Скорое окончание конфликта на Украине будет означать поражение Старого Света: кто заставляет Киев «воевать еще три года»
Глава польского МИДа Сикорский сообщил, что Киев настраивается «воевать еще три года», и Европа будет поддерживать Украину
Фото: REUTERS.
Экс-премьер и лидер партии «Батькивщина» Юлия Тимошенко заявила, что окончание военного конфликта между Украиной и Россией не за горами, ее поддержали несколько депутатов Рады, но глава польского МИДа Сикорский вылил ушат холодной воды, сообщив, что Киев настраивается «воевать еще три года», и Варшава вместе с остальной Европой в этом плане солидарны, и будут незалежную три года поддерживать.
На Радио «Комсомольская правда» говорили с Геворгом Мирзаяном, доцентом Финансового университета при Правительстве России.
- Усталость от конфликта — понятная вещь, так у кого есть готовность и желание воевать еще три года?
- Желание воевать у Зеленского есть. Желание воевать у Европы есть. Чем дольше воюют русские и украинцы, тем больше в Европе могут «под войну» заниматься мобилизацией, возрождать ВПК. Они же говорят, что конфликт на Украине - это наша, Европы, опосредованная война с Россией.
- Скорое окончание конфликта будет означать что?
- Для Старого Света - поражение в войне. Поэтому для них лучше продолжать ее максимально долго - пока каденции нынешних руководителей европейских стран сохраняются.
- А что касается Украины?
- Здесь помимо желания Зеленского должен сработать фактор экономических и технических возможностей. Да, безусловно, запад дает деньги на конфликт, на покрытие бюджетных дефицитов Украины – десятки миллиардов долларов. Но сколько он будет еще давать эти деньги?
- Но воюют не деньги — воюют люди и техника.
- Наши перешли к системному уничтожению украинской электрической и тепловой генерации, а без электричества воевать можно разве что на Папуа Новой Гвинее. Что касается живой силы, то, когда на Украине переходят к отлавливанию людей через ТЦК, они закрывают дыры в личном составе, но резко падает качество этого личного состава. И так можно затыкать дыры только короткое время.
- А разве настрой на затяжные бои есть у нас?
- А что сейчас заявлять о войне? О том, что она идет? О том, что мы победим? О ее итогах? Кстати, задачи СВО у нас определены номинально, но они не конкретизированы.
- Территориальный вопрос.
- Мы хотим возвращения российских территорий. Правильно. Наиболее четкая цель. Но тут возникает вопрос по «буферу безопасности». Какие территории войдут в буфер безопасности - и войдут ли они в рамках буфера в состав Российской Федерации? Кстати я считаю, что это правильный подход – что мы не оглашаем публично четкого определения целей.
- Чтобы потом скорректировать, в случае чего?
- Верно. Сейчас мы воюем… А когда будем выходить на дипломатический путь, вот тогда нужно обозначить перед российским населением четкие цели. Сейчас мы идем военным путем, потому что дипломатии нет. А в военном пути цели меняются в зависимости от ситуации на поле боя.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Поставки «Томагавков» сделают Украине хуже: Россию ничего не будет сдерживать