
Фото: Личный архив.
Недавно я был во Пскове, делал репортаж о депортированных из Латвии соотечественниках. Псковщина тепло принимает и граждан других стран, пожелавших там жить. Но, говоря с людьми, которые приехали пока ненадолго, чтобы подготовить переезд, я - уже не впервые - услышал: «Не фотографируйте, пожалуйста, не пишите фамилии. Боимся, что нас (в Германии, Австралии, Канаде и так далее) будут преследовать и препятствовать».
Их можно понять. Был бы русофил или даже просто критик русофобов, а статья найдется: об этом свидетельствует печальный опыт моих знакомых. Один за призывы услышать позицию России провел в польской тюрьме три года - и до сих пор невыездной. Второй пришлось почти в 60 лет покинуть США и без единого доллара в кармане начать новую жизнь. Третий попал под санкции ЕС и угрозу уголовного дела, закрывающую ему путь в родную Германию.

Фото: Личный архив.
Польскому политологу и журналисту Матеушу Пискорскому 48 лет. В начале двухтысячных он избрался в парламент от крестьянской партии «Самооборона». Был пресс-секретарем ее лидера Анджея Леппера. После загадочного «самоубийства» выступавшего за дружбу с Россией Леппера (политика на пике сил и популярности нашли мертвым в собственном офисе) Пискорский основал свою партию «Смена». В 2015 она была запрещена в Польше, а в 2016-м Пискорского арестовали. Его обвинили в том, что он «влиял на общественное мнение, продвигая политические цели России».
Матеуш провел в польской тюрьме три года. Семья и однопартийцы собрали деньги (эквивалент 3,5 млн. руб.) для того, чтобы он мог выйти под залог. Судебного процесса так и не было, а Пискорский до сих пор поражен в правах.
- Меня обвиняют в том, что я давал интервью российским СМИ и таким образом наносил ущерб внешней политике Польши. Я наказан без суда! - горько констатирует Пискорский в разговоре с «КП» из Варшавы через мессенджер.
- Но должен же быть юридический повод для трехлетней отсидки?
- Мне пришили статью «Шпионаж». При этом прокуратура признала, что я не имел доступа к госсекретам и, тем более, никому их не передавал…
Чтобы в дальнейшем подстелить себе соломки в подобных случаях, польские власти два года назад дополнили УК словами: «Те, кто в интересах зарубежной разведки распространяет в обществе дезинформацию… с целью навредить системе правления или экономике Польши и ее союзников, подлежит заключению на срок не менее восьми лет».
«Дезинформация» от Пискорского была в том, что он указывал на русофобию и шпиономанию польских властей, а также осуждал ВСУ за обстрелы, которым они подвергали с 2014 года Донецк и Луганск.
- После меня в тюрьме за распространение якобы пророссийских взглядов оказался и правозащитник Януш Недзвецкий, — говорит Матеуш. — В польских СМИ начиная с 2014 года было принято называть защищавших свои города дончан «террористами». Недзвецкий отказывался это делать, он призывал поляков увидеть и другую сторону в конфликте, который начался с поддержанного Польшей Майдана. Отсидеть Янушу пришлось четыре года. Он вышел этой весной под залог в 500 тысяч злотых (11 млг.руб. — Ред). Деньги собрали друзья. У нас чтобы посадить человека за пророссийские взгляды, нашим спецслужбам достаточно объявить, что любой российский гражданин, с которым этот человек общался, якобы бывший или действующий сотрудник российской разведки». А такие данные про каждого россиянина полякам готова подтвердить Служба безопасности Украины. И всё – даже если нет никаких доказательств, статья и срок готовы.
Несмотря на всё давление, Пискорский продолжает борьбу. В позапрошлом году он подавал заявку на поездку в Европарламент – чтобы по приглашению депутата из Латвии Татьяны Жданок рассказать о своей судьбе. Но прокуратура Польши отказала в разрешении на выезд с потрясающей формулировкой: «Ваша поездка может создать отрицательный имидж польскому правосудию в ЕС».
- Похоже, само польское правосудие признало: чем меньше о нем расскажут, тем лучше его имидж, - иронизирует Матеуш. Между тем Жданок выкинули из Европарламента за предполагаемое «сотрудничество с российским спецслужбами». Никаких доказательств не предъявили. Обыски у Татьяны ничего не дали.

Фото: Личный архив.
В конце сентября прогремела новость: бывшая помощница Джо Байдена, политолог, радиоведущая Тара Рид получила гражданство России. В 2020 году она обвинила экс-шефа в сексуальных домогательствах. А после начала СВО стала записывать видео в поддержку нашей политики. Сейчас Тара работает обозревателем на телеканале RT.
Мы встретились с Тарой в кафе на Патриарших. Американка любит здесь гулять, оживленные Патрики почему-то напоминают ей Сиэтл, где ей пришлось оставить самого дорогого человека – дочь.
- У дочки уже своя семья и сложившаяся жизнь в США, - объясняет Тара. – Я уехала в том числе и для того, чтобы не подвергать ее риску. В Штатах мне постоянно угрожали. Я отважилась рассказать, как сенатор Байден в 1993-м напал на меня в коридоре, его люди стали меня запугивать. Поэтому, когда мне два года назад предложили переселиться в Россию, я не раздумывала ни минуты.
Телеканал RT помог с регистрацией в Москве и устройством на работу. А потом я сама сняла квартиру и решила другие бытовые проблемы. Жизнь пришлось начать с чистого листа – из Штатов я не вывезла ни доллара…
- Тара, сегодня трудно представить себе постаревшего Байдена сексуальным агрессором, но в 1993 году он именно напал на вас с сексуальными намерениями, не так ли?
- Да. А потом меня объявили сумасшедшей скандалисткой. Но у меня были факты – друзьям я еще в 1993-м сообщила, что случилось. И моя мама тогда позвонила в прямой эфир шоу Ларри Кинга и рассказала всё, только не назвала Байдена по имени.
Почему Тара так долго не предавала домогательства прямой огласке? Боялась, что в ход будет пущена известная схема:
- Сначала вас преследуют через прессу. Потом говорят: окей, приходите в суд или в Конгресс, дайте показания. А там начинают задавать вопросы о любой мелочи – что на ком было надето, какого цвета были обои… И если хоть раз ошибетесь, заподозрят лжесвидетельство – и могут посадить в тюрьму.
Но эта несправедливость в конце концов заставила Рид быть смелее. И переосмыслить взгляды на мировую политику. Однако, несмотря на то, что у власти сейчас другой президент, Тара возвращаться домой не спешит. Она говорит: «Если пытаться бороться с глубинным государством - вас сомнут. Их цель - запугать людей так, чтобы никто не захотел стать ни новым Ассанжем, ни новым Сноуденом».

Фото: Личный архив.
53-летний Томас Рёпер впервые приехал в Россию из родной Германии еще в Советский Союз — в 1990-м. Занимался гуманитарной помощью советским людям в Санкт-Петербурге в 1991-м, потом занялся страховым бизнесом в России. А десять лет назад настал момент, когда пришлось из бизнесмена переквалифицироваться в журналисты — создать сайт опровержений антироссийским публикациям под названием «Антишпигель».
- Я верил немецкой прессе. Было так много работы, что на сомнения в том, что любимый мною журнал «Шпигель» глаголет истину, просто не было времени, - признается Томас.
Но все изменилось в 2014 году. Рёпер заспорил с русской девушкой Мариной: та говорила, что украинский Майдан – это ужас, а он возражал, ссылаясь на немецких журналистов.
«Тогда я решил разобраться, - вспоминает немец. – И я понял, что Марина права! Майдан был кошмаром, а про мирных протестующих нам врали. Меня это так потрясло, что я завязал с бизнес-карьерой. В жизни будет высокая цель – правда».
Томас создал онлайн-ресурс Anti-Spiegel и принялся разоблачать звучащую на Западе ложь о России и Украине. За это Рёпер подвергся санкциям Евросоюза, его счета в Германии заморожены.
Сейчас путь на родину немцу заказан:
- Моя подруга, живущая в России немецкая журналистка Алина Липп, которая вышла из партии «Зеленых» из-за несогласия с их антироссийской политикой, а потом стала писать о жизни в Крыму и работала в Донецке, сообщила, что ее маме прислали письмо: против нее в Германии возбуждено уголовное дело. Тогда я понял, что и Алине, и мне приезжать в ФРГ нельзя.
Наверняка такое же дело лежит и на меня. Ждет, когда я въеду в Германию. И тогда мне будут обеспечены годы тюрьмы.
- По какой статье вас могут судить?
- По 130 статья УК ФРГ. Той самой, которая карает за отрицание Холокоста. После начала СВО ее расширили, добавили в число подвергающихся уголовному преследованию всех, «отрицающих военные преступления». При этом немецкие политики и пресса не вспоминают, какие преступления совершались западными армиями вместе с нашим бундесвером в Афганистане и бывшей Югославии. Иначе пришлось бы и немецких журналистов привлечь по этой статье — за отрицание и замалчивание этих преступлений.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ