Главный советский индеец Гойко Митич живет в Германии, но остается сербом

Гойко Митич в редакции "КП"

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Гойко Митича трудно назвать всемирно известным актером, но есть как минимум три территории, на которых его имя произносят с трепетом. Это бывшая Югославия, бывшая ГДР и бывший СССР. В Югославии (точнее, в Сербии) он родился, в восточной Германии много и активно снимался в вестернах, а в Советском Союзе эти вестерны с замиранием сердца смотрели мальчишки, родившиеся в 60-х. Кстати, Гойко прекрасно владеет, кроме родного сербохорватского, немецким и русским языками, - так что интервью, которые он дает российским журналистам, обычно проходят с минимальным участием переводчика.

НЕСОСТОЯВШИЙСЯ ФИЗРУК

Гойко родился в 1940 году в крестьянской семье. Раннее детство, понятно, пришлось на Вторую мировую войну, и отец Гойко ушел в партизаны. Ну, а мальчик рос у дедушки с бабушкой, в относительной безопасности, и был чрезвычайно активным - лазал по деревьям, в шесть лет начал ездить на лошади. После школы поступил в Белградский институт физкультуры и, наверное, в конце концов стал бы физруком, - но в какой-то момент его с другими студентами позвали участвовать в массовке вполне себе проходного британского фильма «Ланселот и Гиневра» (из соображений экономии съемки шли в Югославии). Оказалось, что Гойко напоминает кого-то из исполнителей главных ролей; стал его дублером и выполнял за него все трюки.

Долго ли, коротко, а молодого человека пригласили сниматься в западногерманских экранизациях романов Карла Мая про индейцев, написанных еще в XIX веке. Гойко, конечно, согласился - романы Мая (никогда с настоящими индейцами не общавшегося, но обладавшего бурной фантазией) были его любимым чтением в детстве. Но истории про вождя апачей Виннету большой славы ему не принесли - все-таки Гойко играл там роль второго плана.

Кадр из фильма «След Сокола»

А потом и в ГДР, на студии DEFA, решили делать свои, социалистические вестерны. И тут все решила судьба. Бесчисленное количество раз Гойко Митич вспоминал, как собрался ехать кататься на лыжах, уже выходил из квартиры, закрывал за собой дверь, - и вдруг услышал телефонный звонок. Он колебался - подойти к телефону или ну его на фиг? Все-таки вернулся в квартиру и подошел. Звонили из объединения «Югославия-фильм». Оказалось, что по стране уже несколько недель ездят немецкие кинематографисты, ищущие натуру и актеров для своих картин. Натуру нашли, исполнителя главной роли - нет, но кому-то на глаза попалась фотография Митича, и с ним желают познакомиться, причем немедленно - через считаные часы надо улетать обратно в Берлин... Гойко отбивался, объяснял, что у него лыжи, но секретарша была крайне настойчива, и в результате вместо курорта он отправился на встречу. Немцы пришли от него в восторг, особенно когда выяснилось, что Гойко худо-бедно может изъясняться на их языке.

Результатом всего этого стал фильм «Сыновья Большой Медведицы» по роману современной ГДР-овской писательницы Лизелотты Вельскопф-Генрих (права на экранизацию удалось получить без труда, в то время как права на романы Карла Мая намертво застолбили продюсеры из ФРГ). Именно эта картина сделала Гойко звездой, именно после нее он переехал в Германию, где с тех пор и живет, выучил немецкий в совершенстве и снялся еще в десятке вестернов-хитов. Продюсеры осваивали романы Фенимора Купера и Томаса Майн Рида, на которые права вообще покупать было не надо - и Гойко становился то Чингачгуком Большим Змеем, то Оцеолой, вождем семинолов. Это не говоря уже о разных Черных Барсах, Зорких Соколах и Твердых Скалах в картинах на оригинальные сюжеты. Именно эти прекрасные персонажи и создали у советских подростков представление об индейцах и вестерне как жанре: американские эталонные образцы, за исключением разве что «Золота Маккены», до советского экрана не доходили. Не только из-за идеологии и квот на голливудский кинематограф (допускалось не более 6-7 фильмов в год), но и просто потому, что стоили дорого, а валюту было жалко.

«ТАБАКА Я БОЮСЬ С ДЕТСТВА»

На самом деле Гойко Митич играл самые разные роли: есть у него в фильмографии и итальянские мафиози, и испанские коммунисты, и римские гладиаторы, и американские астронавты, и советские разведчики. Но индейцы, конечно, затмили все. Он играл индейца, например, в спектакле по «Пролетая над гнездом кукушки» Кена Кизи (причем его герой был в центре сюжета, а не на периферии, как, скажем, в фильме Милоша Формана). Множество раз выходил на сцену в образе того самого Виннету, с фильмов про которого началась его карьера...

Кадр из фильма «Вождь Бело Перо»

В какой-то момент он не выдержал и поехал в Америку - знакомиться с настоящими индейцами, ныне живущими в резервациях. Привез кассеты со своими фильмами, показал им. Они остались очень довольны и специально для Гойко провели магический обряд. Шаман спросил, какое у него «имя на языке природы», Митич ответил, что такого имени у него нет. Шаман потребовал закрыть глаза: «Ты увидишь животное. Думай о нем». Митич закрыл глаза и внезапно увидел волка. Рассматривал его, не произнося вслух ни слова. И тут шаман, словно прочитав его мысли, неожиданно сказал: «Ты будешь Волком»...

При этом трубка мира и табак - сакральные для индейцев вещи - вызывали у Митича резкое неприятие. В интервью «Комсомолке» несколько лет назад он рассказывал, что самая тяжелая съемка в его жизни была, когда перед камерой пришлось курить трубку мира. Выходило неубедительно, и сцену сняли лишь с двадцатого дубля. Вообще же актер боится табака с детства, с того момента, как бабушка однажды показала ему на свежеуложенный асфальт и сказала: «Будешь курить - легкие у тебя станут такого же цвета!» С тех пор каждый раз, когда Гойко видел человека с сигаретой в руке, представлял себе его черные легкие - и его передергивало.

Актер на кинофестивале в Благовещенске, 2019 г

Фото: Лариса КУДРЯВЦЕВА/ЭГ. Перейти в Фотобанк КП

Наверное, именно здоровый образ жизни и помог ему добраться до преклонного возраста в весьма бодром состоянии. Выпивал он всегда по чуть-чуть, пиво или красное вино, а в какой-то момент, проснувшись ночью с сильной головной болью, бросил совсем. Он вообще ЗОЖник: «Я не переедаю, кушаю ровно столько, сколько мне надо. Спортом всегда занимаюсь. Нужно каждый день больше двигаться, это очень важно. В Берлине, где я живу уже 50 лет, катаюсь на каяке, благо, живу там рядом с речкой. Если отправляюсь за покупками, не еду на машине - всегда пешком. Если иду на встречу в какой-то высотный дом, не поднимаюсь на лифте - только по лестнице. Каждое утро принимаю холодный душ перед завтраком… На завтрак иногда варю кашу, но не каждый день - я от нее становлюсь совсем сытый, двигаться становится тяжелее! При этом я приучаю своих немецких гостей к балканской кухне: они каждый раз поражаются, когда приходят ко мне в гости, просят рецепты. А это очень простые блюда, которые я сам придумал. Беру, например, курицу, варю ее или тушу, а овощи аккуратно добавляю каждый в свое время, чтобы ни один не был переварен. Тогда ты чувствуешь отдельно вкус морковки, отдельно картошки, и так далее - ничто не смешивается в однородное безвкусное варево».

И, проведя более чем полвека в Берлине, он не начал онемечиваться. «Все, хорошее, что есть у немцев, я стараюсь перенимать: например, их дисциплинированность. Но остаюсь сербом. И иногда как раз стараюсь немцев чуть-чуть воспитывать своим примером - стараюсь делать все, чтобы они, общаясь со мной, слегка расслабились!»

САМЫЕ ИЗВЕСТНЫЕ ФИЛЬМЫ

«Сыновья Большой Медведицы» (1966)

«Чингачгук - Большой Змей» (1967)

Дилогия «След Сокола» и «Белые волки» (1968-69)

«Оцеола» (1971)

«Текумзе» (1972)

Дилогия «Апачи» и «Ульзана» (1973-74)

«Братья по крови» (1975)

«Вождь Белое Перо» (1983)