Инопланетянин Сунгоркин: 71 год со дня рождения легендарного главного редактора «Комсомольской правды»

Фото: Леонид ЗАХАРОВ. Перейти в Фотобанк КП

Владимир Николаевич любил Дальний Восток. В экспедициях прошел этот край вдоль и поперек.

Но и в походе руководил «Комсомолкой»: по спутниковому телефону всегда на связи. На фото: река Средний Сакукан, Чарская котловина

16 июня исполняется 71 год со дня рождения легендарного главного редактора «Комсомольской правды».

Владимир Николаевич Сунгоркин ушел из жизни во время экспедиции по Дальнему Востоку. Друзья, родные, коллеги собрали свои воспоминания о нем в книгу. Назвали ее «Владимир Сунгоркин: «Я с вами, ребята!». Точнее не скажешь. Он все время с нами, всеми, кто делает сегодняшнюю «Комсомолку». Сунгоркин и есть «воздух 6-го этажа», которым мы будем дышать всегда, пока жива «КП».

Вспоминая нашего Главреда, публикуем отрывки из рассказа его друга и соратника Владимира Мамонтова (председатель Совета директоров медиагруппы «Комсомольская правда», генеральный директор радиостанции «Говорит Москва»).

Все знают, что наша компания под руководством Сунгоркина сплавлялась по речкам. И были у нас посиделки такие на удобной косе, когда погода хорошая, горит костер, на другом берегу похрустывает медведем (или лосем) тайга. А под это идут разговоры о чем угодно. И по кружечке выпивали, конечно, у костра, а как же без этого? Без этого и уха не варится.

После всего этого Сунгоркин вопрошал: «Ну что, слушать будем про инопланетян?» Несколько у него было таких рассказов, так или иначе касавшихся удивительных событий, таинственных мест и явлений, которым он не имел объяснения. И он увлекался этим по-настоящему.

Это хорошее, на мой взгляд, его качество. Потому что многие, встречаясь с непонятным, не знают, как себя вести. Или наоборот: заранее знают. Такому человеку всегда все ясно, к тому же это лапша какая-то для непросвещенных масс. А он интеллектуал.

ЧТО ЭТО БЫЛО?

Из раннего: сплав по реке Кеме задокументирован в фото журналиста Юрия Роста (Сунгоркин стоит). Юрий РОСТ

Сунгоркин тоже был интеллектуал, каких мало, но на этот высоколобый понт его взять было нельзя. Он в жизнь вникал. А начнешь правильно вникать - мир меняется вокруг.

Рассказ про летающие тарелки Сунгоркин повторял много раз именно в тайге. Потому что, когда он работал собственным корреспондентом «Комсомольской правды» на БАМе, зимой в ночи они где-то в тайге бедовали или, наоборот, гулеванили, сейчас уж не помню. И вдруг видят: на фоне черного неба бамовского летит нечто серебристого металла, прожекторами светит. И не где-то далеко, а совсем близко, и, по словам Володи, это была удивительная конструкция обтекаемая, он даже на ее иллюминаторах заклепки в бинокль разглядел.

Он был очень наблюдательный человек и журналист; это видно, если почитать его географические заметки, их много сохранилось в разных хороших изданиях. И ему в душу эти заклепки вклепались навсегда.

Сунгоркин заканчивал рассказ, и, конечно, начиналось обсуждение: что ж это было? Каждый у костра представлял эту ситуацию по-своему. Кто-то говорил: да это вам приснилось или просто приняли лишнего. Кто-то говорил: удивительная вещь, конечно, но бог с ней, я спать пошел. У меня была прагматичная версия, что это наши ребята что-то там испытывали, и, кстати, тому есть подтверждения. Можно прочесть про летательные аппараты, которые закончены не были, но испытательно летали как раз в тех краях. А сегодня это называется «Авангард». Или «Посейдон». Это одна из версий. Но должен сказать, что она Володе нравилась.

В ПОИСКАХ ТУНГУССКОГО МЕТЕОРИТА

Он искал, действительно искал объяснения мучившим его вопросам до конца жизни. Искал осколки Тунгусского метеорита в эвенкийской тайге, искал загадочную Несси в якутском озере Лабынкыр, много лет пытался разгадать тайну перевала Дятлова на Северном Урале, где погибли студенты УПИ в 1959-м… Пытливость - классная черта, выделявшая его на фоне массы умудренных банальщиной всезнаек. Сунгоркин всезнайкой не был. Он хотел знать ответы на многие тяжелые вопросы, куда тяжелей фигни серебристого металла, и этого не стеснялся. На этом, кстати, и концепция новой «Комсомолки» строилась: выйти за грань банальности.

...Сунгоркин всегда хотел знать, как жизнь устроена по-настоящему. В этом смысле он и сам какой-то инопланетянин был. Мало таких. Вот за это я его очень любил и как мог поддерживал.

Фото: Леонид ЗАХАРОВ. Перейти в Фотобанк КП

ОН РОС НАД СОБОЙ

Сунгоркин еще отличался тем, что за свою жизнь он переменил множество привычек, предпочтений, некоторых важных установок жизненных. Он «рос над собой», умудрялся. Но у него был такой талант, показатель полноты личности, ее состоятельности. Он умел переходить в новые свои состояния, становиться другим, новым Сунгоркиным, не выбрасывая, не зачеркивая и не отрицая себя предыдущего.

При этом он терпеть не мог людей, которые живут только прошлым. С такими людьми он старался не общаться. Я его, в общем, хорошо понимаю. Меня тоже пугает, когда человек начинает всерьез, не из ностальгии, а по-настоящему хотеть обратно в какую-то жизнь, которая представляется ему лучше нынешней.

Этот человек переходил в непонятную для Сунгоркина категорию, в которую он сам так и не перешел. Это категория «ветеранов». Он предполагал, не без оснований, что как только человек внутренне перестает быть активным участником процесса - пиши пропало. Из ветеранов «Комсомольской правды» он любил тех, кто не потерял «охоты жить» и не превратился в старого ворчуна.

Фото: Анатолий ЖДАНОВ. Перейти в Фотобанк КП

ИМ ДВИГАЛА ЛЮБОВЬ

Неудача для Сунгоркина означала только то, что технология достижения цели была неверной и надо ее срочно поменять и попробовать во второй раз. И в третий раз, и в четвертый. А в пятый получится!

Еще одну важную вещь он, безусловно, четко понимал: у человека есть миссия внутренняя. Вот человек живет-живет, тащит за собой воз работы, семьи, проблем. Если б там были одни только радости - так нет, конечно. Всякое бывает. Но при этом должна быть важная цель. Какой-то смысл во всей этой истории. Свет. Он побаивался это дело громко формулировать. Чтоб не сглазить. Но жил именно так.

И последнее, самое важное для него: любовь. Вот что двигало Сунгоркиным по жизни. Да, он ценил реки, друзей, книги, деньги, открывавшие двери и горизонты, обожал рулить и командовать, был любознателен и целеустремлен. Но только любовь способна была захватить его целиком.