Лютеций на страже здоровья: российские медики осваивают новый метод борьбы с агрессивными опухолями

Производство лютеция-177. Фото: Научный институт «Росатома» в Димитровграде.

Российские медики начали лечить пациентов, страдающих нейроэндокринными опухолями, с помощью медикамента, созданного на основе изотопа. Подобные недуги плохо поддаются традиционной терапии, говорят медики, зато методы ядерной медицины демонстрируют хорошие результаты. Рассказываем о новом методе лечения.

О ЧЕМ РЕЧЬ

Нейроэндокринные опухоли — новообразования, возникающие из клеток нервной системы или эндокринной (гормональной) системы. Часто (но далеко не всегда) образуются в кишечнике, но в целом такие новообразования характеризуются разнообразием (что часто затрудняет диагностику), агрессивным течением. Традиционному лечению поддаются плохо.

— Трудность традиционных методов лечения нейроэндокринных заболеваний заключается в их разнообразии, редкости и часто агрессивном течении, что требует подбора индивидуального лечения на основе типа опухоли, ее стадии и особенностей. Традиционные методы, такие как химиотерапия и лучевая терапия, не всегда эффективны для всех типов нейроэндокринных опухолей и могут иметь побочные эффекты, — рассказывает врач-радиолог Петр Сычев, начальник центра ядерной медицины ФГБУ ФМБА ФНКЦРиО России.

Препарат на основе лютеция-177 — новинка, впервые в системе Федерального медико-биологического агентства России применен в сентябре, говорит Петр Сычев.

— Сейчас самочувствие пациентов удовлетворительное, нежелательных явлений отмечено не было. За пациентами продолжается динамическое наблюдение, — отмечает он.

Препарат на основе лютеция — новинка не только для России, но и в мире в целом, акцентирует заместитель директора по развитию и международной деятельности научного института «Росатома» в Димитровграде Андрей Шикунов:

— На сегодняшний день в мире зарегистрировано всего два радиофармацевтических лекарственных препарата на основе лютеция-177 производства Novartis: Lutathera и Pluvicto. В настоящее время проводится широкий спектр исследований по регистрации новых препаратов. Разработки ведут более 30 компаний, разрабатываются порядка сотни различных препаратов по различным нозологиям, включая рак предстательной железы, почек, печени и др. В 2021 году научный институт «Росатома» в Димитровграде осуществил первую поставку Lu-177 в один из клинических центров. Объем поставок составил 8 Ки (кюри — внесистемная единица для измерения радиоактивности — КП). По итогам 2025 года ожидается объем поставок на российский рынок более 350 Ки для сотен нуждающихся пациентов, таким образом, можно отметить востребованность радионуклида лютеций-177 как в мировой радионуклидной терапии, так и отечественной, и в ближайшие годы ожидаются кратный рост потребности и регистрация новых радиофармпрепаратов на основе Lu-177.

Клинической статистики еще не существует, ее еще предстоит накопить, однако врачи с оптимизмом оценивают перспекти вы применения этой технологии.

— Лечение нейроэндокринных опухолей препаратами на основе лютеция-177 перспективно, поскольку этот метод может обеспечить стабилизацию заболевания, уменьшение симптомов и увеличение продолжительности жизни пациентов, особенно в случаях, когда стандартные методы лечения неэффективны. Лютеций-177 является радиоактивным веществом, однако его использование в терапии безопасно. Попадая в организм, лютеций-177 прикрепляется к опухолевым клеткам и уничтожает их, минимально воздействуя на окружающие здоровые ткани, — акцентирует Петр Сычев.

Применение лютеций-177 в терапии. Фото: ФНКЦРиО ФМБА России.

В ЧЕМ ОСОБЕННОСТИ МЕТОДА

Как уже отмечалось, препарат содержит в своем составе радиоактивный компонент Lu-177 (лютеций-177).

— Этот препарат излучает энергию, повреждающую опухоль изнутри, а вещество — октреотид — реагирует на рецепторы соматостатина, расположенные на поверхности опухоли, что позволяет направить излучение точно в цель, — поясняет Петр Сычев.

Таким образом, препарат состоит из действующего вещества (изотопа) и «перевозчика», задача которого — направить изотоп точно в цель. Это позволяет применять лекарство максимально эффективно, без вреда для организма в целом.

Как большинство препаратов ядерной медицины, приготовление каждой дозы — процесс индивидуальный, штучный. Сначала надо получить собственно изотоп. Он — реакторного происхождения, то есть образуется в ходе процессов, протекающих в ядерном реакторе. Производство лютеция-177 освоено в Димитровграде, на базе научного института «Росатома».

— Радиоактивный изотоп лютеций-177 получается при облучении нейтронами в исследовательском реакторе СМ-3 стартового материала — оксида иттербия. Надо отметить, что этот реактор используется для наработки широкого спектра изотопной продукции. Его уникальность заключается в сверхвысоком потоке нейтронов, который может быть использован для облучения материалов. После облучения в реакторе материал подвергается радиохимической переработке, где с помощью ионного обмена выделяют хлорид лютеций-177 без носителя (т. е. без содержания в препарате значительных, массовых количеств стабильных изотопов лютеция). И затем в виде раствора в разбавленной соляной кислоте он уже доступен для поставок, — говорит Андрей Лыков, главный инженер отделения радионуклидных источников и препаратов научного института «Росатома» в Димитровграде.

— Отличительной особенностью реактора СМ-3, физический пуск которого состоялся в 1961 году, является уникальная плотность потока нейтронов до 5,4*1015 см–2 с–1, что дает кратное преимущество при облучении стартового материала иттербий-176 по сравнению со среднепоточными реакторными установками. После облучения 1 грамма стартового материала в СМ-3 можно получить до 200 Ки Lu-177, в то время как на среднепоточных реакторах эта цифра значительно ниже — от 20 до 50 Ки, — добавляет Андрей Шикунов.

Вообще, это реактор-труженик, рассказывает Андрей Шикунов: на нем производится самая широкая линейка радионуклидной продукции как промышленного, так и медицинского назначения.

Реактор СМ-3. Фото: Научный институт «Росатома» в Димитровграде.

— К промышленным изотопам относится продукция, используемая в дефектоскопии, различных анализаторах и других областях народного хозяйства, — это иридий-192, селен-75, кобальт-60, уникальные источники нейтронного излучения на основе калифорния-252 и многие другие, — говорит Андрей Шикунов. — К медицинской линейке изотопов, выпускаемых на реакторе СМ-3, относятся стронций-89, йод-125, цезий-131, вольфрам-188, линейка альфа-эмиттеров: радий-223, радий-224, торий-227, торий-228.

Процесс производства будущего препарата не быстрый, рассказывает Андрей Лыков:

— Научный институт «Росатома» в Димитровграде выпускает сырьевой продукт — хлорид лютеций-177 (без носителя), из которого в дальнейшем в специализированных медицинских учреждениях изготавливают радиофармацевтическое лекарственное средство в соответствующей дозировке. Один цикл наработки, выделения и получения готовой партии препарата занимает в среднем 1,5 недели. В настоящее время институт в полном объеме обеспечивает выполнение всех поступающих заказов.

Петр Сычев, продолжая свою речь, поясняет, что сырье поступает из института в ФГБУ ФМБА ФНКЦРиО России. Здесь в соответствии с международными стандартами производства и изготовления радиофармацевтических лекарственных препаратов данное сырье становится готовой лекарственной формой.

— Клиника должна соответствовать строгим требованиям, касающимся радиационной безопасности, иметь специализированное отделение (например, радиоизотопную лабораторию или отделение радионуклидной терапии), а также соблюдать правила обращения с радиоактивными веществами и защиты как пациентов, так и персонала, — поясняет Петр Сычев.

Сама процедура выглядит максимально будничной: препарат просто вводится пациенту внутривенно, как обычная инъекция. Часто люди, думая о ядерной медицине, представляют сложные манипуляции над пациентом, который лежит, окруженный сложным оборудованием. На самом деле колоссальная работа остается за кадром, пациент ее не видит. Перед ним просто шприц с препаратом.

ТРУДНОСТИ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Клиника обязана соответствовать строгим стандартам, установленным для работы с радиоактивными материалами. Персонал также должен пройти соответствующее обучение. Именно эти факторы пока препятствуют внедрению ядерной медицины в обычные поликлиники.

Другой важный нюанс — изотопы, будучи материалами активными, живут недолго. Каждый изотоп характеризуется периодом полураспада — временем, когда распадается (преобразуется в другие элементы) половина вещества. И хотя процесс идет «бесконечно» (половина от целого, потом половина от половины и так далее), довольно быстро остается так мало действующего изотопа, что препарата уже не изготовить.

— Период полураспада радиоактивного изотопа лютеций-177 составляет 6,7 суток, то есть по прошествии этого времени от исходного количества останется только половина радиоактивных атомов, — говорит Андрей Лыков.

Поэтому везти надо быстро:

— Для доставки радиоактивного препарата хлорида лютеция-177 (без носителя) заказчикам используется авто- и авиатранспорт. Для своевременной доставки препарата заблаговременно прорабатывается транспортная схема с учетом бронирования рейсов, количества заказов, упаковок и возможностей ближайших авиаузлов. Институт имеет собственный специализированный автотранспорт и соответствующие лицензии для транспортировки упаковок с препаратом как до ближайших авиаузлов, так и доставки радиоактивной продукции непосредственно в адрес отечественного заказчика в любую точку России, — отмечает Андрей Лыков.

Но все трудности преодолимы, согласны наши собеседники.

— До 2024 года мы могли поставлять на российский и международный рынок около 1000 Ки лютеция-177. С учетом высокой востребованности в препарате в конце 2024 года проведены организационно-технические мероприятия по увеличению производственной мощности линии, которые позволили нарастить потенциальный объем выпуска до 10 000 Ки. В дальнейшем планируем увеличить эту цифру кратно, — отмечает Андрей Шикунов.

В скором будущем в строй вступит новое оборудование, рассказывает он, ведь «Росатом» строит самый мощный исследовательский ядерный реактор в мире, где в том числе планируется производить важные для медицины изотопы:

— Реакторная установка МБИР строится в рамках федерального проекта. Ее основное предназначение — исследования поведения топлива и конструкционных материалов. В то же время проектом реакторной установки предусмотрена выработка электрической и тепловой энергии, легирование монокристаллического кремния, используемого в различных отраслях, в том числе в электротехнической промышленности, а также наработки изотопов кобальта-60, стронция-89 и др. Ввод МБИР в строй позволит не только исследовать поведение материалов под облучением, но и упрочнить позиции «Росатома» как надежного поставщика радионуклидной продукции.

Пока что лечение препаратами ядерной медицины практикуется в федеральных и крупных региональных центрах, но отделения радионуклидной терапии могут быть созданы, и создаются, на базе любого диспансера. Конечно, после соответствующей реконструкции и обучения персонала. Сегодня в России в ядерной «орбите» — около полутора десятков федеральных и региональных центров, но это число постоянно растет. Соответствующая программа Минздрава России предусматривает создание «ядерных» отделений повсеместно, так, чтобы препараты, созданные на основе изотопов, были доступны в любом регионе. И нет никаких сомнений, что цель достижима.