«Он представлял моего товарища Колю на вертеле»: Лидер группы «Крематорий» Армен Григорян рассказал о своем однокласснике маньяке Фишеревидео

Лидер группы "Крематорий" Армен Григорян на сцене. Фото: Александр Рюмин/ТАСС

Издательство «Комсомольская правда» выпустило книгу криминального журналиста «КП» Александра Рогозы «Фишер. По следу зверя». Автор подробно изучил уголовное дело серийного убийцы Сергей Головкина (на его совести жизни 11 детей, зверски убитых в Подмосковье в 1986-1992 годах), взял интервью у участников следственно-оперативной группы, работавших по Фишеру, беседовал с людьми, знавшими преступника лично.

Фрагмент из книги:

«В первый класс Сережа Головкин пошел в 1967 году. Его приняли в столичную школу 167, которая и по сей день существует на Ленинградском шоссе неподалеку от Речного вокзала. От дома, где жил мальчик, до учебного корпуса можно было дойти пешком за несколько минут. В одном классе с ним десять лет проучился будущий рок-музыкант, основатель легендарной группы «Крематорий» Армен Григорян. В интервью для этой книги Армен Сергеевич рассказал, что сам он познакомился с Головкиным еще до их первого Дня знаний».

ВСТРЕЧА С ГОЛОВКИНЫМ

- На первом этаже нашей 167-й школы был небольшой кабинетик, где ребят записывали в первый класс, - вспоминает музыкант. - Мы пришли с родителями. Я помню, что рядом стоял мальчик с мамой. И потом мы с этим мальчиком попали в один класс - 1 «Б». Это был Головкин.

- Примерно в те годы отец Головкина уже стал старшим инженером в своем НИИ, ваш отец, как известно, был дипломатическим работником. Школа была, как тогда бы сказали, «блатная»?

- Нет, ничего такого. Обычная, по месту жительства. В этой школе учился практически весь наш район. Здание большое, учеников было так много, что в параллели количество классов доходило до буквы «Е». Да и классы многие были перегруженными. У школы не было никаких специализаций, но был довольно сильный преподавательский состав.

- А что это был за район в то время? Местность вокруг Речного вокзала тогда только начали застраивать многоэтажными домами?

- Мы туда переехали с родителями из обустроенных Филей, а на новом месте - пруды с камышами и тритонами, лес, а из окон новой квартиры была видна деревня Аксиньино. Козы гуляли сами по себе, часто приходили к школе. Однажды мы с бабушкой сидели на кухне, и вдруг услышали дикие голоса с улицы. Мужик дубасил женщину колом у деревенского колодца. Бабуля открыла окно и крикнула: «Как же вам не стыдно? Немедленно прекратите!» А обратно прилетел такой трехэтажный мат, что я одномоментно узнал очень много неизвестных доселе русских слов. Это сейчас район уже застроен так, что там вообще ни проехать, ни пройти. А в нашем детстве это был зеленый, красивый край. Когда его постепенно заселили, он стал культурным микрорайоном с кинотеатром «Нева», магазинами, футбольным стадионом, музыкальной школой…

Внешний вид менялся стремительно. Деревня исчезла быстро, на ее месте стали вырастать новые дома, ну и прибавлялись ученики в школе, естественно.

Класс 10А 167-й московской школы. Сергей Головкин - в правом нижнем углу. Музыкант Армен Григорян - вторая парта среднего ряда, справа.

«ОН СИДЕЛ НА ПЕРВОЙ ПАРТЕ»

- Каким вам запомнился Сергей Головкин в школьные годы?

- Вообще-то он был, конечно, человеком очень замкнутым. Насколько я помню, никогда не участвовал во всяких тусовках внеклассных. Не играл с нами в футбол, не играл в карты, не бегал за девочками. А только вот что касается самой учебы - да. Он сидел на первой парте некоторое время, был достаточно хорошим учеником. Ничего в нем не предвещало монстра. Я вот думал, что он ни разу не был на наших концертах нашей школьной группы, но на одной из фотографий я все-таки его увидел. Он спиной к сцене стоит. Эту фотографию мне прислала одноклассница.

- Известно, что у Головкина в детстве была воронкообразная грудь. Он даже корсет носил для исправления осанки. Дети на это обращали внимание?

- Нет, это все было незаметно. Но у него иногда были покраснения на лице, обильные подростковые прыщи. Он был замкнутым парнем и я, как и большинство наших ребят, общался с ним только на уровне «привет-пока».

Фрагмент из книги:

«Сереже постоянно хотелось в туалет. Примерно каждый час в дневное время и по два-три раза за ночь. Причем позывы могли возникать в самый неподходящий момент. Например, прямо во время школьных занятий. Отпрашиваться в туалет с каждого урока он стеснялся, поэтому пытался дотянуть до перемены. Но как? Рассказывал: чтобы сдержаться, он зажимал свой член руками, мял его и терпел. Со временем у него в такие моменты начали появляться фантазии, как он мучает своих одноклассников. Причем всегда только мальчиков. Например, часто представлял, как жарит то одного, то другого на большой сковородке. Постепенно мальчик обнаружил, что мысли о пытках других детей его возбуждают. Физически. По-взрослому».

- То, что Головкин делает под партой, другие дети замечали? Может быть, смеялись над ним? - спрашиваю у Армена Сергеевича.

- Я не помню ничего подобного.

- И никто даже не догадывался, кого из одноклассников он мечтает помучить?

- Когда Головкина уже задержали, весь наш класс вызывали в прокуратуру. И одноклассник Коля Касьяненко потом рассказывал мне, что по словам следователя, Головкин именно его представлял в своих больных фантазиях, как он с удовольствием поджаривает Колю на вертеле.

Негативы фотографий, сделанный на одном из следственных экспериментов с участием Головкина.

Фото: Александр РОГОЗА. Перейти в Фотобанк КП

«ПОРТОВЫЕ ДРАЛИСЬ С «ЧИКАГО»

- С вашего позволения, вернемся к описанию кварталов вокруг Речного вокзала в конце 1960-х и начале 1970-х. В то время ведь частенько случались драки район на район?

- Бывало. Портовые (то есть, юные жители района Речного вокзала, - Авт.) дрались, к примеру, с районом «Чикаго». (Так в народе прозвали квартал, который находился в границах нынешних Солнечногорской, Сенежской и Флотской улиц, - Авт.). Дрались палками, цепями. Это было, конечно, совершенно жуткое зрелище. Иногда и нам с друзьями приходилось участвовать в битве. Мы были, понятное дело, за портовых.

Интересно, что некоторые ребята из той самой деревни Аксиньино, которые играли с нами в футбол и слыли грозной шпаной, потом, через много лет, помогали нам с охраной на концертах «Крематория».

- Вы несколько раз упоминали футбол. Насколько я знаю, эта школьная команда с вашим участием даже несколько районных турниров выигрывала. Это была секция при школе?

- На территории школы было футбольное поле, огороженное забором. В свободное от учебы время мяч там гоняли регулярно. Ну а кто там собирался? Местные хулиганы, юные фанаты футбола, да и учащиеся соседней музыкальной школы не брезговали размять ноги. Словом, классовый интернационал. Однажды на поле появился профессиональный тренер, который предложил собрать команду и сыграть в районном турнире на приз «Кожаный мяч». В результате три года подряд мы доходили до финала этого чемпионата.

Два раза у нас была золотая медаль, один раз серебряная. А в самой школе были волейбольный и баскетбольный залы, там проводились секции по этим видам спорта. У нас была очень хорошая учительница по физкультуре - Елена Евсеевна. В наших классах довольно рослые были ребята, потому что Елена Евсеевна пропагандировала баскетбол - мы постоянно в него играли.

- У Головкина во взрослом возрасте рост 191 см. Он ростом выделялся уже тогда?

- По-моему, при построении на уроках физкультуры он стоял четвертым. (Из почти двадцати пацанов, - Авт.). У нас в классе были баскетболисты еще и повыше него. Я не помню, ходил ли Головкин отдельно в эту секцию. Но когда мы играли в баскетбол на уроках физкультуры, он, благодаря росту, активно работал в нападении и неплохо забрасывал мяч в корзину.

После школы Головкин поступил в Сельхозакадемию имени Тимирязева.

Фото: Александр РОГОЗА. Перейти в Фотобанк КП

ОТКУДА ВЗЯЛИСЬ ЛОШАДИ

Забежим немного вперед. После школы Сергей Головкин отучился на зооинженера в Сельхозакадемии имени Тимирязева. Убивать детей начал, уже работая на Московском конезаводе №1 в Горках-10 на Рублевке. Лошади были настоящей страстью серийного убийцы. А начался этот интерес еще в школьные годы.

Одноклассник Головкина Марат Лирцман занимался в конной секции на Центральном Московском ипподроме и часто рассказывал ребятам, как там здорово. А потом начал зазывать их с собой, водить на экскурсии, показывать конюшни, знакомить с тренерами.

- Маратик вскоре после этого уехал с семьей сначала в Израиль, потом в Америку, - вспоминает Армен Григорян. - Очень приятный человек. У меня случилась с ним забавная история в 2000 году. Мы тогда с «Крематорием» приехали в Америку на гастроли и останавливались в знаменитой нью-йоркской гостинице «Пенсильвания». И вдруг перед концертом раздается звонок у меня в номере. И на том конце провода наш Маратик. И он зовет нас на автоэкскурсию по Нью-Йорку. Я говорю: «У нас в ансамбле 8 человек, мы в машину не влезем!» Он отмахнулся: «Не волнуйся, все будет хорошо». Мы встретились в «Пенсильвании, я, разумеется, пригласил его на концерт, а после мы с музыкантами вернулись в отель и в назначенное время собрались в холле. Выходим на улицу, а там стоит длинный белый «Линкольн», шофер в лампасах, ну натуральный «генерал» (имеется в виду в красивой форменной ливрее, - Авт.) открывает дверь со словами:

«Welcome, gentlemen», а внутри сидит Маратик с шампанским и симпатичными дамами. Оказалось, у него собственный таксопарк в Нью-Йорке. Весело покатались, было бесконечно приятно повидаться со старым школьным товарищем…

Армен Григорян и Марат Лирцман. Когда-то он сидел за одной партой с Сергеем Головкиным.

Салон того самого лимузина, на котором Марат Лирцман заехал в Нью-Йорке за музыкантами «Крематория». На дальнем сидении Армен Григорян.

ПРОГРЕССИВНАЯ «АНГЛИЧАНКА» НАТАЛЬЯ БОРИСОВНА

- На допросах Сергей Головкин вспоминал: «В 7 классе у нас при школе существовала туристическая секция. Ею руководила Малолеткова Наталья Борисовна. С ней мы бывали в различных туристических походах, как по Московской области, так и за ее пределами. Помню, были в Можайске - смотрели Лужецкий монастырь, были в Латвии, на Байкале».

- Наталья Борисовна действительно устраивала туристические походы С ней многие ребята ходили. А я не очень люблю эти палатки и костры, поэтому я как-то не очень. А Головкин - да, по-моему, ходил. Что касается Натальи Борисовны, она была очень прогрессивным учителем. Незадолго до этого окончила институт и устроилась к нам в школу преподавателем английского языка. А еще она любила музыку, в том числе и англо-саксонскую. В какой-то момент у нас, у школьников, началось увлечение музыкой. В каждом классе стали появляться группы. И Наталья Борисовна добилась от администрации школы, чтобы нам купили аппаратуру. Самодеятельных ансамблей было очень много - практически в каждом классе старшей школы! Рок-группами они не назывались, конечно, но играли, конечно, рок-музыку - как могли…

- То есть, вот так и начался будущий «Крематорий»?

- Да, мы с ребятами тоже играли. А Наталья Борисовна приходила к нам на репетиции иногда. Мы в итоге потом даже выиграли конкурс районный и даже ездили на городской конкурс в Дом пионеров на Ленинских горах. Правда, девочка, которая с нами пела песню, забыла слова, и мы провалились.

- Вы как-то рассказывали, что «англичанка» учила ребят английскому языку именно через рок-музыку.

- Так и было. Наталья Борисовна организовала занятия по английскому языку в режиме онлайн-переводов. Как правило, мы слушали пластинки зарубежных групп - на конвертах тогда обязательно были еще и тексты песен. В-основном это был «Пинк Флойд». Была еще одна пластинка Джимми Хендрикса - я ее купил на Калининском проспекте (теперь это Новый Арбат, - Авт.), у магазина «Мелодия» у модного спекулянта. Она оказалась совершенно заезженной. И вот мы слушали, пытались понять, что там говорит Хендрикс.

Поэтому на уроках Малолетковой посещаемость была практически стопроцентная.

ИСТОРИЯ ПРО ЖУРНАЛ «РОВЕСНИК»

- Это еще эра виниловых пластинок. Сейчас любую музыку можно в интернете найти. А тогда как приходилось выкручиваться? Это же вам, подросткам, нужно было фарцовщиков искать?

- Нам повезло - у нас в школе учился Александр Тихов, он потом стал директором клуба филофонистов на Горбушке. Саша торговал фирменными пластинками. Пластинки иностранных групп, выпущенные на югославском «Юготоне», стоили 30 рублей. А фирменные, то есть американские и британские, - по 50. (В то время это треть зарплаты среднего советского инженера, который получал 120-150 рэ в месяц, - Авт.). А если ты уже купил некое количество пластинок, их потом можно было пускать в оборот - меняться на диски других артистов. За счет этого у нас и происходило знакомство с новой музыкой.

Иногда Саша Тихов благородно давал нам на часик пластинку, чтобы мы успели переписать альбом на катушечный магнитофон. Это музыкальное развитие в школе было как взрыв. Бах! - и все вдруг стали увлекаться рок-музыкой.

- Вы сами тогда что слушали?

- Вначале, конечно, «Битлы» да «Ролинги». Потом у нас был очень долгий период увлечения тяжелой музыкой - Black Sabbath, Led Zeppelin, тот же самый Джимми Хендрикс, Grand Funk Railroad, Nazareth… Но, кстати говоря, наряду с этим тяжелым роком я слушал и Боба Дилана, и группу The Carpenters и так далее. Однажды с моим приятелем написали письмо в редакцию журнала «Ровесник». Тогда там печатали более-менее прогрессивные статьи и вышла такая очень известная статья «Факты и фактоиды из жизни Джима Моррисона». А мы тогда увлеклись и The Doors и написали в журнал письмо, что хотелось бы побольше таких статей. Подписались без фамилий, просто «ученики 9 класса 167 школы». Прошло сколько-то дней, мы сидим на уроке, в класс входит директор школы и строго спрашивает: «Кто написал письмо в журнал «Ровесник»?!» Ну, мы, дрожа, подняли руки. А он говорит: «С вами хочет поговорить главный редактор журнала «Ровесник» товарищ Нодия». В общем, это была беседа со школьниками, какие у них музыкальные интересы. В-основном, говорил я и Витька Грушин. Потом в журнале вышла статья про Queen, потом про Led Zeppelin.

ФИШЕР И ПИАНИНО

- Во всех энциклопедиях русского рока написано, что предтечей «Крематория» стала ваша школьная группа «Черные пятна», которую вы сколотили в 14 лет. Как это было?

- Поначалу, когда в школу только купили аппаратуру, я не помню, как называлась наша группа. Может, она и не имела названия. Мы репетировали какую-то песенку, потом ехали на конкурс школьных вокально-инструментальных ансамблей в Доме пионеров на Соколе. Это были первые шаги. Играли инструментальную музыку, песни советских композиторов. А потом уже начался рок-н-ролл. Состав менялся, но в основном со мной всегда играл мой одноклассник, с которым мы просидели на одной парте десять лет, - Сашка Севастьянов. Он был очень талантливым барабанщиком, у него в голове будто сидел метроном (прибор, который отсчитывает темп равномерными ударами, - Авт.), он играл очень ровно. Он потом еще утроился на подработку дворником и накопил на настоящие барабаны. Так у нашей группы появилась своя ударная установка - по тем временам это как «Майбах» купить! Гитары были самопальные. Трудовик разрешал нам иногда на станках самодельничать. Электрогитары выпиливали по фотографиям. На гитаре у нас играл Игорь Шульдингер, потом его сменил Серега Свободин. И вот тогда уже мы назвали группу «Черные пятна» - скорее всего, по какой-то аналогии с группой Black Sabbath (Черная суббота, - англ., - Авт.).

- А в самой школе концерты часто были?

- Несколько раз в год. Иногда на школьные вечера к нам приезжали довольно известные советские группы. Я помню концерт «Удачного приобретения» (в этой команде когда-то начинал известный композитор Владимир Матецкий - автор «Лаванды» и «Здравствуй, мальчик Бананан», - Авт.). Потом была группа «Черная карусель» с Крисом Кельми.

Иногда мы просили через нашего директора, очень умного и прогрессивного педагога Владлена Александровича Миславского, чтобы нам дали на этих вечерах поиграть пару песен. Взрослые дядьки играли первое отделение, уходили отдохнуть и в перерыве на сцену выползали мы. Играли песни Чака Берри, «Битлов», «Слейд», «Назарет». В 9 классе нас позвали выступить на выпускном в соседнюю 156-ю школу. Это был первый успех!

- Вы сказали, что даже не думали, что Головкин был на концертах. А мама Фишера вспоминала, что он какое-то время занимался в музыкальной школе, играл на пианино. Вы не припомните, что бы Головкин пытался устроиться куда-то в группу, интересовался музыкой?

- Большая новость для меня. Никогда я такого не видел, чтобы он чего-то играл или хотя бы просто пел.

Головкина одноклассники считали незаметным. И уже после задержания маньяка Фишера с удивлением увидели его на фотографии рядом со школьным ансамблем.

КОНФУЗ НА ВЫПУСКНОМ

Фрагмент из книги:

«Многие ребята в старшей школе уже вовсю встречались с девочками. Даже в самом 10 «Б» было несколько пар. Но Головкин, и это отмечали все девчонки, никогда и ни к кому не проявлял симпатий, не пытался дружить, не делал никаких намеков. Никогда, кроме одного случая. И это случилось прямо в их выпускной вечер».

Одна из одноклассниц Сергея Головкина потом рассказывала следователям, что в тот вечер будущий маньяк неожиданно подошел к ней и пригласил на танец. Но она отказала. И объяснила почему: «Головкин был никакой»…

- На выпускном мы с группой не играли, по-моему, - говорит Армен Григорян. - Была торжественная часть, директор произнес речь, потом мы посидели за столами. А потом мы отправились на Речной вокзал, сели на корабль - это уже в ночи было - и по Химкинскому водохранилищу сделали круг. Уже на борту мы веселились вовсю.

- Алкоголь на выпускном был? Знаете, ребята обычно стараются спрятать где-то и бегают в течение вечера за «веселыми» напитками.

- Я помню, что мама одной из наших одноклассниц все это чудесно организовала. Вино у нас было. Как оно было спрятано или как пронесено на корабль, я не знаю, но точно могу сказать, что никакой потребности в поисках не было. Наверное, был с нами и кто-то из учителей, но они вели себя очень скромно, потому что на судне мы веселились вовсю. В конце концов наши доблестные выпускники облевали всю палубу, покинули судно и шумно разошлись по домам.

Одного из мальчиков Фишер зверски убил в лесу у пионерского лагеря.

Фото: Александр РОГОЗА. Перейти в Фотобанк КП

«МНЕ ПОКАЗЫВАЛИ ФОТОГРАФИИ ИЗ ДЕЛА»

- Вы рассказывали в одном из интервью: когда позвонили из прокуратуры, вы были шокированы, что Головкин оказался тем самым маньяком Фишером. То есть об этом серийном убийце разговоры вокруг вас шли?

- Конечно. У нас был один парень, который все время пересказывал новости из преступного мира. Он говорил, что есть какой-то Фишер, который убивает детей. И я, конечно, удивился, что Фишером оказался Головкин. Я не ожидал… Потому что преступления были жутчайшие. Я даже поверить не мог, что Головкин способен был на такое. Я ездил на допрос в прокуратуру. По-моему, на Тверскую - сейчас точно не помню. В кабинете сидел человек, который показывал мне фотографии из уголовного дела.

- То есть, он вас знакомил с какими-то деталями?

- Да. Он пытался узнать - видел ли я что-то странное в Головкине, подозревал ли, что этот человек мог что-то подобное когда-либо совершить.

- В уголовном деле список свидетелей, которые выступили в суде. Вашей фамилии там нет. Вы отказались пойти в суд?

- Нет, меня туда и не вызывали. Да и что я мог засвидетельствовать? Я в прокуратуре уже рассказал все, что вспомнил про него. И больше меня не тревожили.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Россиянка сбежала с ребенком от мужа-француза, узнав его страшную тайну и два года пряталась в деревне, выдавая себя за монашку