязь вывоза нескольких «азовцев» в Саудовскую Аравию и заявлением ОПЕК о сокращении добычи нефти на 2 миллиона баррелей.

Мардан:

- А теперь веришь?

Стешин:

- А во что мне еще верить? Я рассказывал и про разблокировку «зерновой сделки», и через сутки - заявление Эрдогана, что Швеция с Финляндией не выполнили условия для вступления в НАТО. А для нашего Севера НАТО... Я даже думать об этом не хочу. Я вырос в Питере.

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

«КУЗЬМИЧИ» И ДЕТИ

Мардан:

- Дим, ты написал блестящий и точный памфлет «Кузьмичи» - про поколение 40-50-летних мужиков, которые на себе «вывозят спецоперацию». Вывезут?

Стешин:

- Я в последний день в Донецке общался со старыми боевыми товарищами. Валера, бывший топ-менеджер банка из Мариуполя, ушел воевать в 2014-м. После освобождения Мариуполя я его к семье возил, которую он не видел восемь лет. Довоевался. Его прямо из окопа увезли с сердечным приступом. Просто закончилось здоровье у парня. Второй мой товарищ, Влад Евтушенко, инвалидность получил еще в 2015-м – осколок попал над ухом, под край каски. И вот они мне сказали такую вещь: «Дима, нам не вывезти долгую операцию». Они все читали моих «Кузьмичей». То есть - про себя. Говорят: «Еще весной мы были готовы на спринтерский забег, готовы были оставить и жизнь, и здоровье, пройти эту стометровку. Но еще 8 лет боевых действий мы уже не потянем».

Мардан:

- У меня у самого был удивительный разговор на шиномонтаже. Женщина мне рассказала про младшего брата. Ему 55. Она говорит: «Он записался в ЧВК». Я удивился: «В 55 лет? И что, взяли?» - «Да». Никто не верил из родни, что возьмут, но он твердил: «Не могу тут оставаться». Спрашиваю: «Может, у него биография военная? Он служил?» Она говорит: «Нет. Но теперь у него две контузии, два ранения... Сейчас он здесь, мы его лечим, заставляем читать «Евгения Онегина».

Она мне рассказала и про детей этого мужика, своих племянников, и своего сына, которым по 30. Они не пошли воевать, скрываются от повесток. И она это говорила с такой болью. Я не знал, что ей сказать...

Стешин:

- У меня один из дедов был Леонид Кузьмич. Ему каждые 5 лет меняли инвалидную мотоколяску. У него была искалечена рука, нога, видно было, что он повоевал. Я ездил с ним на рыбалку на Ахтубу, на Волгу, всегда был уверен, что это мой родной дед. В 15 лет я узнал, что дед неродной. А потом, в начале 90-х, мне попалась в руки книга «Кто был кто в Великой Отечественной». И там я нашел Леонида Кузьмича Сойкина, Героя Советского Союза, разведчика.

Мардан:

- Это был твой дед?

Стешин:

- Это был мой Кузьмич, да.

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

ПОЗЫВНОЙ «МОСКВА»

Мардан:

- Ты говоришь, в Донецке мобилизовали всех. Чечня, где население миллион человек, выставила 10 тысяч солдат. Просто взяли и выставили 10 тысяч штыков. И при этом Москва, чью лояльность берегут...

Стешин:

- Я развею этот миф. Позывной «Москва» на фронтах южнорусских весьма распространен.

Мардан:

- Это москвичи?

Стешин:

- Я приехал с Донбасса со своим другом-снайпером с позывным «Москва», который без продыху с середины февраля воюет. Когда он позвонил жене, сказал, что все-таки отпускают на 10 дней, у его Насти чуть сердечный приступ не случился, хотя это весьма молоденькая барышня. Она уже не чаяла его дождаться. Да, он москвич.

Может, пора пересмотреть отношение к москвичам в нашем коллективном бессознательном?

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

БОЛЬШЕ НЕ БЬЕТСЯ «В ТЕСНОЙ ПЕЧУРКЕ ОГОНЬ»

Мардан:

- А фронт под Донецком чем запомнился?

Стешин:

- Там, где я был, нельзя разводить открытый огонь, потому что летают квадрокоптеры с тепловизорами. Поэтому никакого «бьется в тесной печурке огонь» давно нет.

Мардан:

- А как греются люди?

Стешин:

- Газовыми баллонами, перекрыв блиндаж двумя-тремя накатами…

Мардан:

- Чтобы не было видно теплового следа?

Стешин:

- Да. Причем ребята наши к делу серьезно подошли. Проверили свои позиции своими же дронами с тепловизорами, увидели, что ничего не фонит, можно жить.

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

КОПТЕРАМИ И ВАРЕЖКАМИ НАРОД ОБЕСПЕЧИЛ

Мардан:

- В прошлый раз, когда ты приезжал с фронта, в конце лета, я спрашивал, чувствуется в Москве спецоперация или нет? Что-то поменялось?

Стешин:

- Нет, то же самое, Москва живет в своем ритме. Я даже уверен, что 80% прохожих, если начнешь выяснять их мнение о Донбассе, замашут руками и убегут. Но не все. И 20% москвичей достаточно, чтобы обеспечить фронт бесперебойно тем, что нужно. С квадрокоптерами уже выровнялось. Это уже не весна, квадрокоптеры есть в войсках, есть и теплые вещи. Я сам помогаю гуманитарщикам, завожу, отвожу, координирую, рекламирую сборы.

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

АРСЕНАЛЫ ИСЧЕРПАНЫ. НО ВЕРИМ В РЫВОК

Мардан:

- Хорошо, с квадрокоптерами, слава богу, народ свое дело сделал. А кроме этого? Ты просвет видишь или нет?

Стешин:

- Я верю, что Россия готовит рывок технологический. Возможно, для этого нам и нужна была передышка и стабилизация фронта. Я вижу, что эти месяцы боев подисчерпали арсеналы с обеих сторон. Вдруг выяснилось, что ходовые снаряды калибра 122 миллиметров не выпускаются с 1994 года.

Мардан:

- У нас?

Стешин:

- У нас. А на Украине вообще не выпускаются. Мы-то еще можем реанимировать технологические цепочки и наделать снарядов.

Я видел, как предыдущую позицию наших минометчиков полностью перемололи из финских минометов калибра 120 миллиметров. Там легонькая алюминиевая минка. Хотя сам миномет образца 1940 года, но прошел несколько модификаций.

То есть, у украинцев кончились боеприпасы к родным проверенным советским 120-миллиметровым минометам. Я такое видел только в траншее 1943-го, под станцией Погостье, где были бои за Ленинград. В той траншее было гильз по колено, а на бруствере лежали 6 брошенных пулеметов образца 1914-го. Кончились патроны - пулеметы выкинули. Вот у украинцев сейчас такая же ситуация.

Я вижу, что и Запад свои арсеналы подисчерпал. И уже думает - вдруг ему придется тоже с Россией воевать. А чем воевать? Намечается какая-то усталость. Не с нашей стороны. Мы, мне кажется, закусились серьезно. Нам отступать некуда.

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП

ЧТО БУДЕТ В ДЕКАБРЕ-ЯНВАРЕ

Мардан:

- Мобилизация спасительной вещью оказалась для России?

Стешин:

- У нас не было выбора... Мобилизация нам позволила хотя бы не проиграть. Что будет дальше? У нас все-таки есть технологический перевес по сравнению с Украиной. Я знаю, что сейчас делаются ракеты в 4 смены в России, и много чего делается. Нам нужно дотянуть до момента, когда этот перевес материализуется, и мы сможем его применить на фронте. Я тогда Украине не позавидую. Что так будет, я уверен, потому что так было всегда в истории России.

Мардан:

- Когда это произойдет? Давай попробуем обнадежить народ.

Стешин:

- Я ставлю на конец декабря – начало января.

Мардан:

- Когда все замерзнет и встанет?

Стешин:

- Там, в южнорусских степях, не особо всё замерзает, там минус 5 – событие. Что бы аналитики из «Нью-Йорк Таймс» ни писали про то, что все сядут в окопы. Это не мешало нам в январе 2015-го отвоевать Дебальцево — масштабнейшая была операция. Так что зима у нас в войсках точно никого не пугает.