США уходят из Европы: чем России выгодна новая американская стратегия нацбезопасности

Уход США из Европы отчасти выгоден России. Фото: Tomas Ragina/Shutterstock/Fotodom

О новой американской стратегии национальной безопасности и о том, как она соотносится с интересами России накануне высказались ряд официальных представителей российской верховной власти.

На Радио «Комсомольская правда» говорили об этом с Андреем Клинцевичем, главой Центра изучения военных и политических конфликтов.

— Что скажете про новую американскую стратегию национальной безопасности?

— Это взрыв относительно ряда процессов.

— То есть?

— Фактически Америка заявляет об уходе из Европы. Практически ни слова про Россию. Штаты меняют приоритеты. Уходят в западное полушарие. Как Трамп написал, «будем двигаться в золотую эру». Совершенно другие конструкции прописаны, которые меняют многие процессы.

— Но пока это лишь слова…

— Кто-то смеется и говорит: это русские писали стратегию нацбезопасности США. Потому что фразы, которые там прописаны, имеют очень сильное значение.

— Сейчас многие по эту сторону Атлантики серьезно переживают.

— Да. Процитирую: «После холодной войны американская внешнеполитическая элита убедила себя, что постоянное мировое доминирование США отвечает интересам нашей страны. Но дела других государств касаются нас только тогда, когда их действия непосредственно угрожают нашим интересам».

— Значит ли это что внешнее доминирование Америки по всему миру заканчивается?

— Совать свой нос в любой конфликт они собираются только тогда, когда это станет угрозой их интересам.

— Ну и кто сейчас их интересам угрожает, по новой концепции?

— Ближний Восток. Им не нужно появление сверхдержавы, которая будет доминировать в регионе — речь об Иране. Конечно, это китайское направление. И, разумеется, западное полушарие, Карибский бассейн, наркотрафик и неконтролируемая миграция.

— Но в Венесуэле Штатам как бы «угрожает» наш союзник — и что же мы?

— А что мы? Сегодня Мадуро, завтра кто-то другой. А если американцы начнут там военную кампанию, они втянутся в партизанские бои, и получат второй Вьетнам. А Россия и Китай получат инструмент точечной помощи, в том числе и военной. Штаты там могут очень серьезно завязнуть. И они это тоже понимают прекрасно.

— Европа и Россия — на задворках концепции?

— Про угрозу и т. д. слов нет. И европейцы сейчас в растерянном состоянии. Они не понимают, как дальше перестраиваться. А Россия сейчас планомерно продолжает усиливать свое влияние.

— «Влияние» какое?

— Влияние раньше воспринималось так: приходит сверхдержава, и в ущерб национальным интересам страны, куда она пришла, им говорит: вам нужно с теми не торговать, будете в ущерб себе делать вот там и вот так. Как американцы сейчас энергостратегию выстраивают в Европе. Россия и Китай выстраивают это по-другому. Мы приходим и говорим: ребята, если здесь построим 100 километров железной дороги, то вам будет выгодно.

— Так насколько новая стратегия нацбезопасности США выгодна нам и в чем?

— Американцы, конечно, ее затачивают под себя. Всегда есть определенный баланс. Если они «уходят из Европы», будут сокращать свое военное присутствие, прекращать политически влиять на те или иные процессы, и уйдут в Латинскую Америку, будут там работать по наркотрафику или по другим процессам, то это, наверное, будет для нас отчасти выгодно.

— То есть, когда американская концепция касается стран западного полушария, вроде Венесуэлы, мы цинично взвешиваем «выгодно-невыгодно»?

— Это тоже всё условно. Трамп добивается политической смены режима в Венесуэле. Это не значит, что нас оттуда полностью выдавливают с точки зрения наших интересов. В качестве примера приведем Сирию.

— Давайте приведем…

— Интересы России там исчезли, потерялись? Нет. Да, они немного сузились в возможностях. Мы, может быть, не так широко сейчас там представлены. Но мы сохранили две свои базы ключевые. Они обеспечивают нам логистику для нашего африканского корпуса. И дальше уже находимся в этой парадигме.

— А многолетняя поддержка Асада, его «пророссийского режима»?

— Тогда мы тратили миллионы долларов на постоянную военную помощь, на нанесение ударов, на войну с бандами, которую он самостоятельно вести не мог. Сейчас мы это не делаем. Эти серьезные издержки мы сейчас вырезали из своей расходной части. Но Россию убрать из того региона невозможно. Как бы власть ни поменялась, все равно будет взаимодействие.

— Но мы же в Сирию пришли уничтожать банды запрещенного в России ИГИЛ*. А что сейчас?

— Сейчас на себя эту функцию взяла Турция. Частично взяли израильтяне. Междоусобная борьба, которая там происходит, она, мне кажется, будет идти всегда. Ты уничтожаешь одну банду, а в этот момент уже начинают вербовать и составлять костяк, условно говоря, этого движения в другом направлении. Полностью зачистил одну банду — тут же появилась другая, с другим громким названием. Это такой сложный и тяжелый геополитический процесс…

* ИГИЛ (Исламское государство) признано террористическим и запрещено в России

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Россия больше не враг: Стратегия нацбезопасности США революционно поменялась