Похищение Мадуро предсказали много лет назад: всплыло старое видео с Уго Чавесом
США захватили президента Венесуэлы Николаса Мадуро
Фото: REUTERS.
Интернет гудит после публикации старых кадров: «Уго Чавес предсказал похищение Николаса Мадуро». Политики и военный, освободивший народ Венесуэлы, построивший медпункты в трущобах и изгнавший американские нефтяные компании из страны, прекрасно понимал, как США могут совершить переворот.
Смотришь архивные кадры и поражаешься: Чавес, не повышая голоса, произносит фразу, звучащую как реплика из заранее написанного чужого сценария:
«Самая агрессивная нация в истории человечества. Они осмелились сбросить атомные бомбы. Они вторглись в Панаму, разбомбили, сожгли целый квартал, чтобы забрать Норьегу, обвинив его в торговле наркотиками. И несколько лет назад мне сказали, что в конечном итоге и тебя обвинят в торговле наркотиками, тебя самого, Чавес. Это один из планов, который разрабатывается в США: связать Чавеса с торговлей наркотиками. И тогда все, что угодно, справедливо в отношении президента-наркоторговца. Речь идет об Америке. Они вторглись в Ирак под предлогом наличия оружия массового поражения. Его не было, но они все равно, они все равно повесили президента. Никакого суда»
Он называет это «формулой Норьеги». С Чавесом применить ее не решились, но сегодня в Каракасе уверены, что под задачу свержения Мадуро эту схему вновь вытащили на свет.
Чтобы понять, о чем говорит Чавес, вернемся в Панаму конца 1980 х - туда, где эта схема была впервые показана миру в своём беспощадном, оголённом виде: вчерашний хозяин страны - уже просто задержанный, в наручниках, под чужими прожекторами, на холодном бетоне чужой базы…
ВАССАЛ НЕ ДОЛЖЕН ГОВОРИТЬ «НЕТ»
Мануэль Антонио Норьега не умел очаровывать толпы - он умел держать в руках власть. Выходец из военной разведки, к 1983 му он стал командующим Панамских сил обороны и фактическим правителем страны. Панама при нём превратилась в перекрёсток, где сходились канал, деньги и призрачный мир закулисья: транзит, банки, «услуги». В такой географии власть особенно быстро учится цинизму - и особенно быстро становится уязвимой.
Парадокс в том, что долго Норьега был Вашингтону удобен, и даже получал от Пентагона немаленькое жалование. В холодной войне ценили не добродетель, а управляемость. Но управляемость - ресурс конечный. Чем самостоятельнее становился панамский «сильный человек», тем охотнее его прошлые связи превращали в компромат.
Милость Белого дома сменилась на гнев, когда власти Панамы отказались пересмотреть договор с США по управлению Панамским каналом…
Мануэль Антонио Норьега не умел очаровывать толпы - он умел держать в руках власть
Фото: GLOBAL LOOK PRESS.
КАК ПОЛИТИК СТАНОВИТСЯ ПРЕСТУПНИКОМ
Скажем откровенно: ангелом Норьега не был - был военным, политиком и управлял жесткой рукой. Поэтому к середине 1980 х режим запятнал себя репрессиями и громкими скандалами. В 1987 м Панаму тряхнуло: протесты, силовые разгоны, раскол внутри элит. Недовольные политикой вассала США усиливали давление - санкциями, дипломатической изоляцией, демонстративной активностью в зоне канала. Все подводилась к точке, где «решение вопроса» должно было выглядеть неизбежностью.
Именно в этот момент ширмой для готовящегося переворота стало уголовное дело. В 1988 году американская прокуратура предъявила Норьеге обвинения, связанные с наркотрафиком и отмыванием денег. Лидер государства переводился в разряд «подсудимых».
Так впервые возникла удобная интерпретация, в которой внешнее вмешательство можно представить как правоприменительную процедуру - приведение обвиняемого к суду. Стоит только произнести «наркобарон» - и любое грубейшее нарушение международного права внезапно становится актом «справедливости»…
«ПРАВОЕ ДЕЛО» И ГОРЯЩИЙ ГОРОД
К концу 1989 го Панама существовала в состоянии постоянного внутреннего напряжения: спорные выборы, отмена результатов, улицы, уставшие от компромиссов. В октябре провалилась попытка переворота, и главные заговорщики, офицеры панамской армии, скрылись на американской военной базе, недвусмысленно указывая на реального заказчика. После этого США приняли решение о военном вмешательстве. А Casus Belli, поводом для войны стало убийство американского лейтенанта морской пехоты Роберта Паса 16 декабря. 20 числа началась операция с пафосным названием «Just Cause». В переводе - «Правое дело», а по сути - масштабное вторжение.
Целью объявляли «защиту граждан США, демократии и безопасности Панамского канала». На практике били по инфраструктуре режима: штабы, казармы, связь. Но «точечные» войны оставляют ожоги там, где живут не генералы. Квартал Эль Чоррильо в Панама-Сити, рядом со штабом обороны, стал символом: пожары, разрушения, люди, бегущие из огня. О числе погибших спорят до сих пор (по панамским данным, погибли 570 человек, США до сих пор настаивают на цифре 515 человек).
НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЛИДЕР, КАК ТРОФЕЙ
Целью «Правого дела», конечно же, стал Норьега. Он не умер на площади и не сдался «величественно». Он растворился в хаосе первых дней и в итоге укрылся в апостольской нунциатуре Ватикана. Там началась осада нового типа: без штурма, но с непрерывным давлением - кордоны, переговоры, прожекторы, громкая музыка, превращающая убежище в изматывающую клетку. 3 января 1990 года Норьега вышел и сдался. Его вывезли в США - как трофей, как доказательство, как итог операции. Суверенитет Панамы в тот миг был приведён к статусу формальности - формальности, которую сверхдержава сочла возможным не учитывать.
СУД, ПРИГОВОР И СМЕРТЬ
Громкий судебный процесс шел в Майами. 10 июля 1992 года Норьегу, уже не как политика, а как наркобарона, приговорили к 40 годам лишения свободы. Но и это был не конец - после 15 лет тюрьмы, в 2007 году, бывшего лидера экстрадировали во Францию, где ему еще раз предъявили обвинения в отмывании денег и контрабанде наркотиков. А в 2011 году Франция выдала Норьегу Панаме, где он получил срок за политические убийства и преступления диктатуры.
Умер он в 2017 м, но его история осталась в памяти как наглядный пример того, как уголовные обвинения могут стать языком внешней политики и оправданием действий, выходящих далеко за пределы международного права.
В Майами Норьегу судили уже не как политика, а как фигуранта уголовного дела
Фото: GLOBAL LOOK PRESS.
ПАНАМСКИЕ УРОКИ
Чавес говорил о механике: обвинение способно заменить аргумент, а «борьба с преступностью» - стать индульгенцией на вмешательство. В венесуэльском споре вокруг Мадуро это читают именно так. И в этом - главный урок Панамы: расправа над одним человеком становится поводом для лишения свободы выбора целого народа.
Похищение Мадуро предсказали много лет назад
Старая плёнка с Чавесом не стареет потому что задает вопрос, адресованный всем: сколько стоит превращение политики в уголовное дело - и кто расплачивается по этому счёту на самом деле. Ответ, как показывает Панама, чаще всего пишется не в обвинительном заключении, а на обугленных стенах домов, которые не умели ни торговать наркотиками, ни вести переговоры, ни капитулировать.
Уго Чавес
Фото: GLOBAL LOOK PRESS.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Венесуэла на пути в марионетки. Дмитрий Стешин - о том, что ждет страну после захвата Мадуро США