
Фото: REUTERS.
Напряженность между США и Ираном все больше напоминает подготовку к реальному удару. Дональд Трамп заявил, что к Исламской Республике движется еще одна американская корабельная армада, выразив надежду на сделку с Тегераном, но дав понять: силовой вариант по-прежнему «на столе».
По данным New York Times, атака может произойти в течение ближайших 48 часов. Военные сигналы это подтверждают: Центральное командование ВС США сообщило о прибытии авианосца Abraham Lincoln в Индийский океан.
«Комсомолка» обсудила с экспертами возможные варианты развития событий.
Иран, утверждает канал КСИР, за последние две недели получил два ключевых послания. Вашингтон указал, что рассматривает ограниченный удар, Тегеран ответил: там расценят любую атаку как начало полномасштабной войны. Тель-Авив, по этим данным, сигнализировал о неучастии в возможной атаке США, однако Тегеран заявил, что в случае конфликта Израиль станет законной целью.
Одновременно Исламская Республика предупредила все страны региона, что любая атака с их территории или через их воздушное пространство будет считаться прямым нападением.
На этом фоне Саудовская Аравия официально заявила, что не позволит использовать свои земли для военных действий. По информации иранских источников, именно позиция региональных государств стала одной из причин отмены запланированного на прошлый вторник ночного удара США.
Востоковед, автор ТГ-канала «Восточный вопрос» Олег Макаренко в эфире радио «Комсомольская правда» (97,2 FM) пояснил: «Трамп добивается двух вещей. Первая – это контроль над ядерной программой Ирана.
Недавняя 12-дневная война ничего не завершила: специалистов МАГАТЭ Иран на свою территорию не пускает. Допуска к объектам, где может находиться определенное количество обогащенного урана, нет ни у кого. Никто не знает реальных итогов войны.
Второе – баллистические ракеты, способные нанести серьезный урон в Ближневосточном регионе. Прежде всего, под ударом оказывается Израиль и американские базы.
Мы видели, как совсем недавно США эвакуировали личный состав со всех возможных баз, в том числе из Сирии. США вывели войска из Курдистана и сократили присутствие на Ближнем Востоке, опасаясь именно ракетной программы Ирана. Ракетная программа для него – ключевой вопрос.
Наконец, Трампу Иран нужен не столько для немедленной смены политического режима, сколько для контроля над проходом танкерного флота через Ормузский пролив. Посмотрите, что президент США делает с Панамским каналом, с Венесуэлой, с Гренландией. Он хочет контролировать проливы и логистику».

Фото: REUTERS.
Эксперт Российского совета по международным делам, консультант ПИР-Центра Леонид Цуканов рассмотрел два варианта развития событий - мягкий и жесткий.
По мягкому сценарию «США нанесут по Ирану символический удар. Тегеран ответит символическими ударами по иракским и аравийским базам. И противостояние снова перейдет в холодную фазу.
Иран серьезного урона от операции США не понесет. Более того, усилится консервативный крен, влияние силового и клерикального блоков в стране возрастет. В таком случае возврат к переговорам по возобновлению «ядерной сделки» будет маловероятным».
Жесткий вариант по версии эксперта выглядит так: «На первом этапе США могут использовать накопленные в регионе силы, чтобы взять Иран в морскую блокаду – ударить по теневому экспорту иранских нефтепродуктов. В теории это должно спровоцировать новую волну национальных протестов, на которые Тегеран будет вынужден отвлечь силы и ресурсы.
На втором этапе возможны попытки подрыва систем управления через ликвидацию или похищение ключевых фигур – по аналогии с «кейсом Мадуро». Вероятность похищения президента Масуда Пезешкиана маловероятна – поскольку он не относится к консервативному блоку, а его исчезновение с политической карты откроет дорогу на президентский пост «ястребам».
Приоритетная цель - Верховный лидер страны Али Хаменеи, также интерес представляет глава Совбеза Али Лариджани.
Но, в отличие от Мадуро, украсть Хаменеи будет сложнее – поэтому Штаты и Израиль, скорее всего, будут делать ставку на ликвидационный сценарий. Правда, даже в этом случае эффект может получиться кратковременным, поскольку у Хаменеи уже назначены преемники из числа уважаемых аятолл.
Финальным этапом жесткого сценария станет полноценная военная кампания против Ирана – с соразмерным ответом со стороны Исламской Республики, в том числе ударами по объектам на территории сопредельных стран.
Но при этом и в Вашингтоне, и в Западном Иерусалиме прекрасно понимают, что воздушные и морские удары не сломят сопротивление иранцев, а потому потребуется сухопутная операция, проводить которую, скорее всего, придется израильтянам.
И здесь возникает ключевой сдерживающий фактор: противники Тегерана не готовы к полноценной сухопутной кампании, поскольку - с учетом специфики военной мобилизации в Иране и вспомогательного ресурса в виде ополчения «Басидж» - блицкрига на этом направлении не получится. Значит, ставка будет делаться на ослабление Ирана изнутри; с использованием иностранной агентуры и оппозиции».
«Возможны точечные удары по объектам, связанным с иранским ракетным или ядерным потенциалом, либо серьезное обострение ситуации в Персидском заливе с угрозой свободе судоходства, - прогнозирует востоковед Шамс Мамедова. - Даже при ограниченной эскалации Тегеран получает дополнительный стимул повышать уровень обогащения урана.
Это не обязательно означает немедленный выход к созданию ядерного оружия, но формирует стратегию «ядерного порога», при которой сама неопределенность становится инструментом сдерживания.
При более жестком сценарии военное давление почти неизбежно подрывает остатки договорных механизмов и де-факто легитимирует для Ирана необходимость ядерного потенциала как гарантии выживания режима».
«Время менять руководство»: Трамп вновь заговорил об Иране на фоне протестов
Макрон поздновато «прозрел»: президент Франции повернулся к России и получил жесткую отповедь
Верхом на белом медведе: Трамп запустил новую игру вокруг Гренландии