
Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
«Ангел» и «Кореец» - два друга, два снайпера-разведчика. Всегда работают вместе: один стреляет, другой корректирует и прикрывает. Они - элитные бойцы отряда «Рысь» 8-й разведывательно-штурмовой бригады Добровольческого корпуса. Их отправляют выполнять задачи, за которые мало кто возьмется.
В отряде «Рысь» есть штурмовики, снайперы, медики, саперы, минометчики. А эти двое - все одновременно, как герои боевика - владеют всеми видами оружия, если нужно, идут на штурм, не нужно - работают хоть с трех километров. При этом часть работы обходится вообще без стрельбы - это разведка: подбираются вплотную к противнику или ходят в глубокий тыл, как невидимки или призраки. При этом умеют пользоваться беспилотниками, и каждый боец в их группе умеет.
У друзей-снайперов есть благодарность от министра обороны - за сложнейшую задачу еще под Изюмом: противник тогда «не давал дышать» нашим бойцам, а снайперы за два часа уничтожили двух пулеметчиков и бронеавтомобиль «Казак».
«Кореец», командир взвода разведки (он на самом деле кореец), родился в Узбекистане. В Донбассе с 2015 года.
А «Ангел»... Он воюет на одной ноге, вторую потерял в бою. Такие ранения многие тяжело переживают - списываются из армии, пьют. А вот «Ангел» вернулся и командует группой огневой поддержки, выходит на боевые задания и даже занимается антиснайперской борьбой (а это задача высшей сложности).

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
«Ангел» потерял ногу в 2023-м под Соледаром - выбивали противника из лесопосадки, в итоге заняли ее и должны были продержаться 3 часа, пока не подтянется резерв. Но он не пришел, а противник начал контратаку и лупил по посадке минометами и танком. Три наката бойцы отбили, но почти все получили тяжелые ранения и контузии - оказалось, что окопы, которые заняли наши парни, были заранее пристрелянными вэсэушниками, чтобы сидевшие в них украинские мобилизованные не могли отойти или сдаться. Пришлось копать новые окопы под сильнейшим вражеским огнем.

Фото: Личный архив.
Раненых нужно эвакуировать, но легко отойти не удалось. «Ангел» лично растаскивал бойцов по кустам, прятал от противника. Но прилетевшая мина лишила его ноги. Командование группой взял на себя заместитель «Ангела» с позывным «Харьков». Он же вытащил всех раненых, включая командира, теряющего сознание.
«Ангел» поправился и вернулся в строй уже на протезе. Продолжает командовать группой, сам отбирает в нее бойцов и готовит их. Причем учит не просто метко стрелять, а рассчитывать траекторию пули, деривацию (отклонение) и все остальное.
- На дистанции 600 метров бывает 2 - 3 ветра в разном направлении, - объясняет он мне. - Чтобы понять, куда они дуют и как повлияют на выстрел, можно наблюдать за колыханием травы, листьев или ветоши, валяющейся повсюду. Тот же мираж! Во время жары воздух плавает, как в пустыне, по его колебаниям тоже можно определить ветер.
Человек, не знающий этих премудростей, тоже может потянуть за спусковой крючок. Но главное - поразить цель. Противник, скорее всего, второго шанса не даст - в ответ начнет стрелять всем, чем может.
Большую часть времени снайпер наблюдает. Он может затаиться на несколько дней, выискивая закономерности в поведении противника: в определенное время тот выходит по нужде или над окопом появляется дымочек (ага, курит).

Фото: Личный архив.
Разобравшись, кто из бойцов противника на какой позиции находится, где пулемет, а где гранатомет, снайпер готовит 2 - 3 лежки, с которых будет работать. Важно сделать один точный выстрел и тихо уйти на другую позицию.
И нужно заранее предупредить пехоту, что будет работать снайпер. Чтобы бойцы не напугались, увидев на пороге блиндажа существо в мохнатой накидке. Но без подробностей, чтобы информация случайно не ушла противнику.
- Все думают, что снайпер просто всех убивает. Но прежде чем сделать выстрел, он анализирует, - объясняет «Кореец». - Если цель убрать командира противника, ведется наблюдение. Один солдат копает окоп, другой руками машет. Кто главнее? Тот, кто машет. Его и нужно убрать.

Фото: Личный Архив. Перейти в Фотобанк КП
- Снайперы и минеры - самые нехорошие люди на поле боя, - усмехается «Ангел». - У них фантазия нестандартная. Никогда не знаешь, откуда они вылезут и что тебе подсунут.
- Дроны повлияли на работу снайперов? Ведь даже просто добраться до передовой стало сложно! - спрашиваю я.
- Раньше было сложно, - соглашается «Ангел». - Нам было тяжело угнаться за всеми, кто против нас воюет. Но сейчас мы взяли инициативу в свои руки. И уже наши дроны их гонят.
«Ангел» и «Кореец» общаются молча. Понимают друг друга по взгляду, жестам, движению бровей. Сами решают, кто будет первым номером, кто вторым. Первый работает, второй смотрит в трубу и ведет корректировку. Пуля только вылетела, а корректировщик по ее полету уже видит, попадет она в цель или нет. И сообщает, если нужно сделать второй выстрел.

Фото: Личный Архив. Перейти в Фотобанк КП
Стрелок видит только цель. Корректировщик следит за тем, что происходит вокруг, чтобы к двойке снайперов никто не подобрался с тыла. Хотя если засада длительная, то все пространство за позицией минируется светошумовыми или боевыми гранатами. Хотя был случай под Изюмом, когда противник прошел мимо всего в 3 метрах. А шуметь было нельзя. Пришлось затаиться и ждать.
- Бывает, когда слышишь, что приказывают сделать, волосы встают дыбом, мурашки бегут, - признается «Ангел». - Мы идем и, казалось бы, невыполнимую задачу выполняем. Следующую нарезают в два раза хуже, чем предыдущая. А третья еще хуже. Но нам пока везло.
«Ангел» вспоминает, как однажды испугался по-настоящему. Нужно было заминировать дорогу. Он натянул растяжку, начал привязывать проволоку и вдруг увидел, как чека от мины выскочила из гнезда, резачок вошел в тонкую свинцовую пластину замедлителя, еще секунда - и раздался бы взрыв… «Ангел» сам не помнит, каким чудом воткнул назад чеку и, лишь вернувшись обратно в часть, осознал, что произошло.
Кстати, «Ангел» и «Кореец» не сразу стали друзьями. Говорят, поначалу чуть не убили друг друга. Но, пройдя вместе столько боевых задач, стали друзьями не разлей вода. Вроде членов семьи.
Сам «Ангел» с Херсонщины, жил в районе Голой Пристани. Познакомился с девчонкой из Луганска, приехавшей летом погостить у своей бабушки:
- Я тогда карате занимался, был кандидатом в мастера спорта. Тренировались с ребятами у меня дома, в большой комнате. И вот мы выходим после тренировки со двора, и я вижу ее, она с подружкой черную смородину в баночку собирает. Я понял, что это судьба.
«Ангел» влюбился и уехал за своей невестой в Луганск. Ему тогда было 18 лет. Сейчас ему 45. Он счастливо женат, воспитывает сына и дочь. Вот только своих родных из Голой Пристани с 2014 года практически не видел. В начале СВО умер отец, потом средний брат. Прошло несколько месяцев, и умерла мать. Старший брат пропал, и где сейчас - неизвестно. А у самого «Ангела» 10 контузий и инвалидность.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
Терять родных тяжело. Поэтому его нынешняя семья - «Кореец» и парни из отряда.
- Потеряв ногу, я дал себе слово, что сделаю всё, чтобы не видеть своих бойцов в подобном состоянии, - говорит он. - На полигоне они у меня просто «умирают». Каждую минуту я даю им задание. И считаю, что это правильно. Попасть в мою группу сложно. Отбор серьезный. Но мы берем к себе только духовитых людей, какими остаемся сами.
Бывает, какого-нибудь армейского качка приходится отсеять, не выдерживает передовой, страшно. А иной раз придет зеленый пацан 19 лет, без боевого опыта. Ты-то куда?! А он отвечает: «Брата недавно убили. Не хочу оставаться в стороне. Хочу за Родину стоять, чтобы перед отцом стыдно не было». Как такого не услышишь? «Ангел» берет парня и ведет на полигон, на первое серьезное испытание.
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Зачем на самом деле Путин сказал, что у Залужного рейтинг в 2 раза выше, чем у Зеленского (подробнее)