
- Красноармейску предавалось и предаётся особое значение и нами, и ВСУ. Он является не просто большим инфраструктурным объектом. Самое главное - это хороший плацдарм для решения всех задач, поставленных в начале СВО. Отсюда российской армии удобно двигаться во всех направлениях.
- До сих пор (в Европе) подвергают сомнению, находится ли Красноармейск в руках российской армии. Если есть сомнения - пусть журналисты, даже украинские, посетят Красноармейск и убедятся своими глазами, кто реально контролирует город.
Есть определенные опасности - линия соприкосновения рядом, дроны постоянно в воздухе. Но наши российские военкоры работают. Я уверен, что и на Западе есть люди, которые готовы объективно информировать своих читателей. И мы готовы провести их по всем кварталам Красноармейска и Купянска.

- Европейцы обижаются, что их отстранили от ведения переговоров. Но я хочу отметить, что их никто не отстранял. Они сами отстранились. Европа приняла тезис нанесения России стратегического поражения и до сих пор живет в этих иллюзиях.
Второе. Сегодня результат (на передовой, - ред.) им не нравится, поэтому они начали мешать президенту Трампу достичь мира. Но у них самих нет мирной повестки. Они на стороне войны. И когда пытаются якобы внести какие-то изменения в предложение Трампа, мы это видим. Все изменения направлены только на одно - заблокировать мирный процесс. Выдвинуть требования, которые для России абсолютно неприемлемы.
Но если захотят участвовать в переговорах, если вернутся в реальность и будут исходить из той ситуации, которая складывается на земле - пожалуйста.
Мы не собираемся воевать с Европой, я уже сто раз сказал. Но если Европа вдруг захочет воевать и начнёт, мы готовы прямо сейчас. Только вопрос в чём? Если Европа вдруг начнёт воевать, все закончится очень быстро, это же не Украина. Это с Украиной мы действуем хирургическим способом, аккуратно. Это не война в прямом, современном смысле этого слова. Но если Европа вдруг начнёт войну, то очень может быстро произойти ситуация, при которой нам не с кем будет договариваться.

- Честно говоря, я даже еще не получил полную информацию по этому поводу. Знаю, что это происходило, атаки на танкеры в нейтральных или даже в особо экономической зоне третьего государства - Турции. Это пиратство, ни что иное.
Какие ответные меры могут быть? Во-первых, мы расширим номенклатуру наших ударов по портовым сооружениям и по судам, которые заходят в украинские порты. Второе - если это будет продолжаться, мы рассмотрим возможность ответных мер в отношении судов тех стран, которые помогают Украине осуществлять эти операции. И самый радикальный способ - мы можем отрезать Украину от моря. Тогда она просто не сможет проводить такие операции. Вот наши действия по нарастающей. Надеюсь, что украинское военное и политическое руководство, а также те, кто стоят за их спиной, подумают, стоит ли продолжать…
Ответив на вопросы прессы, Владимир Путин ушел беседовать со спецпосланником Трампа. К сожалению, на момент подписания номера встреча еще не завершилась. Подробности о ней читайте на сайте KP.RU и в ближайшем номере.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ