
Фото: Эдвард ЧЕСНОКОВ. Перейти в Фотобанк КП
«Оставь в нашей мастерской любое технологическое изделие — через сутки тебе соберут его точную копию», - такое обещание мне дают на «электронном базаре» в китайском городе Шэньчжень. Это место похоже на знаменитый в девяностые радиорынок в московском Митино — только размером с квартал. Или на стамбульский Большой Базар — но вместо пряностей и ковров здесь толкают андроидов, роботов-собак, беспилотники и микросхемы.

Фото: Эдвард ЧЕСНОКОВ. Перейти в Фотобанк КП
Я сперва не верю:
— Для «полного копирования» нужна полная промышленная база, инженерные кадры…
— Их есть у меня! — отвечает хозяин точки. — Если ты держишь в руках любое электронное устройство в любой стране мира — с 90%-й вероятностью какая-то его часть произведена здесь, в Шэньчжене. А то и всё целиком! Разве ты не слышал про наш город?
Стыдно признаться — не слышал. Впрочем, то же самое еще недавно могли сказать сами китайцы. 40-50 назад, когда КНР только начинала «рыночные реформы и политику открытости», тут была приморская деревушка с рыбаками-бедняками. А на другом берегу пограничной бухты сиял огнями небоскребов остров капитализма Гонконг, до сих пор имеющий статус автономной зоны.
— В те годы местные, бывало, пытались вплавь пересекать залив — лишь бы добраться до Гонконга и устроиться на самую низкооплачиваемую работу, — рассказывают мне.
А сегодня уже, наоборот, гонконгские коммерсанты приезжают по огромным новым мостам на материк, в Шэньчжень, прикупить новую партию дроно-чудес. Штаб-квартира корпорации DJI — крупнейшего и самого известного в мире производителя квадрокоптеров — находится именно здесь. Их «Мавики» (модель дронов) стали нарицательным словом и широко применяются везде, где только можно.

Фото: Эдвард ЧЕСНОКОВ. Перейти в Фотобанк КП
Первые этажи знаменитого «электробазара» похожи на обычный ТЦ: бутики с брендовыми телефонами, ноутбуками и робото-пылесосами. Но глубже и выше, куда попасть без провожатого непросто, начинается «жир». Огромные комнаты-склады, где под разноязыкий гомон можно отовариться чем угодно. Дроны тут размером уже не с ладонь, а с небольшой самолет. К которому можно приделать… что хочешь: продавец за дальнейшие шаги покупателя не отвечает. Желаешь десять таких? Да хоть сотню — только плати. Ежедневно в Шэньчжене продают десятки тысяч беспилотников всех типов.
Гуляя по «электронному базару» Шэньчженя, понимаешь: на нижних этажах китайской экономики — полная капиталистическая свобода. Во всех направлениях муравьями снуют люди с тележками, гружеными товаром. Их обгоняют доставщики еды на мотороллерах.

Фото: Эдвард ЧЕСНОКОВ. Перейти в Фотобанк КП
Зато если посмотреть, а как вообще этот чудо-город появился становится ясно: ключевые решения в КНР принимается на основе тщательной стратегии с элементами плановой экономики. Например, тот же Гонконг был долгое время главным внешнеэкономическим центром Китая и его финансовым окном в мир. Он до сих пор либерален и пропитан западничеством.Можно было бы его «прихлопнуть», отобрать автономию… Но зачем? Проще создать параллельный центр: как Гонконг, только лучше, чище (в прямом смысле) и современнее. А главное - полностью национальный.
Еще в 1980 году — первой из всех — в материковом Китая была создана Шэньчженская свободная экономическая зона. Делай что хочешь с минимальным регулированием, лишь бы на благо страны. Основой роста стали дешевые рабочие руки: первое поколение шэньчженцев — парни и девушки из деревень, которые были готовы впахивать буквально за плошку риса. И до сих пор провинция Гаундун — самое популярное место для внутренней миграции жителей КНР: помимо экономических перспектив здесь тропическое солнце, +20 в декабре, море.

Фото: Эдвард ЧЕСНОКОВ. Перейти в Фотобанк КП
Планировщики-экономисты решили, что в этом месте эффективнее всего производить электронику: идет в основном на экспорт, а тут как раз незамерзающий порт.
Для микросхем нужны редкоземельные металлы — грязное производство. До 2010-х годов китайцы не заморачивались с экологией, над крупнейшими городами, включая Шэнчжень, висел смог. Сейчас, к счастью, «зелёным нормам» уделяется первоочередное значение, половина автомобилей — электрокары (собственного производства), и небо почти безоблачно.

Фото: Эдвард ЧЕСНОКОВ. Перейти в Фотобанк КП
Мы гуляем по набережной под знаменитым «мостом на Гонконг». Прямо над нами одна полоса моста отделяется от общего полотна, ныряет под другую и меняется с ней местами — левостороннее движение из бывшей британской колонии сменяется на привычное для Китая и большинства стран правостороннее.
— Смотри, боковины моста забраны сеткой: тут уже погранзона, — догадываюсь я. — Но где тогда пограничники?
— А ты попробуй оставить здесь под кустом ноутбук. Вернись через час — его никто не тронет, здесь все под видеонаблюдением, — объясняют мне. — В Китае всеобщая централизованная система видеоконтроля с автоматическим распознаванием лиц: сегодня мы — одна из самых безопасных стран мира.
Действительно, по всей набережной и прилегающему к ней парку — как и в остальном городе — высажены «стальные деревья» с белыми шарами видеокамер. Где-то на центральном сервере — весь мой путь, начиная от штампа в паспорте по прилету в аэропорт.

Фото: Эдвард ЧЕСНОКОВ. Перейти в Фотобанк КП

Фото: Эдвард ЧЕСНОКОВ. Перейти в Фотобанк КП
КНР с сентября отменила для россиян визы, кабинку пограничника проходишь в минуту; а вот гражданина Украины, как мне рассказали, почти наверняка отведут в «комнату для профилактической беседы» — активисты украинских националистических формирований засветились на гонконгской попытке «майдана» в 2019 году, у китайцев хорошая память.
Я окидываю взглядом «нашу» сторону бухты — здесь тесно от небоскребов. Мы, москвичи, поражаемся росту новых высоток в районе Москва-Сити; но представьте, что из таких «Москва-Сити» состоит целый мегаполис. Нынешнее населения Шэнчьженя — свыше 17 млн. А еще пятнадцать лет назад было почти вдвое меньше.
— Да, Шэнчжень сейчас — на втором в мире месте по числу небоскребов, — подтверждает мою догадку собеседник. — Нью-Йорк — всего лишь на третьем. На первом пока Гонконг, но скоро мы его обойдем.
И действительно, этажи строящихся новых высоток прут вверх, как ростки бамбука после дождя. А темпы строительства метро сравнимы лишь с московскими.
К работе, хотя бы мускульной, в Шэньчжене тебя подталкивает сам дизайн городской среды. В огромных утопающих в зелени парках почти нет лавочек. Ходьба — лучший отдых от офисного кресла!
Куда бы еще сходить? Разглядывая карту чудо-мегаполиса, подмечаю название станции метро: «Книжный магазин Наньшань». Книжный этот, как и все здесь, — гигантский, размером с дворец, и крупнейший в Поднебесной: площадь — с мегамолл, по 30 млн посетителей и столько же проданных книг ежегодно. Китайцы тянутся к знаниям, типичная новость из потока сообщений: «студент штудировал учебники днем и ночью — госпитализирован из-за нервного перенапряжения».
Концерн DJI, кстати, начинался 20 лет назад как студенческий стартап, его основатель Ван Тао собирал первые простенькие дроны прямо в общаге. Перспективный проект оценили старшие товарищи, дали зелёный свет, сегодня Ван Тао — богач с капиталом в $4,8 млрд.