45 лет назад СССР ввел войска в Афганистан: ветеран СВР рассказал о штурме дворца "душителя учителей"

Советские войска в Кабуле, 1980 г. Фото Георгия Надеждина (Фотохроника ТАСС)

Очень немногие могут сказать о себе, что имели прямое отношение к самым значимым конфликтам с участием Советского Союза во второй половине ХХ века. Ветеран Службы внешней разведки, полковник СВР в отставке, Лев Корольков – один из этих немногих. Помимо событий в Венгрии в 1956-м, в Чехословакии в 1968-м и в Японии в середине 1970-х, он прямо участвовал в том, что происходило в Афганистане в 1979-м. И о многом рассказал впервые на Радио «Комсомольская правда».

ГОРЯЧАЯ ОСЕНЬ 79-ГО

- 45 лет назад, в декабре 1979 года, советские войска вошли в Афганистан. Вы оказались там раньше?

- В начале сентября 1979-го. Первая наша группа прибыла во главе с Яковом Федоровичем Семеновым, начальником группы спецназа «Зенит» КГБ СССР. Я через неделю туда прилетел. Встретили, привезли на виллу номер один.

- Эта вилла относилась к посольству советскому?

- Да, все виллы. И была вилла номер два. Там расположились мои подопечные и 80 процентов личного состава «Зенита». Так назвали группу офицеров специального назначения, выпускников КУОС (курсы усовершенствования офицерского состава – ред.). «Зенит» при поддержке 345-го полка спецназа ВДВ и «мусульманского батальона» ГРУ оперативно занял все обозначенные объекты.

Ветеран Службы внешней разведки, полковник в отставке Лев Корольков в студии Радио "Комсомольская правда".

Фото: Александр ШПАКОВСКИЙ. Перейти в Фотобанк КП

- Данные о работе тогдашнего лидера Афганистана Амина на ЦРУ подтвердились?

- Никаких подтверждений, пока не были найдены определенные документы при штурме дворца, не было - только предположения. Амин, когда учился в США, был старостой афганского землячества. Пройти мимо такой фигуры спецслужбы не могли. В 1979-м стало ясно, что он просто втягивает СССР в свою междоусобицу, используя нас в своих интересах и в интересах, видимо, других стран.

- Каких именно?

- Штатов. При этом американцы себя тихо на тот момент вели. После того, как мы провели операцию по захвату их штатных кадровых сотрудников в Афганистане. Мой бывший начальник по Сахалину это осуществлял.

ДУШИТЕЛЬ УЧИТЕЛЕЙ

- А чем еще глава Афганистана Амин не устраивал Москву?

- С его предшественником, Нур Мохаммадом Тараки, у Брежнева Леонида Ильича сложились очень неплохие отношения. А Амин не просто сверг Тараки - он его убил.

Генеральный секретарь ЦК Народно-демократической партии Афганистана Хафизулла Амин в 1979 г. Фото АДН - ТАСС

- Когда вас вводили в Афганистан, какую задачу ставили?

- Об Амине речь не шла. Тот везде кричал о незыблемой дружбе с Советским Союзом. Когда нас ввели, в стране шла гражданская война. Жестокая, в которой правительственные войска особых побед не поддерживали. Восстание охватывало все больше провинций. Нам сказали, что наша задача - в случае необходимости, даже ценой собственной жизни, обеспечить эвакуацию советских граждан, которых там было больше трех тысяч человек.

- Приказа на устранение Амина в сентябре 1979-го не было?

- У нас - нет. Но, возможно, это как один из вариантов уже рассматривался командованием. Я прилетел, когда Амин задушил своего учителя Тараки. Очень жестокий был человек.

- Прежде вы упоминали, что снайперам группы «Зенит», где вы были заместителем командира, в какой-то момент поставили задачу убрать Амина?

- Это позднее. Когда стало ясно, что это уже не наш человек. И его хотели вывести таким, наиболее для нас прикрывающим наши собственные цели и задачи, способом.

СПАСЕНИЕ МИНИСТРОВ

- Большая группа была у вас?

- Мы постепенно прибывали, группами разной численности. Пока не накопили необходимое количество. Около двух сотен человек. Было 22 объекта. Некоторые под серьезной защитой. Их охраняли люди, уже отвоевавшие там почти год в гражданской войне.

- У самого Амина была сильная охрана?

- Да. Там же обстановка ухудшалась каждую неделю. Когда он попытался арестовать своих же министров, они прибежали к нам просить убежища. И стало ясно - у нас нет хода назад. Надо готовить большую операцию.

- Кто пришел просить убежища?

- Министр безопасности и министр связи. Сначала пришли к одному из наших дипломатов домой. Тот позвонил нам. Командир первой виллы сказал: да, мы их спрячем. Потом встал вопрос – как их вывозить. Они неделю у нас пробыли, за нашими виллами уже установили наблюдение. Наружка шла неприкрытая.

СКЕПСИС СНАЙПЕРОВ

- До штурма дворца Тадж-бек пытались устранить Амина?

- Да. Подобрали снайперов. Прорабатывали два варианта. Один - авария автомобиля. Но видно было, что он готовился. Его дворец привели в состояние почти неприступной крепости. В декабре к нам перебросили из Баграма отдельный парашютно-десантный батальон в поддержку. Часть «Зенита» мы прямо ко дворцу подтянули, под легендой защиты самого Амина, в недостроенные казармы перевели.

- Но снайперы по кортежу Амина не отрабатывали?

- Там такая сложилась ситуация. Это были мои слушатели - снайперы. Федором одного звали. И он мне сказал, когда они все выяснили: Лев Иванович, там не пролезет. Мы не сможем. Он идет неровно, часто резко ускоряется. С таким рваным ритмом надо что-то другое. Возможно, мина.

- Пытались подорвать?

- Дело не в самой мине. Мы не знали, как в таком случае повел бы себя его генеральный штаб, его генералы. И там целая дивизия пехотная стояла в Кабуле. Информацию мы хоть и получали, но быть уверены в ней не могли.

«ЗЕНИТ» И «ГРОМ»

- Потому вместо покушения – штурм?

- Решили силовой вариант. И сразу же стали прибывать наши части: полк ВДВ, батальон спецназа ГРУ, группа «Гром». Это «Альфа», все опытные ребята. Командовал ими Миша Романов.

- А «Зенитом»?

- Полковник Бояринов. Он последнюю ночь провел у меня в комнате на койке, на вилле номер два. Утром встал, мы обнялись. Я говорю: Григорий Иваныч, как будто вы насовсем прощаетесь. Он говорит: как знать, это серьезный противник, Лев.

- Ваши люди были в Тадж-беке накануне штурма?

- Да, туда заходили наши ребята «на экскурсию». Вообще вся группа штурмовая составляла 43 человека. Плюс группа «Гром». И Бояринов сказал: я должен быть там, где мои ребята. Там распределено все было. «Шилки» огнем прокатились справа - налево, сверху - вниз по дворцу и сбили пулеметные гнезда, дали нам возможность ворваться. Но когда ворвались, Бояринов увидел, что людей не хватит. Закаленных, проверенных бойцов у Амина двести человек. Бояринов вышел за подмогой и попал под огонь.

ПОСЛЕ ШТУРМА

- После штурма дворца вы видели родных Амина?

- Его дочь Амину. В тюрьме Пули-Чархи. Мне позвонил Юрий Иванович Дроздов, заместитель начальника ПГУ КГБ СССР. Он сказал: Корольков, машина сейчас подойдет. Спросил: оружие раздали сторонникам Бабрака Кармаля? Я говорю, нет, они пришли только сейчас. Дроздов мне: гони в шею. Все, ничего не давать, ни одного патрона, ни одного автомата. Бери машину, бери корреспондентов, заезжай в корпункт ТАСС, и поезжайте сначала во дворец. Пусть сделают необходимые кадры. А потом поедешь в тюрьму Пули-Чархи.

Бабрак Кармаль, 1980 г. Фото: Георгий Надеждин/Фотохроника ТАСС

- Объяснил, почему в тюрьму?

- Сказал, все обязательно должны снять. В Тадж-бек сразу поехали. Надо было показать, как все случилось. Подтвердить, что Амин погиб от взрыва гранаты. Я поехал. Юрия Эдуардовича Корнилова, зав. корпункта ТАСС и остальных корреспондентов развели по местам. Сделали все съемку необходимую. Потом поехали в тюрьму Пули-Чархи. Зашли в камеру с фотографом ТАСС. Он сделал снимки. Там стояло блюдо с мясом. Дочь Амина сказала, что с ними хорошо обращаются, с семьей Амина.

- Жена и дочь Амина были в одной камере?

- Нет, мы только дочь застали. Видимо, жену отделили - их же надо по отдельности опрашивать было. В тюрьме мы пробыли недолго.

- Что еще тогда зафиксировали?

- Показали рвы в Кабуле. Накануне декабрьского штурма сторонники Амина вывели более 1200 заключенных, противников Амина. И расстреляли из пулеметов. Там долго шевелилась земля. Кто-то остался жив, пытался выкарабкаться. Это произвело очень сильное впечатление.